Инесса Ципоркина – Дерьмовый меч. Дилогия (страница 32)
И вот мы вступили на борт, на корму, на бушприт и на шпангоут. Вступив везде, где только можно, мы отдали концы в хорошем смысле этого слова. Отчалили и отвалили.
Ветер был попутный (попробовал бы он не быть попутным!), качка была бортовая, поэтому вся моя непобедимая армада немедленно села на морскую диету и отказалась от обеда. Одна я, бывалая путешественница, привычная к невзгодам походной жизни, красиво стояла на полубаке, поставив ногу на полуют. Сердце мое рвалось навстречу далекому супругу.
— Вот бля-я-я… — вдруг протянул кто-то за моей спиной. Обернувшись, я наткнулась взглядом на Чкала. А его взгляд, в свою очередь, был устремлен на резное стойло, где вовсю страдал от морской диеты Навигатор.
— Вы меня звали? — радостно откликнулся с капитанского мостика Бляд.
— Нет, это я не вам, — мрачно буркнул Чкал. — Мы, как всегда, забыли о Навигаторе. Можно же было у него спросить, где сейчас Розамунд! И за пару часов на нем долететь. То есть на Навигаторе долететь, не на Розамунде…
— Ага! — Я постучала Икариота по лбу. Лоб откликнулся басовитым гулом. — Всемером? Ну ты бы своим ходом добрался, Лассаль бы в хвост вцепился, а остальные? Менька, Гаттер и Финлепсин, между прочим, летать не умеют! А Задохлик так выдохся, что заснул еще на свадьбе мертвецким сном — никаким файерболом не разбудишь!
— Но почему мы не полетели на Афедронии? Она-то не спит! — постучал по моему лбу Чкал. Гул раздался такой, что я даже забыла дать сдачи.
— Бля-я-я-я… — только и сказало мое величество.
— Вы меня звали?
— Заткнись!!!
— Ваше величество… вызываю ваше величество, прием… ясновидящая вызывает ее величество, прием… — ожил мой портативный палантир, настроенный на волну дворца.
— Мое величество слушает!!! — рявкнула я.
— Ваше величество, у меня снова было видение, связанное с его величеством Розамундом, а их величество Гадоперидол сказало, что это может быть важно, хотя ее величество Инсолемния считают…
— Кар-р-р-роче, Склифософская!
— Близнецы-повелители замечены в похищении других представителей дружественных и вражественных магических рас! — четко, по-морскому отрапортовала ясновидящая. — Гномы и тролли также пострадали! Замечены пропажи среди монстров, охраняемых государством!
— Зоопарк у них, что ли? — изумленно протянул Чкал.
— Или банк спермы, — недобро заметила я.
— А что такое банк спермы? — встрял в разговор зеленый от качки, но по-прежнему любопытный Поппи Гаттер.
— Вырастешь — узнаешь, — пообещало мое величество и погрузилось в размышления: что хуже? и что, наконец, хуже для меня, а что — для государства?
Королева в моей душе тяжко боролась с женщиной. Женщина одолевала. Хотелось закатить истерику, съесть пачку печенек, заняться шопингом и чтобы все вокруг забегали. Королева ругала женщину жопоголовой курицей и убеждала мыслить государственно. Женщина все сильнее хотела печенек и новый бронелифчик.
Но внезапно — о, как это было внезапно! — на горизонте появилась черная-пречерная десятимачтовая шхуна с черным-пречерным флагом на самой высокой мачте. Черные паруса раздувало ветром, грозно скрипели мачты — словно целая флотилия беременных вдовых великанш надвигалась на наш корабль.
— Пираты? — радостно встрепенулась я, надеясь отвлечься от мрачных мыслей.
— Черные риэлторы, — грозно обронил капитан Бляд. — От них не уйдешь. Будем табанить.
— Чего будем? — осторожно уточнила я.
— Тормозить! — вздохнул капитан. — Сэкономим силы.
— Мы будем драться до последнего! — мужественно пообещала я. Моя команда, оказавшись (внезапно!) на палубе, посмотрела на меня со значением. Опять я что-то не то сказала.
— Зачем же сразу драться? — пожала плечами Менька. — Сперва поторговаться надо. Может, в цене сойдемся.
— В какой цене? — подозрительно спросила я. — И кого ты собираешься продавать? Не мое ли величество, часом?
— Твое величество им не по карману, — не тратя времени на поддельное возмущение и пустые оправдания, пояснила Мене-Текел-Фарес. — Это мелкие риэлторы.
— Мелкие??? — поразилась я.
Если ЭТО — мелкие, то какие же тогда крупные?
— Ма-арской чорд, ма-арской чорд!!! Криведко-о-о!!! Свежая вода, свежая вода!!! Кольца-серьги-часы!!! Наски-и, наски-и!!! Печеньки-и-и-и!!!!!!! — разнесся над волнами боевой клич. От шхуны за пять морских миль разило тухлой рыбой. Это напомнило мне о верном, вечно пьяном мече. Я потащила Дерьмовый меч из ножен.
— А-а-а! Родные-е-е! — заголосил меч. — Давно не видели-и-ись!!!
Я осторожно потрясла мой беспробудный артефакт. Кажись, он допился до зеленых человечков.
— Поппи! — деловито скомандовала я. — Быстро в этот, как его… в трюм!
