Инга Вейн – Тени прошлого (страница 12)

– Если вам так будет угодно, – пожав плечами, сухо ответила Астрид, и больше лорд Вентор не пытался завести разговор, видимо поняв тщетность данной затеи.

Коридоры продолжали сменять друг друга, пока перед ними не выросла высокая кованная дверь, украшенная красно-золотыми узорами. Они сплетались воедино, образуя странный символ – серп луны, зависшей над мечом. Он показался Астрид до боли знакомым, но она не могла понять, где видела его до этого. И чем дольше она смотрела на символ, тем сильнее он слипался в глазах, превращаясь в один скомканный красно-золотой комок.

Голову вдруг прострелила ужасная боль. Астрид вскрикнула от неожиданности и зажмурилась, схватившись за виски. Кто-то словно ударил её под колени, и она упала на холодный каменный пол, едва успев выставить руку вперёд. Взгляд упёрся в красный ковёр, а золотой узор на нём, так похожий на тот, что украшал дверь тронного зала, внезапно поплыл перед глазами и рассыпался подобно песку, оставшись на ткани россыпью мелких точек. Сверху обрушился тяжёлый, удушливый запах чего-то отвратительного.

Астрид не понимала, что происходит. Боль нарастала, грозя разорвать голову на миллиарды маленьких кусочков. Она попыталась сделать вдох, чтобы хоть как-то уменьшить эту агонию, но мерзкий запах забил собой все лёгкие. Казалось, что её сейчас просто вывернет наизнанку прямо на глазах у всего двора… Астрид неосознанно сжала пальцы в кулак, ногтями царапая каменный пол. Это было похоже на пытку: не пошевелиться, не вздохнуть, не закричать. Всё, что оставалось – смотреть на красный ковёр перед собой, пока глаза слезились от запаха, боли и унизительного положения, в котором она оказалась. Почему никто не помогает ей встать?!

Что-то влажное вдруг прочертило дорожку по её щеке, и время будто бы застыло. Астрид в ужасе распахнула глаза. Алая капля, сорвавшись с её кожи, мучительно медленно упала на ковёр и растеклась там уродливой кляксой. Какого Фораса? Это… Кровь? Глаза жгло так сильно, что противиться больше не было сил. С трудом разлепив губы, она закричала, и мир на мгновение погрузился во тьму.

Астрид моргнула и обнаружила себя перед высокой дверью со странным узором. Она резко подняла вверх ладонь, удивлённо разглядывая аккуратно подстриженные ногти, словно не царапала ими пол пару мгновений назад. Астрид коснулась щеки и не нашла следов крови, а боль прошла, словно по волшебству. Как и мерзкий запах, что мешал вздохнуть.

Что за…

– Госпожа, всё в порядке? – заметив её смятение, осторожно поинтересовался лорд Вентор.

Астрид вздрогнула и растерянно обернулась: Матильда, Лукас, Мишель и все поданные, отправившиеся с ними на встречу к королю, смотрели на неё с тревогой и ожиданием. Внутренности обдало неприятным холодком – ничего из этого не было на самом деле. Всего лишь видение. Которых у Астрид не должно было быть…

Она заставила себя отвернуться и медленно, неуверенно кивнула лорду Вентору.

– Д-да, – голос всё же дрогнул, когда Астрид, разлепив пересохшие от волнения губы,выдавила из себя это простое, лживое слово.

Дверь медленно открылась, убрав с глаз странный, беспокойный узор. Астрид нервно вцепилась в подол платья, судорожно прокручивая в голове случившееся. Почему именно сейчас? Почему с ней?.. Чья-то рука подпихнула её в спину, заставив сделать шаг вперёд.

Их встретила свежая прохлада и яркий свет. По сравнению с остальным замком: душным, хорошо натопленным и пригвождающим к полу каменным сумраком, тронный зал ощущался глотком свежего воздуха. Устав разглядывать красно-золотой ковёр на полу, Астрид подняла голову вверх и замерла, на миг забыв, как дышать. Над ними простиралось величественное, гордое небо за стеклянным потолком, затянутое сизыми тучами. Завороженная открывшимся видом, она даже не заметила, как они прошли весь зал, остановившись перед каменной лестницей, ведущей к двум тронам. Они были грубо высечены из чёрного мрамора, словно специально оставленные неаккуратными глыбами, прикрытыми тёмно-синей тканью с гербом Элдергарда – странным летающим существом.

Астрид невольно вспомнила тронный зал Эринбурга с многочисленными окнами, заливающими солнечным светом всё вокруг, ненавязчивым рисунком на полу, мраморными колоннами в виде диковинных существ и двумя тронами, с душой высеченными в камне и украшенными ветками свежей сирени. Разница между двумя королевствами была столь велика, что невольно вызывала горькую усмешку. Никакой стеклянный потолок не мог осветить это место по-настоящему. Тёмное и неприветливое, оно представало перед гостями во всей своей красе – жестоким, холодным и бездушным.

