Ингрид Фукс – Лабиринт (страница 3)

– У тебя есть какие-нибудь идеи?

– У лабиринта может быть только один вход, а может быть и два или больше. Он состоит из запутанной сети путей. Возможно, наш коридор один из них.

– А, может, всё проще, Най, и наш коридор – единственный в своём роде?

– Подумай, Мин, что будет с экспериментами персонала, если мы с тобой не справимся?

– Здесь ещё есть Оливер и Кэй. Могут перевести к нам и других. Помнишь, сколько нас было раньше?

– Вот именно. Чтобы повысить вероятность успешности опыта, было бы разумнее подстраховаться и взять как можно больше испытуемых. И совершенно ясно, что все они просто не могут находиться здесь. Значит, у бункера есть и другие отсеки.

– Разумно. Но нам-то что делать. Как выбраться отсюда?

– Сложность в том, Мин, что мы абсолютно не знаем, куда мы попадём, выйдя отсюда. А вдруг большой мир уже давно перестал существовать, и мы единственные спасённые? Вдруг на сотни миль вокруг бункера находятся дома персонала? Вдруг мы вообще где-нибудь на Марсе?

– Так что же нам делать, Най?

– Для начала попробовать подружиться с кем-то из персонала и больше о нём узнать. Живут ли они здесь или в большом мире, есть ли у них семьи и так далее. Мы ведь даже не знаем, находятся ли они здесь постоянно или только приезжают на дежурство.

– Ты имеешь ввиду Коцки, Рохесию, Роксану, Розу и Рене и этого, как его там, доктора Гарри и ещё того дохляка, который подменяет великого Баббоса? – последние слова Ли Мин сказал с горькой иронией. – А с чего ты взяла, что они скажут правду?

– А нам и не нужна правда, Мин. Нам нужен набор характерных для каждого реакций, мимических движений, интонаций, жестов, употребляемых слов, чтобы составить точную модель. По ней мы и будем пытаться вычислить правду через проверку по всем возможным вариантам и вероятностям.

– Гениально, а дальше?

– А дальше разберёмся, у кого именно есть ключи и от чего.

– Олли уже попался на этом.

– Мы не Олли. Он слишком наглый, самонадеянный и склонен к необдуманным поступкам. Мы будем действовать, не торопясь.

Договорив, Найла уснула. А Ли Мин ещё долго изучал модель Баббоса Коцки, погружённый в свои мысли.

Глава 3

– Най, Най, – а что если доктор Генрих имел ввиду не физический лабиринт, а лабиринт нашего мозга? Может, идея в том, что чтобы найти выход, надо сначала найти его в своей голове?

– Я хочу спать, Мин, давай поговорим завтра. – Найла хмыкнула и перевернулась на другой бок. Она всё ещё много спала, а Ли Мин постоянно бодрствовал по ночам. Он был одержим желанием выйти из бункера и тщательно разрабатывал возможные сценарии освобождения в своей голове.

Музыка уже порядком надоела Ли Мину, и он решил тратить на сеансы оздоровления Найлы не более часа в день. Конечно, он любил свою подругу, но она быстро шла на поправку, а им надо было выбираться отсюда.

Закончив с музыкой, Ли Мин решил опробовать другие игрушки Найлы и построил из её конструкторов целый город на всю комнату. Он даже соорудил подсветку. Мальчик прекрасно дружил с электрикой и вполне мог устроить в бункере короткое замыкание. Несомненно, это было его козырем, однако он не был так быстр, силён и ловок, как хотел бы. Даже какая-то безмозглая куча мышц вроде Баббоса Коцки была на сегодняшний день непреодолимым препятствием. Ли Мин понимал, что вряд ли он станет высоким, сильным и мускулистым за считанные дни, и поэтому делал ставку на другие полезные навыки, например, хорошую координацию и ловкость.

Мальчик с любовью оглядывал свое творение. Чего тут только не было: небоскребы, трассы в воздухе, по которым гоняли машины, парк аттракционов с колесом обозрения, площадь, театр, здание городского управления. Не хватало только музыки. Ли Мин записал на планшет только что созданную им симфонию большого города, в которой слышались движение машин, крики людей, шум. Мальчик удивился, насколько быстрым оказался его прогресс в музыке. Он был уже не просто исполнителем, а композитором, а ведь он при этом даже не ставил себе никакой специальной цели, кроме излечения Найлы.

Услышав симфонию большого города, лучшая подруга Ли Мина блаженно улыбнулась в своей кровати. «Пожалуй, этим можно заменить наши стандартные сеансы исцеления», – с удовлетворением подумал он. Времени до следующих экзаменационных тестов осталось совсем немного, а охватить хотелось не только стандартную программу подготовки, но и всё то, что могло хоть на шаг приблизить его к мечте, выходу из лабиринта.

– Что это ты тут делаешь, сопляк? – неприятный голос рыжеволосого Оливера раздался в дверях. – Смотри, чтобы Рохесия или Роза не споткнулись об эту твою деревню. Ну и влепят же тебе. Вот будет потеха.

