Инга Вейн – Тени прошлого (страница 8)

Камин давно потух, и светом служила лишь серебристая полоска луны, пробивающаяся сквозь задёрнутые шторы. Тьма давила со всех сторон, мешала сделать вдох и вкупе с нарастающим беспокойством просто сводила с ума. Астрид не выдержала. Вскочила на ноги, понимая, что больше не может оставаться в этом доме. В этом королевстве, наполненном удушливой тьмой и сырой безликостью. Она бросилась к сундуку, не обращая внимания на то, что его крышка с шумом ударилась о стену дома. Торопливо и нервно она принялась копаться в аккуратно сложенных вещах, превращая их в хаотичный ворох тканей.

Наконец её пальцы упёрлись во что-то твёрдое, и Астрид с облегчённым вздохом выудила из сундука колчан со стрелами. Кожа с тиснённым гербом Эринбурга приятно холодила руку. Она осторожно провела ладонью по оперению стрел, наслаждаясь лёгким ощущением щекотки, и, отложив колчан в сторону, потянулась за луком. Ей запретили брать с собой оружие, потому что принцессе негоже было таскать с собой мужские игрушки. Матильда убеждала её в том, что рядом всегда будет верная охрана и защищаться не придётся. Но откуда ей знать, кому ещё можно было доверять?

Лук дарил призрачное чувство безопасности. Но этого по-прежнему было мало. Астрид закрепила на оружии тетиву и достала из сундука рубашку с брюками, зная, что больше не уснёт. В голову пришла абсолютно дикая мысль. В замке короля её ждала не жизнь, а настоящая преисподняя. Её казнь была вопросом времени, и никакая вера Матильды не поможет ей заставить наследного принца и короля считаться с её мнением. Может быть, поначалу она и сойдёт за молчаливое украшение, но затем… Воспоминания о сне снова заставили вздрогнуть.

Решение принялось быстрее, чем мозг начал обдумывать возможные последствия. Астрид готова была пойти на что угодно, лишь бы избежать ненавистной свадьбы. Даже если её поймают. Даже если убьют – это хотя бы будет её выбор, а не приказ безумного тирана. Охота с отцом многому её научила. Так что до этапа, где её хватают и убивают, у неё был шанс сбежать. Она найдёт союзников, армию и придёт под стены Эринбурга, заставив Мишель сдаться и освободить её законное место.

Мечтательный план выглядел опасно заманчивым, пусть и абсолютно безумным. Астрид намеренно не думала о сложностях, чтобы не дать страху просочиться в душу. Скрутив одежду, она подложила её под одеяло, чтобы в случае чего ни у кого не возникло сомнений, что маленькая капризная принцесса просто решила поспать подольше. Натянув вместо аккуратных туфелек, что непременно бы стесняли движения и выдавали её шаги, кожаные сапоги, Астрид покинула дом, закрепив за спиной лук и колчан со стрелами.

Сердце загнанно билось внутри. Мозг вопил, что есть сил, о безумстве затеи, но она упрямо его не слушала, внимательно оглядывая пустой двор, соединяющий дома, выделенные для делегации из Эринбурга. Придворные спали, видя во снах тёплую ванную и богатый пир в честь её помолвки. От их низменных желаний в горле вставал тошнотворный комок. Интересно, Мишель специально окружила себя идиотами, не заботящимися ни о чём, кроме балов и веселий?

Пока отец был жив, двор Эринбурга состоял из самых верных поданных, всем сердцем горящих за благополучие королевства и готовых отдать жизнь за его безопасность. А теперь эти напыщенные индюки были лишь жалким подобием некогда преданного двора. Всего пять лет… И этого хватило, чтобы великое королевство превратилось в жалкую тень своего прошлого. Возможно, упадок Эринбурга начался задолго до этого. Например, в тот момент, когда Рэндалл протянул свои лапы к их магам.

Тихой тенью Астрид скользнула вдоль дома, вспоминая дорогу из города. Нужно было пройти не меньше пяти улиц, чтобы оказаться у главных ворот. Пытаться перелезть через высокий частокол не было смысла – Астрид отсюда видела, как горят на стенах огни факелов. Стража дежурила день и ночь. У главных ворот охраны тоже будет немало. Придётся отвлекать. Только вот как?

Астрид пожалела, что не следила за дорогой внимательнее, но кто же знал, что она отчается настолько, что решится на побег? Ей крупно повезёт, если удастся найти лошадь. При всём своём желании далеко пешком она не уйдёт, а её так или иначе хватятся.

Пригнувшись, Астрид перебежала к другому дому, и Матильда с Лукасом остались позади. Эта мысль, такая неуместная и болезненная сейчас, заставила её замереть, приникнув к холодному дереву стены. Астрид прикрыла глаза, борясь с чувством вины. Она даже не попрощалась. Но будь иначе, Матильда никогда бы не позволила ей свершить задуманное. Она слишком переживала за неё. И слишком в неё верила. А Лукас… Лукас бы непременно разрыдался, сначала высказав ей всё, что о ней думает, за холодную стену, что она построила между ними за последний месяц, а потом вцепился бы в неё своими крохотнымиручонками, пока на его плач не сбежалась бы половина двора.

