Инна Федералова – Мое счастье свалилось с красной луны (страница 7)
«Кто же ты, Таэль?» – мысленно спросила я, вглядываясь в его непроницаемое лицо.
Я едва успела понадеяться, что он так и останется молчаливой загадкой до конца вечера, соласно нашей договоренности. Таэль вдруг
До того все это время медленно обводя взглядом собравшихся – в котором читалось что‑то вроде: «Ну что, разгадывайте, если сумеете» – вдруг совершенно неожиданно, поднял руку и опустил ладонью на мой затылок. Легкие поглаживания по волосам – почти нежные, почти успокаивающие…
А затем – резкий рывок. Мои волосы оказались зажаты в его кулаке, а лицо – в опасной близости от его.
– Она – моя, – произнес он впервые за весь вечер. Четко, весомо, без тени сомнения.
Таро подавился вином и закашлялся так, что Хиро пришлось стучать ему по спине. Между приступами кашля удалось разобрать: «
Феликс медленно поставил бокал на стол, не отрывая взгляда от Таэля. Потом повернулся ко мне:
– Только не говори, что виной его поступку мое присутствие. Почему не сообщила, что этот тигр умеет в слова?
Я вздрогнула, распахнула глаза и, не раздумывая, выдала первое, что пришло в голову:
– Отпусти, маньяк! – выкрикнула я, пытаясь вырваться. – Ты что себе позволяешь?!
Таэль на мгновение замер, будто не ожидал такой реакции. Его хватка ослабла, и я тут же отстранилась, поправляя волосы.
– Маньяк? – переспросил он, слегка приподняв бровь. В его глазах мелькнул озорной огонек. – Я просто заявил свои права.
– Права?! Это что еще такое?! Мне рано замуж!
Феликс, не сдержавшись, расхохотался:
– О, теперь я точно уверен: это не спектакль. То есть, моя драгоценная, ты не хотела вызвать мою ревность? Все! Я устал. Хватит с меня формальностей!
Я отстранилась, поправляя волосы, и метнула на Феликса раздраженный взгляд.
– Ты‑то тут при чем? – резко бросила я. – Это не спектакль и не попытка вызвать ревность. Я сама в шоке от его выходки!
Феликс медленно поднялся из‑за стола, его глаза блеснули.
– В самом деле? – он шагнул ближе, игнорируя напряженные взгляды остальных гостей. – А мне кажется, все это слишком… театрально. Особенно после того, как ты избегала меня последние три луны. Говорила, что «не время», что «есть причины». – Он сделал паузу, и в его голосе прорезалась горечь. – Потому что на мне проклятие, да?
Таэль, до этого сохранявший легкую усмешку, вдруг напрягся. Его пальцы сжались в кулак, словно он готовился к чему‑то.
– Проклятие – это оправдание, – холодно произнес он, глядя на Феликса. – Или ты всерьез веришь, что оно сильнее воли?
Феликс рассмеялся, но смех вышел резким, почти болезненным.
– Воли? Ты говоришь о воле, когда сам только что продемонстрировал ее самым… примитивным способом? – Он снова повернулся ко мне. – Сариэль, скажи честно: ты действительно не знала, что он так поступит? Или это твой способ показать мне, что я опоздал?
Я почувствовала, как внутри закипает раздражение.
– Никто ни к чему не опаздывал! – отрезала я. – И никто ничего не планировал. Таэль просто… решил внести разнообразие в вечер.
– Разнообразие? – Феликс вскинул руку. – Ты называешь это разнообразием? Он чуть не оставил тебя без волос!
– Зато честно, – парировал Таэль, и в его глазах вспыхнул вызов. – В отличие от тех, кто прячется за словами о проклятиях и «неподходящих временах».
Зал замер. Даже слуги, разносившие блюда, замерли на месте.
Феликс сжал кулаки, но тут же заставил себя расслабиться.
– Ты ничего не знаешь о моем роде, – тихо произнес он. – О том, что мы теряем. О том, что теряю я.
Я сделала шаг вперед, чувствуя, как напряжение между ними становится почти осязаемым.
