Ингер Фриманссон – Тень в воде (страница 55)
– Ты бросила его в джунглях. То есть предала.
– Но мы искали, Микке, мы искали, говорю тебе. Несколько дней.
– Этого мало.
– Мы не могли оставаться дольше, потому что… заканчивались запасы еды. Было жарко. И москиты.
– Значит, вас кусали москиты.
– Да.
– Как мне вас жаль.
– Было так душно, жарко… почти до галлюцинаций.
– А у него? У него не было галлюцинаций? У него, конечно, была и еда, и вода, и средство от москитов! Ему там было прекрасно!
– Мы искали, клянусь. Нас была целая группа. Бен был за главного. Он и сказал, что надо прекратить поиски.
– Не сваливай вину на другого.
– Я не сваливаю.
– Ты говоришь, что виноват Бен.
– Никто не был виноват! Здесь нет ничьей вины!
– Ты все сваливаешь на Бена.
– Меня никто не слушал. Я больше всех хотела остаться. Я с ума сходила от тревоги и отчаяния.
Он ударил кулаком по столу, у самого ее уха, она закричала.
– Не делай так, мне страшно!
– С ума сходила от тревоги… – передразнил он. – И все равно сбежала!
– Я не могла остаться совсем одна, ты же понимаешь. Я не привыкла жить в джунглях, я бы пропала там.
– Ты бы не осталась одна.
– Осталась бы.
– Он был там. Лежал где-то, раненый.
– Да. И мы об этом думали. Ты не понимаешь, мы искали!
– Заткнись! – приказал он. – Заткнись.
Она уставилась в потолок. Темнело. С каждым днем сумерки сгущались все раньше. Приближалась зима.
– Микке, – прошептала она. – Прошу, Микке, пожалуйста, как бы ты поступил? Если бы ты поехал с ним в джунгли, а он пропал?
– Я бы искал.
– Но мы искали!
– Я бы оставался там, пока не нашел его.
– А если бы не нашел?
– Тогда бы я остался в той стране и скорбел по нему до конца жизни.
У нее пересохло во рту, хотелось пить. Она попросила воды, но Микке ответил, что воды нет.
– На зиму воду отключают.
– Не может быть.
– Никого здесь нет, только мы. Все дома вокруг заколочены. Никого не будет до весны. У нас есть время поговорить не спеша, никто не помешает.
– Но мы поговорили.
– Не до конца.
– О чем мы будем говорить?
Он зажег свечи, сел в продавленное кресло. Тени дрожали, тянулись до самого потолка.
– Например, о фотографиях, которые у него были.
– Каких фотографиях?
– Из его детства.
– Я таких не видела.
Он подскочил к ней, угрожающе навис, занес руку для удара.
– Не ври, они у тебя!
Она отвернулась. Слезы стекали в волосы.
– У меня была всего одна фотография. Он на мотоцикле. Клянусь, больше не было.
Он снова опустился в кресло.
– Когда я приходил к тебе в прошлый раз, – хрипло произнес он. – Сразу после твоего возвращения из джунглей, где ты его предала.
– Я его не предавала.
– Из джунглей, где ты его предала.
Она промолчала.
– Помнишь, что ты тогда сказала?
– Что я сказала?
– Что ты никогда никого не любила так, как его.
– Знаю.
– А теперь у тебя другой мужик.
– Ты… ты о чем?
– Я вас видел. Он живет в твоем доме.
Страх бился внутри.
– Ты предала Натана дважды, сука ты похотливая. Ты забыла его и завела себе другого мужика!
– Я его не забыла! Но жизнь должна продолжаться!
Встав посреди комнаты, он захохотал:
– Вам так только кажется, миссис Тукер.