— Бегу! — так же деловито откликнулся Гаттер. Мда. Я не ожидала, что мой юный соратник с такой охотой покинет поле боя. — Одна нога здесь, другая там!
Пока я недоуменно хлопала глазами, Гаттер вернулся, все такой же деловитый. С собой он пер огромную торбу, явно пронесенную на борт контрабандой и нехило пополненную уже на борту. У меня аж меч из руки выпал при виде этого набитого барахлом матраса.
— Всё для обмена! — бодро отрапортовал Поппи. — Чего зря госсредства транжирить? У них любой товар выменять можно.
— Да у кого у них-то? — возопила я, окончательно запутавшись. — У морских разбойников?
— Ну ты уж скажешь, твое величество, — проворчала Менька. — Прям уж сразу уж и разбойники. Уж. Нормальные ребята, без них морячкИ скучают. Да и морЯчки тоже. Одежду у них, правда, лучше не брать, вся рыбой провоняла, зато золотишко самое настоящее и морепродукты самые свежие. Куда дешевле, чем в порту.
— Это что, плавучий базар? — наконец-то прозрела я.
— Ну! Я ж говорю — ри-эл-то-ры! — вставил свои пять среброзлатов капитан Бляд. — «Летучий шопинг», призрачная шхуна, которую все видели. Как только пассажир или член экипажа начинает мечтать об обновке — они тут как тут, со своей рыбой и побрякушками прямиком со дна моря.
— Ладно, ладно, поняла, — пробурчала я и сунула вяло протестующий меч обратно в ножны.
В конце концов, в новом бронелифчике и искать интереснее…
Потуга четвертая
Базар шумел, цвел и благоухал прямо на палубе. Перейдя по доске (при этом мне пришлось держаться за третью ногу капитана Бляда, потому что мои титановые шпильки гвоздями увязли в доске, которую все с понтом называли «бимс»), я едва не сомлела. Пахло тут, как в изо рта у студента после рыбного дня в столовке. И все вокруг пахло по-разному. Жареная рыба, вареная рыба, копченая рыба, вяленая рыба, сырая рыба, тухлая рыба.
Нам предложили корицу и ваниль с запахом рыбы, цветочные духи с запахом рыбы и модельные доспехи с запахом рыбы. Капитан Бляд, урча, вовсю лопал свиную колбасу с запахом рыбы, купленную в продуктовых рядах, а я, смирившись со своей участью (на войне как на войне, на корабле как на корабле) взяла у продавца-китайца два пирожка с рыбой и с запахом рыбы.
Сюрпризы начались в первом же пирожке. Вместо начинки в нем оказалась бумажка с предсказанием. Конечно же, бумажками пирожки начинять дешевле! На промасленном обрывке было написано: «Ты встретишь высокую злобную дроу. Женись на ней!» Заплевав все вокруг крошками, я в гневе разломила второй пирожок и нашла там вторую бумажку: «Упс! Это не тебе! Кстати, в следующем пирожке — настоящее пророчество». Пришлось купить еще пирожок. «Наше специальное предложение, действующее до третьего марта…» Еще пирожок. «Отправляйся в Хогвартсорбонну и найди… Продолжение в следующем пирожке». Покупаю. «…своего младшего сводного брата, принца Прозака. Продолжение следует». Снова пирожок. «Спроси у него про последние опыты профессора Лёдда. Продолж…» — конец записки откушен. Морщусь, покупаю. «Пристрой Абрашу Пихто в лабораторию Лёдда лаборантом и оставь ему палантир для связи. И купи уже пирог побольше!» Ладно, дайте вон тот, здоровенный. С осетриной? Откуда в море осетрина? А, у риэлторов, как в Греции, всё есть… Знаю я ваше всё! Небось там целый свиток вместо начинки… Ну так и есть.
«Значит, так, запоминай, голова садовая. Или записывай. Или возьми меня с собой, ничего, что я замаслился немножко, пергаменты жира не боятся! О чем это я? Ах, да!
Читай сюда, о королева всех седативов. Сейчас к вам привяжется один стремный типец. Возьмите его с собой, он вам пригодится. А я сказал, не разоришься на команде! Большому кораблю — большую греблю. Бери и не жадничай, у тебя при дворе есть кому жадничать.
В Хогвартсорбонне питайтесь только тем, что украдет Поппи Гаттер! И пусть не лазит в подвалы с особо дорогими специями, там давным-давно хранятся удобрения для оранжереи.
Не покидайте Хогвартсорбонну до особого знака свистящего рака!
Как выйдете из заднего прохода Хогвартсорбонны, тут вам через сто шагов на юго-юго-север и будет Пречернолесье и Пречерный тракт гоп до кучи. Двигайтесь по нему только ночью! Почему? А вот не скажу. Для романтики!
Про Абрашу сказал, про Лёдда сказал… О! Не. Это тебе знать еще рано. Хотя ладно уж, слушай. То есть читай.
Береги честь смолоду! А мужа с брачной ночи, гыгыг. Ну че, прикольно я тебя разыграл? Пока-пока!»
На всякий случай беру еще пирожок. «Чего тебе? Адрес той дроу?» Тьфу, гнусная выпечка!
— Бляд! — позвала я.
— Пачиму бляд? Зачэм сразу бляд? — возмутился китаец. — Нэ любишь бумашька кюшат? Вазьми пиченька! Пиченька с изум, с кюнжют, с щиколат… Бэсплатна бэри, тока ни ругайса блядом!