Инга Шуст – Теремок для мажора (страница 6)

– Свободны.

Они выходят. Я опускаюсь в свое кресло и закрываю глаза. Так.

В принципе, они правы, никто там сверху не будет проверять с лупой наши списки. По крайней мере, есть надежда, что не будут, но просто я предполагаю, им в эти дни будет вообще не до нас. Аккредитацию получить нелегально – с этим тоже нет проблем, я договорюсь. Если бы форум был не международный, то и вообще париться было не о чем.

Но вопрос, кому отдать место, над этим надо хорошо подумать. Человек должен быть свой. Вот просто в доску свой. Но где такого взять?

Просто, эти места – они проходят вне бюджета. Мы на них зарабатываем, коммерческую прибыль. А если мы как будто бы специально скрыли одно место (а место по площади в сравнении с другими участками вообще не маленькое), то проверяющие могут потом докопаться и предъявить, что мы в обход акционеров зарабатываем. Что я лично нелегально продаю места и деньги кладу себе в карман. А деньги тут проходят не малые.

А мне это вообще не надо, особенно сейчас, когда я целюсь на ту самую должность.

В любом случае дыру придется затыкать.

Как-то навалилось все сразу. Отвлекся. Надо было внимательно проверять за ними, раздолбаями. Но как раз в это время, с одной стороны эта девка стала выкрутасы выделывать, с другой – братишка вернулся. Как обычно, без денег и с проблемами. Ну как не помочь. Родной брат ведь.

Он парень умный, хоть и ведет себя порою, как дите. Здесь есть вина и наша с матерью, как-то так получилось, что я всю жизнь был за старшего, а Илья все будто не вырастет.

У Ильи все будет хорошо, я знаю. Его эмоциональность ему мешает, конечно. Вот и в последнюю нашу встречу. Взял и ушел, ничего не сказав.

Я, конечно, сразу все понял. Я понял это еще тогда, в машине, когда он невольно стал свидетелем наших разборок сначала с Мариной, потом с той сучкой.

У него такое лицо было, что я сразу все оценил. Парень просто до сих пор не может смириться с уходом отца. Детская травма. И потому он так психанул на меня. Потому что в машине он просто слышал мой разговор. А там, в кафе, он еще и увидел ее. Странно только, почему они разговаривали тогда. Знакомы, получается? Ну, судя потому, что он в городе всего неделю, это могла быть одна из его случайных подружек. А может он только примеривался ее снять. В любом случае, все к лучшему.

Психанул, перебесится. Деньги закончатся и сам придет.

Но если та ненормальная еще что-нибудь выкинет. Второй раз Марина точно не поверит. А сейчас мне вообще не до разборок и не до разводов. У меня намечается нехилый карьерный рост. Я хочу, чтобы в моей жизни, сейчас и всегда, все было спокойно и ровно. Марину удалось успокоить. Поверила, что сообщения, которые она читала, были не мне, а одному моему приятелю. Ошибочно, какая-то курица левая номер перепутала, как будто. Хорошо, что жена не настолько примитивна, чтобы контролировать мой телефон.

Но так не вовремя привязалась эта ненормальная.

Телефон пиликнул. Господи, пожалуйста, только не ты.

Но да, это она. Сообщение от Алены. Как же ты достала.

– Я так и не услышала твой положительный ответ на мои условия. Жду еще два дня, и если ты не соглашаешься их выполнить – твоя жена все узнает.

Молча нажимаю отбой.

Шантажистка хренова. Сговорились они что ли все, именно сейчас? Книжек начиталась, детективов. Условия у нее. Ладно, подумаю об этом после.

А пока мне надо заехать прямо сейчас в департамент, поставить свою подпись на плане. Про ошибку мы никому ничего говорить не будем. Место заполним, но кем?

Через полчаса выхожу из многоэтажного офиса. Прямо здесь в пяти минутах ходьбы предстоит встреча с инвестором, через полтора часа. Возвращаться в офис? Ехать домой? Ни туда и ни сюда. Но неподалеку живет мать. Можно заехать, как раз давно не был у нее. Правда, сейчас я не в том состоянии, весь на взводе. Но мама, такая мама. Она у нас мировая. Все понимает.

Глава 6

Илья

Да, точно. Это пришел Виталий.

Вытираюсь полотенцем, и собираюсь уже выйти, но потом торможу. А что если брат приехал к матери, чтобы рассказать про Марину и развод?

– Проходи, сыночек, у меня обед готов, и все горяченькое еще.

Осторожно приоткрываю дверь в ванной. Кухня рядом. Мне все отлично слышно.

