Инга Шуст – Теремок для мажора (страница 5)

– Сынок! – всплескивает мать руками, – Ой, ну как же так не осторожно! И как ты теперь пойдешь?

М-да, видок у меня действительно не очень.

– Значит так. Давай, быстренько раздевайся, а я сейчас на машинке на экспресс режиме все простирну, минут тридцать и готово, – говорит мама.

Выбора у меня нет. Мать не хранит мою запасную одежду. Послушно стягиваю с себя рубашку.

– Я тогда в душ.

– Хорошо, там халат висит на вешалке. Он чистый. Наденешь его пока.

Вот вечно я так, растяпа. А все потому что мечтатель. Вот все время так задумаюсь о чем-то, и во что-нибудь вляпаюсь. Ладно, вляпаться в бульон это не так страшно, как вляпаться в отношения с девушкой, для которой не существует никаких моральных принципов.

Я до сих пор не простил отца. Я не хотел тогда вникать в это все, и сейчас не хочу. Просто не понимаю, как можно было променять мать на кого-то? Она ему готовила, бульончики варила, рубашки гладила. А он в это время любил другую женщину.

Открыл горячую воду. Хорошо бы, если бы можно было смывать с себя грязь от обид так же быстро, как жир от куриного супа.

Мужского геля для душа не нашлось, пришлось мыться чем-то с цветочным запахом. Вот теперь еще и пахнуть буду, как нежная фиалка.

Когда я, наконец, выключил воду, услышал голоса в прихожей. Мать с кем-то разговаривает. Прислушался и сразу узнал голос. Виталий!

– О, сынок! Как хорошо, что приехал, но почему не предупредил? Я ведь могла уйти в магазин или к соседке.

– Ты знаешь, я вообще не собирался, – отвечает Виталий. – Просто как раз не далеко здесь был, на переговорах, и образовался час свободного времени. Вот и решил заскочить.

Глава 5

Виталий

– Хорошо, Виталий Эдуардович! Я вижу, вы устранили все недочеты. Так что, значит у нас все контракты согласованы?

– Да, Максим Викторович. Контракты согласованы, план утвержден. График вчера из департамента прислали, подписанный с дополнениями.

– То есть с нашей стороны все готово, долгов нет?

– Именно так.

Зам главы в десятый раз берет список арендаторов. Что он хочет там вычитать? Каждую кандидатуру согласовывали по две недели. Разбирали каждого под лупой.

– Вы же понимаете, Виталий Эдуардович, что если будет что-нибудь не так, то мы все полетим? И я, и вы следом за мной.

– Понимаю, Максим Викторович.

– Вопрос международного масштаба. На форуме будут представители иностранных государств. Нельзя ни в коем случае, чтобы сюда просочился кто-нибудь посторонний. Ну и вы, конечно, помните, про мою протекцию и должность.

– Помню, разумеется. Не переживайте, Максим Викторович. Все тщательно перепроверили. Вы не разочаруетесь.

Все я понимаю, иностранцы приедут, Китай, международный уровень. Нет, ну я могу, конечно, понять старика. Мероприятие предстоит масштабное. Но он ведь мне все нервы уже вымотал с этим форумом.

Но я что ему, мальчик что ли? Если бы не эта должность, к которой я так долго шел, я бы давно ему уже ответил намного резче. Но нельзя. Приходится держать себя в руках.

Выдает мне напоследок очередную порцию стандартных указаний, очень важных в кавычках. Как будто я сам не знаю порядок действий. Выучили уже все до автоматизма, в первый раз что ли? Старику давно пора на пенсию, а мне в его кресло.

Наконец он ушел.

В принципе, пока все идет по плану. Все своим чередом. Я давно уже понял, как надо жить эту жизнь. Иногда мне кажется, что я с этим знанием родился. Я понял – нет смысла переживать, если можно не переживать. Надо просто брать от жизни лучшее. Выбирать свое и брать. И у меня так в жизни все и складывалось. Выбрал профессию, пошел, отучился в институте. Выбрал девушку – женился.

Марина. Жену я люблю. Жизнь семейного человека меня вполне устраивает. Это очень важно, чтобы было для кого работать, деньги зарабатывать. Чтобы ты домой пришел – там тепло, уютно, сытно. С Мариной все просто и понятно.

Но, все друзья мои ходят налево. Один раз за компанию на каком-то корпоративе сходил и я. Потом еще раз. А потом вздрагивал от каждого телефонного звонка. И тогда понял, чтобы такого не было – любовница должна быть постоянная. Одна. Проверенная.

