Индира Искендер – Плен (страница 55)

– Зачем ты меня позвал?

– Поговорить.

– О чем?

Эмран замялся. Как-то она слишком быстро переходит к делу. Ему хотелось просто посидеть с ней, поболтать на отвлеченные темы, прощупать ее отношение к нему и в итоге ненавязчиво заманить обратно в семью. Деловой подход к разговору, который задала Альбике, его неприятно удивил.

– Бика… – Эмран постарался придать взгляду максимум нежности и заботы. – Мне тебя не хватает. Очень не хватает.

Он заметил, как дрогнули ее брови, а глаза предательски блеснули – отличный знак.

– Давай все будет как прежде? – продолжал он. – Не разрушай нашу семью, ведь мы столько лет прожили вместе. Дети… Хоть они уже не дети – нуждаются в тебе. Вчера Сати проворонила кастрюлю и чуть не спалила дом.

– Опять? – невольно спросила Альбике.

– Да, опять, – улыбнулся Эмран. – Вообще она мне не нравится последнее время. Как будто что-то замышляет, все о чем-то думает.

– Так это же хорошо. Разве не ты упрекал ее за то, что у нее ветер в голове?

– Да боюсь, этот ветер до сих пор там, просто наступило затишье перед бурей.

Эмран умолк. Как много лет прошло с тех пор, как он впервые взял на руки «кульки» с запеленутыми Сати и Лаурой, как много сил они с Альбике в них вложили.

– Мика, кажется, завел какие-то отношения, – продолжал он. – Не знаю, насколько там серьезно, пока не узнавал, кто она. Он ведь наивный парень, мало смыслит в жизни. Охмурит его какая-нибудь, как нашего Надима. Ты могла бы как-то… провентилировать обстановку. В общем, давай все как-то уладим по-мирному, Бик? Я не хочу, чтобы ты уходила. Ты нужна нам всем.

– Это не помешало тебе дать мне развод и выставить из дома, – напомнила Альбике.

– Я погорячился. Ты меня взбесила. Я не это имел в виду.

– Ты развелся с ней?

Эмран не стал опускать взгляд.

– Нет.

– Тогда нам нечего обсуждать.

Он нахмурился. Если дело этого требовало, он был готов просить прощения, но долго унижаться не собирался. Альбике принялась за еду, а он задумчиво ковырял вилкой мясо, думая, как бы обойти тупик, в который снова попал.

– Тебе плохо жилось, что ли, я не понимаю? – снова начал он. – Какая разница, сколько у меня жен?

– Это тебе, что ли, плохо жилось? – внезапно парировала Альбике. – А мне – да. Мне плохо жилось, когда ты мне изменял направо и налево. Ты говорил, что любишь, но при этом ни во что не ставил мои чувства. И сейчас тебе наплевать, что этой выходкой ты сам и разрушил нашу семью.

– Если бы не Мика…

– …я бы до сих пор ничего не знала, да? Я все равно бы узнала, Эмран. Я эти вещи уже за километр чую. И я чувствовала, что что-то не так, но не думала, что после стольких лет ты снова возьмешься за старое! А ты не только взялся за старое, да еще и молодую девчонку своей женой сделал. Да она же ровесница твоих дочерей! Знаешь, будь это какая-нибудь бедолага с десятью детьми, которой некуда податься… Будь это в первый раз… Может, я бы постаралась понять. Но нет. Для меня это самое настоящее предательство. И ты еще смеешь говорить, что я тебя предала. Просто смешно!

– Бика…

– Что «Бика»?! – Альбике отбросила вилку в сторону. – Хватит! Надоело! Ты думал, что можешь выгнать меня после стольких лет, не дав ни копейки, не оставив ничего… А ведь я не стала учиться из-за тебя, не стала работать из-за тебя!.. Все, чтобы ты, бл**, был доволен!

Неожиданно вырвавшееся матерное слово резануло по ушам Эмрана. Альбике испуганно прижала ладонь к губам, но потом, вспомнив, видимо, что он ей никто, махнула рукой.

– И ты думал, что вот так выставишь меня за дверь из-за другой женщины, а потом поманишь пальцем и я прибегу обратно?! Хрен тебе, Сайларов! Спасибо, что дал мне развод, потому что я не вернусь, пока ты ее не оставишь.

– Ты мне снова ультиматумы ставишь? – негодуя, переспросил Эмран.

Его пальцы сами собой сжались в кулаки. Так и хотелось чуток ее стукнуть, привести в себя.

– Да!

– То есть ты предпочитаешь жить у своей сестры в ее муравейнике, собирать чьи-то вонючие куртки за три копейки, бросить детей…

– Они уже не маленькие. И без меня неплохо обходятся, – перебила его Альбике, напомнив его же собственные слова. – И эти вонючие куртки я собираю из-за тебя!

– Дай мне закончить! – рявкнул Эмран.

Он не узнавал жену, сбитый с толку ее дерзким поведением. Где его покорная овечка, единственный человек, в реакции и словах которого он был всегда уверен на сто процентов?!

– Ты все это предпочитаешь тихой-спокойной сытой жизни, где от тебя только и требуется, что принять наличие второй жены?

– Эмиш, Эмиш! – Альбике покачала головой, глядя на мужа уже печально. – Это не просто вторая жена. Это начался новый круг твоих приключений, частью которого я быть не собираюсь. Довольно с меня. Да. Лучше таскать чужие вонючие куртки, чем чувствовать от тебя запах другой женщины.