– Королева Эринбурга Мишель Мендасиум, принцесса Эринбурга Астрид Мендасиум и принц Эринбурга Лукас Мендасиум, – громко объявил лорд Вентор, плавным, заученным движением указывая на каждого поочерёдно.

Как того требуют правила, Астрид чуть склонила голову в знак уважения, хотя ни капли этого уважения не испытывала. Она упрямо не смотрела на троны, блуждая рассеянным взглядом по залу, пока двор Эринбурга низко кланялся королю. Ей была неприятна сама мысль о том, что им вообще приходится выказывать уважение правителю королевства, что однажды чуть не стёрло их родной дом в пыль. Но она подавила в себе отвращение, дождавшись, пока принц и король поднимутся со своих мест, и наконец подняла свой взгляд.

– Король Элдергарда Рэндалл Экстоллент и наследный принц Эльтарион Экстоллент, – торжественно объявил лорд Вентор.

Какая-то неведомая сила ударила Астрид под дых, и она едва нашла в себе силы устоять на ногах. На помощь неожиданно пришла Мишель. Она подхватила её под локоть, но даже не взглянула в её сторону. Астрид задрожала, не зная, как справиться с накатившим на неё леденящим ужасом.

Надо смотреть. Нельзя отводить взгляда. Нельзя показывать слабости…

Рэндалл замер прямо перед ней, и его тёмные, неестественно тёмные глаза, в которых, казалось, пляшет сам Форас, внимательно оглядели её с ног до головы. Астрид уже знала, как будет выглядеть король Элдергарда… Волевой подбородок, острые скулы, правильный нос, бледная аристократичная кожа и пугающе тёмные глаза. Разве что улыбка на губах была скорее притворно дружелюбной, чем презрительной.

– О вашей красоте ходило много легенд. Кто-то даже поговаривал, что вы прекраснее самой Эрины. Должен признать, они были правы, – Рэндалл усмехнулся, но его глаза остались холодными.

Комплимент, который должен был взволновать и расположить Астрид к себе, не вызвал ничего, кроме тревоги. Никто и никогда не сравнивал её с Эриной. Особенно в Эринбурге…

В голове по-прежнему стоял туман, а горло сжимали когти страха. Астрид не могла вымолвить и слова, и единственное, на что её хватило – это выдавить слабую улыбку, которая должна была походить на смущение.

– Разумеется, несправедливо сравнивать вас с какой-то глупой легендой о несуществующей королеве магов, – продолжил Рэндалл, и только глухой бы не заметил, как похолодел его голос при упоминании магии. Но он практически сразу же взял себя в руки, вернув тону подобие дружелюбия. – Ваша красота здесь и сейчас. Надеюсь, Элдергард придётся вам по вкусу. Чувствуйте себя, как дома.

«Это уж вряд ли», – с ужасом подумала Астрид, пропустив от волнения первую часть его высокопарной речи. Она так ничего и не ответила, низко склонив голову в знак благодарности, лишь бы не смотреть в глаза королю. А потом вдруг вспомнила о присутствии молчаливого принца, застывшего в стороне. Внезапное видение и сбывшийся кошмар настолько сбили её с толку, что она даже не удосужилась рассмотреть будущего супруга повнимательнее. Конечно, окажись он вдруг безобразным уродцем, это едва ли спасло бы её от нежелательного брака, но простое любопытство никто не отменял.

К тому же, Эльтарион оказался вовсе не безобразен. Он был точной копией своего отца, за исключением разве что светлых глаз. И только глупец стал бы отрицать, что король Рэндалл хорош собой, но его холод, который не могла скрыть даже красота, обезображивал не хуже жестокой славы, что тянулась за ним кровавым следом. Однако, в отличие от отца, Эльтарион не выглядел столь же безжизненным и пугающим.

Астрид не могла понять, правда ли его красота обусловлена более мягкими чертами лица, или она просто пыталась себя в этом убедить, но на лице принца не было ни капли презрения или надменности. Впрочем, как и хоть какого-нибудь интереса к своей будущей невесте. Он оглядел королевский двор Эринбурга, скользнул взглядом по Лукасу и Мишель, едва заметно кивнув ей в знак приветствия, и наконец остановился на Астрид. Всего на миг, чтобы позволить их взглядам встретиться. А затем отвернулся, вновь сосредоточив внимание на Мишель.

Астрид едва заметно выдохнула. На неё смотрели по-разному: с уважением, восхищением, умилением или завистью, но никогда с таким равнодушием. Она испытывала что-то похожее на разочарование, смешанное с облегчением. Возможно, идея этого брака не только ей казалась сущим бредом.

– Как ты возмужал! – воскликнула Мишель, и её голос был пропитан такой теплотой, что Астрид невольно повернулась в её сторону.

Неужели она может так нежно сжимать в объятьях кого-то, кроме Лукаса?

– Прошло много лет, тётушка, – мягко ответил Эльтарион и обнял её в ответ. – Мне пришлось вырасти.