Любовница нужна. Хороший левак укрепляет брак. К любви это все не имеет никакого отношения. Просто секс, мужчины так устроены. Зато потом дома нет никакого желания ссорится по мелочам. Все так живут.

Встретил нормальную, понимающую девчонку, которой тоже нужны отношения только ради секса. Никаких проблем с ней не было. Симпатичная, не въедливая. В меру глупая, но очень сексуальная. Все было хорошо, пока…

Нет уж, семейной жизнью жертвовать я не буду ни за что. Все всегда в жизни решал, и это решу.

– Виталий Эдуардович! – прерывает мои размышления моя помощница Катя.

– Катя, обеденный перерыв через пять минут. Давай потом?

– Нельзя потом.

Голос моей помощницы трясется. Судя по лицу, она вот-вот заплачет. Что случилось то, черт возьми?

– Вот, – кладет она передо мною план, который скоро мне будет во сне сниться. Я его наизусть уже знаю с этой подготовкой.

– Что вот?

– Ошибка. Проектный отдел. Вот здесь, посмотрите сюда.

Снова тычет наманикюренным пальчиком в план, и тут до меня наконец доходит.

Черт!

Как это возможно? Все уже подписано и согласовано, уже нельзя ничего откатить назад.

– Начальника проектного отдела ко мне, быстро.

Через минуту заглядывает начальник отдела. Виноватый взгляд, он уже в курсе своего косяка.

– Как вы это допустили? Вы хотя бы понимаете, что подставили меня?

– Это именно в тот день система полетела, сбой программы произошел. Весь план заново восстанавливали, – опустил голову парень.

– Отлично. Сбой программы. Так и доложу туда, им это будет просто очень интересно, – я поднял палец наверх.

Молчим втроем. Ситуация конечно, даже слов не могу подобрать, чтобы ее описать. Вообще не понимаю, что делать. Орать? Материться? А толку? Мы уже ничего не изменим. Фарш невозможно провернуть назад.

– Мы уже не успеем ничего изменить, – читает мои мысли Катя.

– Я знаю, – стараюсь быть спокойным.

Уволить этих придурков я всегда успею, но это будет точно не сейчас, не тогда, когда до форума осталось пять дней. Вот проведем, закроем все отчеты, и тогда они у меня огребут по полной. Но пока… Пока надо оставить голову холодной. Без эмоций.

– Ваши предложения? Что делать будем?

– В конце концов, здесь нет ничего криминального. Ну подумаешь, часть площади будет пустовать. Было бы намного хуже, если бы просчитались в обратную сторону, и сдали один участок двум арендаторам.

Еле сдерживаюсь, чтобы не огреть его папкой по башке. Ничего криминального, твою мать!

– Ничего криминального? Этот участок пустой, ты думаешь, этого никто не заметит?

– Он не в центральной части помещения, он отдален, и там рядом «Инновейт», они крупняки. А этот, ну мы можем в принципе его чем-нибудь загородить. А давайте туда поставим нашу собственную выставку. Или, я еще могу успеть найти какого-нибудь резидента. Такого, не сильно заметного и известного, чтобы в глаза не бросался. Не отсвечивал.

– Ясно. Ничего толкового вы предложить, конечно, не можете. Идите, оба. И тоже, не отсвечивайте, чтобы я вас не поубивал. Так, стоп, стоять.

Они разворачиваются ко мне оба. Помощница с трясущимися ресницами, глаза на мокром месте. У этой хотя бы мозгов хватает понять весь масштаб нашего (их) косяка. А этот, проектировщик. Как ни в чем. Ладно, отлично. Ты свою участь дальнейшую уже решил. Но скажу я тебе об этом не сейчас.

– Послушайте сюда оба. Чтобы об этом, – я постучал по столу, на котором лежал план, – об этом чтобы никто не знал. Ни одна душа. Вам ясно?

Они кивнули молча, но что-то мне подсказывает, что ничего им не ясно.

– Никто – это вообще никто. Ни мама, ни собака, – смотрю на Катю. – Ни одна душа в твоем отделе, – это я уже обращаюсь к проектировщику.

– Потому что затыкать эту дыру я буду сам. Мне надо будет быстро что-то придумать, и моментом кого-то найти. Я пока не знаю, кто это будет. Но от вас – тишина, молчок. Узнаю, что кто-то из вас проболтался – сразу вылетите отсюда, и без отработки. Ясно? – рявкаю на всякий, чтобы дошло.

– Ясно, – говорят они на два голоса.