Эмран устало вздохнул. Выхода из тупика не было. Он не хотел терять Альбике. Он не мог расстаться с Зарой. То, что Бика готова была вернуться, если он разведется с Зарой, показывало, что она еще к нему не остыла, а значит, покамест можно не бояться конкурентов. Но надолго ли? Расстояние может вылечить не хуже времени – вылечить от любви.

– Ладно, – процедил он. – Ладно. Знаешь что? Я тебя возвращаю.

– Что? – Альбике подняла на него удивленный взгляд.

– Я возвращаю тебя как мою жену, поняла меня? – повторил Сайларов. – Я имею на это право, и ты должна меня слушаться.

– Нет, ты не можешь…

– Могу. И сделаю это. Точнее, уже сделал. Я. Тебя. Возвращаю.

Эмран встал, подошел к ней и положил руку на плечо, показывая, что она перестала быть для него чужой. Альбике отшатнулась.

– Я не хочу!

– Ну, замуж за меня ты тоже не хотела, – сказал Эмран, возвращаясь на свое место. – Но потом же поняла, что ошибалась? Вы, женщины, просто не знаете, что для вас лучше. Ты привыкнешь. Просто дай себе время.

Он оценил произведенный эффект: Альбике в шоке дотронулась до плеча, на котором он только что запечатлел метку, что она снова принадлежит ему. Как же хорошо, что по их традициям не нужен весь этот геморрой с загсом. Да, пришлось немного сдать позиции и первому пойти на примирение, но теперь она снова его жена и больше никуда от него не денется.

– Идем, я расплачусь, и поедем домой.

Глава 39

Эмран поднялся, показывая, что вопрос закрыт. Он не успел доесть свое блюдо, но воссоединение с женой куда приятнее бездушного куска мяса. Альбике тоже поднялась из-за стола и посмотрела в глаза Эмрану.

– Я никуда с тобой не поеду, – твердо сказала она.

– В каком смысле? – не понял Эмран. – Ты должна вернуться в наш дом! Я снова твой муж, не забывай.

– Ты мне будешь говорить о том, что я должна? – Глаза Альбике блеснули, но уже не слезами. – А как насчет того, что ты не должен был шляться по бабам? Нет, Эмиш, после всех твоих грехов не тебе мне указывать, что я должна! Я тебе уже сказала и повторю еще раз: я не буду одной из двух. Прощай!

– Я запрещаю тебе… – В последней попытке остановить жену Эмран схватил ее за руку.

– Убери руку, Сайларов. А то закричу.

Альбике выдернула руку, подхватила сумочку и спешным шагом покинула ресторан. Эмран в бессильной злобе смотрел ей вслед. Руки опять зачесались догнать ее и хорошенько проучить. Однако вместе с гневом он ощущал и странное возбуждение от их стычки. Мало кто из женщин смел разговаривать с Эмраном в таком тоне, мало от кого он слышал отказ. Теперь ему еще больше захотелось вернуть Альбике во что бы то ни стало, опять подчинить себе. Он смог сломать ее однажды, так почему бы не поиграть в эту игру снова?

Едва открыв Эмрану дверь, Зара поняла, что у него снова плохое настроение. В последние дни это было его естественным состоянием – из-за неожиданного сопротивления со стороны Альбике. Зара знала, что он сделал уже несколько заходов для примирения, но постоянно получал отказ, несмотря на цветы, конфеты и перевод энной суммы денег, чтобы прежняя жена ушла с работы (с которой она также отказалась уйти).

Зара молча приняла у него пиджак и, пока Эмран переодевался в домашнюю одежду, подогрела ужин. Погруженный в свои мысли, он не проронил ни слова, пока ел, и лишь когда прошел в гостиную и, по обыкновению, устроился на диване, спросил, как Зара провела день.

– Я была в ателье. Потом прошлась по магазинам. А ты? Чем-то расстроен?

Эмран задумчиво поглаживал ее талию, приобняв рукой, и не отвечал на вопрос. Посмотрел на нее внимательнее обычного, оглядел с ног до головы, и Зара почувствовала, как по рукам пробежали мурашки. По совету Амины она набралась смелости и сходила к платному гинекологу, причем от страха перед мужем съездила на самую окраину Москвы. Врач выписала ей противозачаточные таблетки, и потом Зара полчаса ходила вокруг аптеки, снова и снова обмирая при мысли, что ее замысел раскроется. Когда везла упаковку в сумке, на каждой станции порывалась выйти и выбросить ее в помойку. Потом долго металась по квартире, думая, куда спрятать пачку: закопать среди своего белья? Под матрас? В шкаф, среди круп и макарон? Казалось, Эмран может заглянуть куда угодно. Наконец, прикинув все возможные варианты, Зара пришла к выводу, что с наименьшей вероятностью он заинтересуется ее швейной машинкой, и засунула блистер в ящик для мелочей под приставной платформой.

В ту ночь Эмран был с ней, и ей казалось, что он почует присутствие в квартире нового медицинского препарата. Но он ничего не заподозрил, и на следующий день страх чуть отступил. А потом отступил еще подальше, и Зара осмелилась снять несколько купюр, положила в неприметное портмоне, завернула в белый бюстгальтер, в котором приехала в Москву и который с тех пор никогда не надевала, и засунула подальше в шкаф. Если Эмран и найдет ее «нычку», то только одну. А если не найдет ничего, то через полгода-год, если все получится, она сможет спокойно от него уйти. Ужасно долго, но меньше, чем вся жизнь.