– Хватит. – Мой голос прозвучал твердо. – Вы оба перегибаете. Феликс, ты знаешь, почему я не могла… не могла позволить себе быть рядом с тобой. А Таэль… – я обернулась к нему, – что ты творишь вообще?
Таэль медленно поднял руки, словно сдаваясь.
– Феликс прав. Мы с ним как-то связаны. Самому интересно. Прости, Сариэль. Я не смог смолчать. – Он усмехнулся. – Иногда договоренности нужно нарушать. Особенно когда речь идет о том, что принадлежит мне.
Феликс резко выдохнул, будто сдерживая гнев.
– Принадлежит? – повторил он. – Ты говоришь так, будто она вещь.
– Она – моя, – повторил Таэль, глядя прямо на Феликса. – И если ты не готов принять это, нам придется поговорить иначе.
В зале повисла грозовая тишина. Я почувствовала, как земля уходит из‑под ног. Все зашло слишком далеко.
– Довольно! – я хлопнула ладонью по столу. – Это мой дом, мой ужин, и я не позволю превратить его в арену для ваших… мужских игр.
Лия‑Мия, до этого молча наблюдавшая за происходящим, вдруг хлопнула в ладоши:
– О, давайте все же продолжим ужин! Иначе я точно не дождусь десерта.
Ее слова разрядили обстановку. Гости начали переглядываться, кто‑то нервно засмеялся.
Феликс, не отрывая взгляда от Таэля, медленно опустился на свое место.
– Хорошо, – произнес он тихо. – Но разговор не окончен.
Таэль лишь улыбнулся, откинувшись на спинку стула.
– Разумеется, не окончен, – согласился он. – Ведь она – моя.
Я закрыла глаза, пытаясь сдержать стон.
Инас, не торопясь, взял вилку и нож, с изяществом приступил к новому блюду. Его движения были точными, почти ритуальными – будто он не ел, а проводил церемонию.
– Феликс, – произнес он, не поднимая взгляда от тарелки, – почему ты скрывал отношения с нашей прекрасной Сариэль? – В его голосе звучала легкая насмешка, но глаза, поднявшиеся на Феликса, были серьезными. – Я ведь постоянно обеспокоен мыслями, что ты снова полезешь к моей Сюзи.
Сюзи, до этого молча наблюдавшая за перепалкой, фыркнула:
– Инас, ты серьезно? Он и так едва дышит в мою сторону после того, как я ему ясно дала понять, что мой выбор сделан.
Феликс закатил глаза:
– О, пожалуйста. Как будто я когда‑либо всерьез претендовал на твое внимание. – Он перевел взгляд на Инаса. – И нет у меня никаких отношений с Сариэль. По крайней мере, не в том смысле, в каком ты намекаешь.
Я почувствовала, как внутри закипает раздражение.
– Вы оба невыносимы, – буркнула я. – Может, хватит обсуждать меня, как будто я не сижу прямо здесь?
Таэль, до этого молча наблюдавший за перепалкой, вдруг наклонился ко мне и тихо произнес:
– Видишь, как много желающих иметь тебя в своей жизни? Но только один говорит это вслух.
Я метнула на него взгляд, полный предупреждающего огня.
– Один говорит, второй – думает, третий – гадает, – вставил Таро, наконец справившийся с кашлем. – Сариэль, ты создала себе целый клуб поклонников. Поздравляю.
Хиро, до этого сохранявший олимпийское спокойствие, лишь покачал головой:
– Феликс, как всегда, главный клоун.
Лия‑Мия, не выдержав, рассмеялась:
– О, это лучше любого театра! Сариэль, если ты решишь устроить представление на продажу, я первая куплю билет.
Феликс, все еще глядя на Таэля, медленно произнес:
– Знаешь, что меня больше всего удивляет? Что ты, молчаливый незнакомец, вдруг решил заявить права на то, что даже я не осмелился бы назвать своим. – Его голос стал тише, почти задумчивым. – Это либо невероятная смелость, либо… глупость.