– Отстань, Олли, пока ты бесцельно бегаешь по коридорам, как сбившийся с курса французский бульдог, другие работают.

– И эту дрянь ты называешь работой, молокосос? – Олли стал крушить город с такой любовью возведённый Ли Мином. – Нет, сопляк, работа – это то, что приносит реальный результат.

– А какого реального результата достиг ты?

– Выжил из своего пространства нахалку Софию, заставил нервничать Рохесию и довел до заикания Баббоса Коцки.

– Интересно, как?

– Практически бесшумно передвигался ночью по коридору в чёрной мантии. Представь, малышня, этот великан всерьез боится приведений. А теперь скажи, зачем ты строишь эти свои конструкции?

– Старый Генрих постоянно рассказывал мне легенду о Минотавре.

– Ну и что! – Олли издевательски ухмыльнулся. – А мне он постоянно пытался всучить очередной кубик-рубик и рассказывал про совершенство кубической формы. Старик просто был не в себе. А ты, бедняга, слишком близко к сердцу принял его высказывания. Лучше готовься к контрольному тесту. Адиос, кретин!

Куб? Причем здесь куб? Ли Мин ещё долго был в недоумении после ухода Оливера. Неужели лабиринт имеет кубическую форму?

Глава 4

Найла уже вышла из постоянной спячки и готовилась к экзаменам. Она заказала себе массу книг в магазине для вундеркиндов, и теперь ими был заставлен почти весь пол в комнате. О строительстве городов Ли Мин теперь мог забыть, и ему приходилось развлекать себя по-другому. Он строил города не в физической реальности, а делал проекты на планшете. Перед этим он тренировался визуализировать мысленно, чтобы отточить технику трехмерной визуализации. Его восхищало то, с какой скоростью Найла перерабатывает такую кучу информации. Она читала не просто быстро, а ужасающе быстро, подчёркивая основные моменты маркерами разного цвета. Такие методы обучения по праву считались дедовскими, но Найлу они вполне привлекали. Она считала, что солидная теоретическая база ещё никому не помешала, а живая книга – это всё-таки не безликий текст на планшете. Эту мысль она вычитала в какой-то книге, и с тех пор стала раздражать окружающих тоннами выписываемой литературы. Они всегда чувствовали свою неполноценность рядом с ней и пытались назвать её библиотеку то кучей макулатуры, то набором для пенсионеров. А Оливер, тот вообще не жалел никаких слов:

– Ооооо, это твой новый суперкомпьютер, Най? – гоготал он, показывая на огромные стопки книг. – Или ты решила открыть книжный магазин?

– Заткнись, Олли. Если ты чего-то не понимаешь, это ещё не значит, что это неправильно.

Ли Мин всегда предпочитал практику теории и ограничивался лишь необходимым количеством данных. Он довольно быстро набирал практические навыки, поэтому считался одним из лучших вундеркиндов, но Найла была перфекционисткой. Она хотела быть лучшей во всем.

Однажды на пороге комнаты появилась медсестра Рене. Она была худенькой, с коротким чёрным каре и чёлкой. Под белым халатом всегда красовалось что-то типа колготок в сеточку или кожаных шорт. Да, она выглядела как артистка какого-нибудь кабаре или девушка лёгкого поведения, но была милой и довольно занятной.

– Вставайте дети. Пойдём на прогулку.

– Куда? – опешили Найла, Ли Мин и Оливер.

– На прогулку в сад. Собирайтесь.

Ли Мин отложил планшет с программой по изучению анатомии, Найла – очередную прочитанную вдоль и поперёк книгу. Оливер побежал за маленькой Кэй.

– Через десять минут в коридоре. – Рене улыбнулась своими прекрасными губами, накрашенными бордовой помадой и помахала рукой с длинными бордовыми ногтями.

Ли Мин и Найла молча переглядывались. Они совершенно не могли взять в толк, что происходит.

Через десять минут дети стояли в коридоре. Маленькая светловолосая и голубоглазая Кэй держала в руках медвежонка Олимпикуса и была очень недовольна тем, что её оторвали от тренировок. У всех остальных поход в сад вызывал скорее интерес.

Рене бодро вела детей по бесконечному коридору. Её высокие каблуки гулко стучали, а Ли Мин пытался в деталях запомнить маршрут и даже зарисовать его в своей голове. За последнее время он отточил навыки визуализации и проговаривал себе некоторые опорные моменты, мысленно подписывал локации, чтобы потом с точностью воспроизвести увиденное на бумаге или планшете.

Конечно, это был не сад. За одной из загадочный дверей, детей ждала огромная комната. А в ней они увидели проекцию сада с множеством деревьев, птиц и животных. Все это казалось несколько прозрачным, и всё равно проекция заставляла ощущать себя в каком-то вымышленном мире. Рене раздала всем указки. Если навести такую указку на растение или животное, в воздухе, как на экране, сразу же появлялись латинское название и вся информация об этом виде.