– Сын, на тебе лица нет. Что случилось?

– Нормально, мама. Устал. Работы много.

Так. Лица нет. Точно, снова ссорится с женой. Сейчас скажет, что переезжает ко мне, и мама поймет, что я был в курсе и не сказал ей.

Я натягиваю халат. На нем розовые фламинго. Наверное, я в нем смотрюсь просто потрясающе.

В коридоре стиральная машинка крутит мою одежду. Периодически перестаю слышать голос матери и брата из-за нее, но когда барабан останавливается, то все очень четко слышно.

– И вот, представь, полноценное место, да еще какое. Это же тридцать квадратов! А ты знаешь, сколько сейчас стоит один квадрат? – наконец доносится до меня обрывок фразы. Квартиру что ли уже делит?

– Кушай, сыночек, остынет. Нервная какая у тебя работа.

А нет, все-таки про работу. Черт, опять барабан стиральный стучит.

– А мне теперь голову ломать, кого я туда размещу. И самое главное, если об этом узнают, мама, то все, мне хана. Я не только не получу должность, я и со своей вылечу. Да что там, меня вообще близко больше к торговому бизнесу не подпустят в этом городе.

И тут у меня начинают в голове выстраиваться паззлы. Нет, брат говорит не про квартиру и имущество. Брат говорит про торговые площади в своем экспоцентре, где он начальник. Где у них вот-вот начинается международная выставка. Места получить туда просто так нереально. Кроме того, что они стоят космических денег, так туда еще проталкивают только своих. И потом очень долго и скрупулезно согласовывают.

Да потому что это самый крупный экспоцентр города. И это, блин, международный масштаб! Там будут именно те люди, которые мне и нужны. Попадешь туда – получаешь входной билет к партнерству с акулами бизнеса. Можно замутить бизнес с Китаем. А ведь именно у китайцев самое дешевое в своем сегменте, но и продвинутое оборудование, то что я собрался покупать.

Если бы я мог попасть туда, то это был бы выход. Это было бы лучшее вложение в мой старт. Но просить о таком брата я даже и не пробовал. Я давно был в курсе их системы, знаю, как строго у них там все. И все зависит не от него одного, а от вышестоящих лиц. Брат держится за эту должность, и подходит к работе чрезвычайно ответственно.

– Тридцать метров мама. Прохерили. Ой, прости, пожалуйста. Но, это существенный пробел в смете, понимаешь? Точнее, дело вообще не в убытках. Дело в репутации.

– Сынок, все наладится. Я уверена. Ешь.

– Только мама, пожалуйста. Я тебе рассказал, но об этом вообще никто не должен знать. Вот то есть вообще никто. Сам не знаю, зачем рассказал.

– Да кому я скажу-то. Я все понимаю.

– Соседки там эти твои, подружки. Вообще никому.

– Сын, я же не совсем глупая. Все поняла. Ни одной живой душе.

– Кхм, – кашляю я, наконец появившись на пороге кухни. В тапках и в халате с фламинго.

– Илья? – вскидывает брови брат.

– Здорово, брат.

– Да, сыночек. Вот Илюша же как раз заехал. Как хорошо получилось, что вы оба и одновременно. Так давно вместе не собирались.

– Мама, – Виталий становится бледный, как клеенка на столе. – Ты мне почему не сказала, что он здесь? – голос у брата переходит из шепота в хрипоту.

– Так я хотела, но ты меня заговорил. Я же как услышала, что проблемы у тебя, что площадь эту… Ой.

– Да блин! – перебил ее Виталий. – Я ведь просил.

– Молчу, молчу, – мама собирает тарелки.

– Ты чего в таком виде?

– Пролил суп.

– Ну и как сам, вообще? – спрашивает брат, и я понимаю, что он хочет спросить – ты уже отошел от своих психов, или до сих пор не в себе.

Пожимаю плечами.

Мы бьем друг друга ладонью, и это означает, что между нами мир и все проехали.

– Твоя одежда достиралась, сейчас машинка высушит, и я поглажу рубашку, – говорит мама и выходит в коридор.

– Ты ничего ей про Марину не сказал? – спрашивает брат, дождавшись, когда мать скроется в коридоре.

– Нет.

– Молодец, спасибо. Я, кстати, сейчас в сторону Октябрьской поеду, тебя добросить?

– Да, будет отлично. И да, что там с твоим предложением?

– Предложение? Ага, молодец, опомнился. Все уже, поздняк, время прозевали. Я хотел тебя с одним своим знакомым свести, он искал партнера для общего проекта. Но уже все, место занято.