Инна Баринова – Не та что ушла в монастырь (страница 13)
Новая Анна сидит на полу в разорванной одежде, с разбитой губой, с пустыми глазами. Новая Анна не знает, кто она. Не знает, во что верит. Не знает, как жить дальше. Она знает только одно: её жизнь кончилась. Не сегодня, не этой ночью — раньше. Может быть, тогда, когда она сказала «останься». Может быть, тогда, когда она впервые улыбнулась ему. Может быть, тогда, когда она решила, что может быть счастлива по-человечески. Она обманула себя. Она поверила, что может быть обычной. Что может быть женщиной. Что может быть любимой. Она не может. Она — сосуд скверный. Она — прах. Она — пустота. Анна закрывает глаза. Прислоняется головой к кровати. И ждёт. Не знает чего. Смерти? Сна? Забвения? Она просто ждёт. Потому что делать больше нечего.
За окном падает снег. Кто-то во дворе скребёт лопатой. Жизнь идёт своим чередом. Для всех, кроме неё.
Глава 12. Пустая скиния
Свет. Серый, утренний, липкий. Он просачивается сквозь занавески, ложится на пол полосами. Анна сидит на полу, прислонившись к кровати. Она не помнит, как оказалась здесь. Не помнит, когда закрыла глаза. Не помнит, спала ли. Тело болит. Но боль — далёкая, как будто не её. Как будто она смотрит на чужое тело со стороны.
Она поворачивает голову. На тумбочке — икона Богородицы. Лик смотрит на неё. Анна смотрит в ответ. Ждёт. Чего? Она не знает. Богородица молчит. Анна отворачивается.
Она встаёт. Ноги не слушаются, приходится опереться на кровать. Она смотрит на матрас. На нём — пятна. Красновато-бурые. Она помнит их. Вчера она сняла простыни, но матрас... матрас впитал. Она отворачивается. Идёт на кухню. Останавливается у порога. На столе — ваза. Пустая. Вчера там был мёд. Она выбросила его в снег.
На столе — пустая коробка из-под «Птичьего молока». Вчера она съела последние конфеты. Или не вчера? Она не помнит. На столе — две чашки. Её и его. Она смотрит на чашки. Его чашка — чёрная, с золотым ободком. Она купила её на распродаже год назад, думала: «Пригодится, когда придут гости». Гости не приходили. Чашка стояла в шкафу, пылилась. Вчера она достала её. Поставила на стол. Налила чай. Поставила мёд.
Она берёт чашку, несёт в раковину. Ставит. Смотрит на неё. Потом берёт молоток для отбивных из ящика. Она не думает. Она просто делает. Удар. Чашка разлетается на куски. Чёрные осколки падают в раковину, звенят. Золотой ободок блестит под утренним светом. Анна смотрит на осколки. Дышит. В первый раз за это утро она чувствует что-то. Облегчение? Нет. Тишину.
Она берёт свою чашку. Белую, с цветочками. Единственная, которой она пользовалась годами. Она поднимает молоток. Останавливается. Свою чашку она не разбивает. Она ставит её на место. Убирает молоток. Идёт в ванную.
Она стоит перед зеркалом и смотрит на себя. Долго. Так долго, что лицо в отражении начинает казаться чужим. Растрёпанные волосы. Светлые, спутанные, торчат в разные стороны. Лицо бледное, почти белое. Губа разбита, запеклась чёрной корочкой. Под глазами — тени, синие, как синяки. На шее — синяки. Пять пальцев. Отпечатки. Она проводит по ним пальцем. Больно. Значит, это не сон. Она смотрит в глаза. Серые, пустые. В них нет ничего. Ни страха, ни боли, ни надежды. Просто — пустота. Она смотрит в глаза женщине в зеркале и не узнаёт её.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.