Инесса Плескачевская – Поднебесная страна. Традиции, культура, праздники, кухня, медицина (страница 20)

Создание воздушных змеев – традиционное искусство, требующее сосредоточенности, мастерства и вдохновения. Первый шаг – дизайн. На ровной поверхности расстилается большой кусок шелка, и рисунок наносится сразу на ткань. Чуть дрогнула рука – будьте любезны, новый отрез шелка, но настоящий мастер делает это с первой попытки. Затем к рисунку крепится бамбуковый каркас, лишняя ткань обрезается. После этого к созданному «телу» крепится нитка или веревка.

Воздушный змей в виде корабля

Так создается большинство змеев. Но, например, на дракона нужно затратить гораздо больше усилий. Самое сложное в огромном драконе – голова. Сначала тонкие полоски бамбука нагреваются над спиртовой лампой, затем очень аккуратно гнутся, приобретая форму в соответствии с замыслом создателя. После этого несколько согнутых полосок крепятся вместе с помощью нейлоновой нитки – так создаются отдельные части будущей драконьей головы. Затем к каждой части прикладывается шелковая ткань, на которой обозначаются контуры. После того как эта работа выполнена, бамбуковый каркас покрывается шелковой тканью, излишки обрезаются. Потом разные части головы собираются воедино, после чего приходит время сделать дракона видящим – сотворить глаза. Их обычно делают из двух выпуклых пенных дисков, прикрепленных к круглым картонным основаниям. В каждом основании есть небольшое отверстие, которое позволяет воздушным течениям вращать зрачки вокруг горизонтальной оси, расположенной в глазной впадине. (Кстати, воздушные змеи с вращающимися глазами были известны в Китае уже в III в. до н. э.) Законченная голова крепится к 40–50-метровому хвосту, и целый дракон привязывается к 300-метровой нитке. Нань И, который делает своих драконов без точных расчетов и инструкций, доверяя лишь интуиции, тратит на создание каждого около трех месяцев – правда, занимается он этим только в свободное от основной работы время. Каждый из его драконов стоит не менее 600 долларов.

Мэн Юань – на другом полюсе воздушного бестиария: он делает миниатюрных змеев, самый маленький из которых – лишь 6 см². Среди его созданий в основном бабочки, стрекозы и другие насекомые. «Больших змеев можно запускать только на широком открытом пространстве весной и осенью. А мне бы хотелось, чтобы люди запускали их и летом, и зимой. Поэтому я решил делать маленьких змеев, которым не нужны большие пространства и сильный ветер, они могут взлететь от самого слабого дуновения», – объясняет он свое увлечение «малышами». Миниатюрных змеев делают немного иначе, чем больших. «Самое сложное – крепление бамбука к шелку. Я должен крепить их очень аккуратно, деликатно, потому что если в конструкции хотя бы что-то будет не на месте, змеи не взлетят». Цель Мэн Юаня – побить мировой рекорд в создании самого маленького воздушного змея. А еще он хочет сделать и очень большого – с головой дракона и телом змея, на котором будут закреплены портреты 108 китайских императоров.

Столица воздушных змеев – город Вэйфан в провинции Шаньдун, где на миллион жителей приходится более 260 предприятий, производящих летающие чудеса. Причем производство фэнчжэн (именно так они называются по-китайски) подпитывает местную экономику уже 600 лет. Так что принятое в 1983 году решение о проведении здесь международного фестиваля было естественным. Сегодня для участия в нем собираются энтузиасты со всего Китая и более чем из двадцати стран мира – как правило, больше 10 000 человек. Фестиваль, который проходит обычно во второй половине апреля, оказался поистине золотой жилой для города: за двадцать лет инвестиции составили более 4 млрд долларов.

Из участника и победителя Вэйфанского фестиваля Нань И превратился в одного из судей. Он говорит, что при определении победителя многое принимается во внимание: внешний вид змея, его конструкция, как он парит в воздухе. Оценивая внешний вид, судьи смотрят, как собрана рама, на которой крепится шелковый или бумажный рисунок, оценивают его качество, в правильных ли местах произведено крепление, а также степень сложности, необходимая для крепления шелка или бумаги к раме.

Вторая задача судей – оценить полет. Для этого внимательно наблюдают, как змей взлетает, как долго способен парить в воздухе, как быстро достигает заданного участка. Если вдруг нитка запутывается, никаких штрафных очков не начисляется – просто весь процесс начинается заново. Состязания проводятся в различных категориях: мягкие крылья, жесткие крылья, вертикальные, свободные и т. д. Так что если кто думал, что запускание воздушных змеев – простое дело, он ошибался: здесь правила не менее четкие, чем в спорте.