Нет. Этого Астрид допустить не могла. К тому же Лукасу в любом случае пришлось бы смириться с их расставанием, а Матильде… Матильде разочароваться в ней. Она была уверена, что без неё им будет намного лучше и спокойнее. В конце концов, это не первая её безумная выходка и далеко не последняя. Уж лучше сохранить в их памяти хорошие воспоминания о себе, чем увидеть разочарование в глазах.

Сделав глубокий вдох, Астрид двинулась дальше, оставляя всю боль и сомнения позади. Она знала, что это далеко не самый сложный выбор, что ждал её впереди. Протиснувшись в узкий переулок между домами, Астрид обошла лужу грязи и заметила в конце главную улицу. Она, как спасительный маяк, мелькала впереди тёплым светом свободы. Но что-то было не так…

Астрид резко замерла, сделала шаг назад и нырнула за высокую поленницу у одной из дверей, едва успев сбросить с плеч длинный лук. Главная улица вспыхнула ярким светом факелов, за которыми последовали приглушённые голоса. Осторожно выглянув из-за укрытия, она заметила, как в переулок бесцеремонно затолкали мужчину. Загремели доспехи, разгоняя по телу дрожь страха от неуместных воспоминаний о сне. Не время бояться…

Мужчину с силой толкнули в грудь, и он, не удержавшись на ногах, упал прямо в грязь, с неприятным звуком разбрызгивая вокруг себя мокрую землю. Стража громко захохотала, откровенно упиваясь вседозволенностью.

Ублюдки! Астрид пришлось сжать зубы, чтобы не закричать это вслух.

– Ты же знаешь, что положено за нарушение комендантского часа? – угомонив свой смех, спросил один из стражников и шагнул к мужчине. – Или совсем память отшибло после наказания пару дней назад?

Астрид нахмурилась. Комендантский час и наказания? А чего ещё она ждала от Элдергарда… Только вот зачем ограничивать передвижения жителей после наступления темноты и почему об этом не сказали им?

– Моя дочь… – взмолился мужчина, даже не пытаясь подняться на ноги. – Моя дочь при смерти! Мне прилетел голубь с посланием от лекаря, я должен…

– Ты должен сидеть дома! – рявкнул стражник, без капли сочувствия оборвав речь несчастного. – Люди умирают каждый день, чем ты сделал ей лучше, что вместо одной смерти подаришь Аманте целых две?!

– Делайте со мной что хотите, – бесстрашно согласился мужчина. – Но позвольте увидеться с дочерью… Я не переживу, если…

Не дослушав, стражник размахнулся и ударил мужчину наотмашь. Грохот его доспехов заглушил болезненный стон. Астрид подавила в себе крик ужаса, спрятавшись обратно за поленницу, и, зажмурившись, привалилась плечом к стене. Перед глазами ярко запечатлелся образ мужчины, чья голова безвольно откинулась в сторону. Её затрясло от омерзения и жестокости. Так быть не может, не должно… Проклятый Элдергард!

Снова послышался весёлый гогот стражников, а сквозь него… Астрид вдруг услышала тихий, знакомый голос, которого точно не должно было быть здесь:

– Асти…

Открыв глаза, она в ужасе уставилась на маленькую фигурку, застывшую в паре шагов от неё. Нет, не видение – реальность. Внутренности полоснуло волной страха и холода, ведь перед ней стоял Лукас…

Ох, ну и дрянь! Местная стража не станет разбираться, кто шастает по городу после отбоя. Если их поймают – с нынешними нравами они, скорее всего, даже не доживут до рассвета. Астрид могла поставить под угрозу себя, но не Лукаса. Не это маленькое, наивное существо, последовавшее за ней. Какие бы планы не строила на него Мишель, он оставался её братом. Которого она искренне любила…

Медленно, мучительно медленно, Астрид подняла руку вверх и приложила указательный палец к губам. Лукас смотрел на неё в ответ абсолютно растерянным взглядом, не понимая, почему они должны играть в молчанку именно сейчас. Он не видел всего происходящего в конце переулка. Пригнувшись, Астрид сделала осторожный шаг навстречу, и теперь её сердце не то что бешено стучало внутри – оно буквально колотилось о рёбра, норовя пробить собой все кости.

Боги… Их заметят. Их точно заметят, и тогда всему конец. Глупый, маленький Лукас! Ну зачем же он пошёл за ней?!

Оставался один шаг, как вдруг за спиной раздался грохот доспехов. Астрид бросилась вперёд, обхватила брата руками и прижалась к стене, моля всех Богов, чтобы их не заметили. Лукас испуганно охнул, но она успела накрыть его рот ладонью, заглушая все звуки. Переулок погрузился в звенящую тишину. Сердце стучало уже где-то в горле. Секунды растянулись в тягучую вечность, пока напряжение не достигло предела, превратившись в тонкую, натянутую тетиву.