Воздушные змеи – в какой-то степени осуществление давней людской мечты о небе. Я вспоминаю один из своих любимых фильмов – «Андрей Рублев» Андрея Тарковского. Помните сцену, с которой он начинается? Полетев с церковной колокольни, сначала испуганный, а потом все более завороженный человек кричит: «Я летю! Летю!». И черт с ним – с грустным финалом полета, несколько (в лучшем случае) секунд парения стоят всех затраченных усилий. Мы говорим, что человек летает как птица, а китайцы скажут – как дракон. Описывая полет дракона, они утверждали, что сначала он разгоняется, используя облака вместо ступенек, а потом, достигнув высоты 40 ли (около 23 км. – Примеч. ред.), начинает свободно парить, используя потоки воздуха. Не напоминает ли это всем знакомый дельтаплан, который позволяет человеку планировать в небе с помощью воздушных течений? Если хорошенько присмотреться, то дельтаплан очень похож на огромного воздушного змея, правда?

И это не просто ассоциация. Первое упоминание о летающей конструкции, способной нести человека, найдено в письменных источниках династии Северная Ци (550–577). Исследователи утверждают, что первый полет на чем-то, очень напоминающем современный дельтаплан, прошел в Китае в 559 году, ровно за 1335 лет до того, как Баден-Пауэлл впервые сделал то же самое в Европе в 1894 году. А в IV веке известный китайский ученый Гэ Хун описал принцип действия вертолетных лопастей[9] – задолго до Леонардо да Винчи. Да и вообще Европа в IV веке переживала не самое лучшее свое время. Впрочем, это я так, к слову – к воздушным змеям это не имеет никакого отношения. Почти.

А до 1910 года все книги об авиации открывались главой о воздушных змеях. Да и первые авиаторы между собой часто называли свои аэропланы «змеями». Когда я была в музее аэронавтики в Вашингтоне, то заметила там фэнчжэн с надписью: «Первый искусственный летающий объект».

Полетаем?

Женщины с цветами вместо ног

Их уже почти не встретишь на улице – очень старых женщин с малюсенькими ступнями. Мне повезло – я видела нескольких. Они шли немного покачиваясь, тяжело опираясь на палочку или две, часто останавливаясь. С каждым днем их становилось все меньше – время берет свое. Сегодня 90–100-летних женщин с маленькими ножками почти не осталось, а вместе с ними достоянием истории стала и тысячелетняя традиция бинтования ног – традиция, которую не знала ни одна страна в мире, кроме Китая.

Как часто мы говорили, надевая тонкие колготки в двадцатиградусный мороз, что красота требует жертв! Моя мама говорит «форс морозу не боится», но суть та же. Да уж, какие ухищрения мы готовы придумать только для того, чтобы быть самыми красивыми и привлекательными! Но, похоже, все наши жертвы – ничто по сравнению с теми в прямом смысле слова пытками, которые на протяжении столетий вынуждены были терпеть молодые китаянки, чтобы соответствовать местному идеалу красоты.

Предание гласит, что первой забинтовала ноги, чтобы придать им форму полумесяца, Яо Нян, любимая жена императора династии Тан (618–907) Ли Юя, по совместительству – знаменитого автора любовной лирики. Утверждают, что по приказанию Ли Юя для Яо Нян выстроили сцену в форме большого лотоса, на которой она танцевала с перебинтованными ступнями. Это стало модным, и вскоре знатные дамы последовали ее примеру.

Правда, некоторые историки ставят под сомнение эту версию, утверждая, что практика бинтования ног появилась не раньше эпохи Сун (960–1279), что, однако, сути не меняет: ноги бинтовали. Начали эту традицию женщины из знатных и богатых семей, а вскоре она распространилась по всей стране, превратившись из модного течения в суровую необходимость для каждой красивой девушки. Со временем маленькие ножки стали самой интимной и сексуально привлекательной частью женского тела, своеобразным символом женственности. Девушка с забинтованными по всем правилам ножками удачно выходила замуж, даже проститутка с маленькими ступнями имела больше шансов заполучить богатого клиента. Классическая фраза из семи иероглифов так описывает идеальную женскую ступню: «тонкая, маленькая, острая, изогнутая, благовонная, мягкая, симметричная». Такую ножку называли «золотым лотосом» (цзиньлань), причем идеальным считался «лотос» длиной в 10 см. В средневековом Китае богатые мужчины пили вино из бокалов, изготовленных в форме женской туфельки, которые так и назывались – бокалы золотого лотоса (цзиньлань бэй).

Многие исследователи полагают, однако, что главной причиной бинтования ног было вовсе не стремление к красоте, а гораздо более прозаическое желание удержать женщину дома и ограничить ее общение с окружающим миром: на таких ногах далеко не уйдешь. Как ни прискорбно по отношению к памяти великого учителя, обычай этот, скорее всего, ввели конфуцианцы, полагавшие, что лучшее место для женщины – дом, а единственное предназначение – рожать детей, на что длина стопы никак не влияла. А вот завести интрижку на стороне становилось почти невозможным.