Индира Искендер – Плен (страница 57)
– Предупреждаю в последний раз: если вы оба еще хоть раз косо посмотрите… – уже вовсю распекал Сати и Мику Эмран, но Зара видела по их лицам, что его угрозы не пугали их, а только злили.
– Не бойся, – продолжал Надим. – Они побесятся и отойдут. Сама понимаешь, такая ситуация… Сложно воспринимать ее спокойно.
Зара исподлобья покосилась на него, не понимая, зачем он вообще с ней разговаривает. Было бы проще, если бы они все ее игнорировали.
– Хочешь, поставь пока сюда?
Надим указал на стол в гостиной, но Зара не хотела отпускать машинку, цепляясь за нее, как утопающий – за спасательный круг. Она неловко перехватила свою ношу, и тогда парень просто взялся за коробку и потянул на себя.
– Давай-давай. Не уроню. Я тут самый адекватный.
Зара нехотя выпустила коробку и с беспокойством проследила, как он ушел в видневшуюся из коридора гостиную, бережно поставил машинку на журнальный столик, а потом поднял руки вверх, показывая, что ничего не имеет в виду, и улыбнулся.
Да, Зару беспокоило, что любой из младших Сайларовых может из мести разбить ее машинку, но больше волновало, как бы через ящичек, через коробку не просочились противозачаточные таблетки.
Ссора за ее спиной разрасталась. Эмран уже пригрозил лишить Сати и Мику всего, что можно, кроме права дышать. Вернувшийся Надим развел руками:
– Добро пожаловать в нашу семью! Идем на кухню, пусть без нас тут развлекаются. Кофе? Чай? Салфетки?
Зара, не зная, куда деваться, утерла ладонью глаза и поплелась за ним. Его добродушию она не доверяла. Может, из-за того, что Надим был очень похож на отца внешне и вызывал неприятные ассоциации, может, потому что ни от одного из Сайларовых… нет, ни от одного из мужчин в своей жизни она еще не видела добра и поддержки. Разве что Асвад… да и то не особо считается.
– Так что ты будешь?
– Кофе, – выдавила Зара, разглядывая кухню в бежевых тонах размером со всю ее московскую квартиру.
Она присела на высокий стул у «островка» и оглянулась на дверь в надежде, что Эмран наконец оставит своих потомков в покое и спасет ее от мучительного внимания Надима.
– Эспрессо, капучино, латте, лунго, флэт-уайт? – Надим склонился к экрану кофемашины и читал названия. – Что тут у нас еще? Я, честно говоря, не кофеман, не вижу большой разницы между этими лунгами и капучинами.
Зара насторожилась. Она могла перепутать с другими блогерами, но, кажется, Мика в своих историях упоминал, что брат любит кофе.
– Капучино, пожалуйста.
– А в чем разница между капучино и латте, не расскажешь?
Надим нажал кнопку, и машина взревела, перемалывая зерна. Голоса в холле стихли.
– Не знаю, – соврала Зара, чтобы прекратить этот подозрительный разговор.
– Да брось. Как же ты тогда выбираешь?
Надим поставил перед ней большую белую кружку с плотной пеной и уселся напротив.
– Ммм, пахнет вкусно. Сахар вон в той штуке.
Казалось, он просто проявляет дружеское участие. Неужели и правда просто адекватный? Зара с благодарностью обхватила руками пузатую кружку и ощутила успокаивающее тепло.
– Говорят, кофеманы – те еще оптимисты, – продолжал Надим светскую беседу, не обращая внимания на скупые ответы Зары. – А еще оригинальны и непредсказуемы. Ну и вообще такие… страстные…
– Вот! – послышался от двери голос Эмрана. – Вот, берите пример со старшего брата. – Сайларов-старший подошел к «островку» и заглянул в Зарину кружку. – Спасибо за заботу, Надим. Хоть кому-то в этом доме еще мозги не отшибло. Принеси из машины вещи, будь добр.
Когда парень ушел, Зара немного расслабилась. Эмран сел напротив и потер руками лицо.
– Упрямые бараны. Ну да я упрямее, – пробормотал он, поднял взгляд и улыбнулся Заре: – Ну вот, самое страшное позади. Все наладится. Допивай свой кофе, и пойдем покажу тебе нашу комнату.
Зара послушно осушила чашку и пошла за Эмраном на второй этаж. Хотела захватить с собой машинку, но он велел оставить «свою долбаную погремушку» внизу, так как в спальне не на что ее поставить.
Дом казался слишком большим и неуютным. К московской квартире Зара кое-как привыкла, там она была полноправной хозяйкой, а здесь чувствовала, что не сможет и лишнего шагу ступить, чтобы не вызвать гнев «детей». Наверняка Альбике выбирала эти обои, вешала на стены эти картины, расставляла на полках шкафов эти фигурки и рамки с фотографиями. Ее не было, и одновременно она была повсюду, а Зара – у нее в гостях.
Как же глупо. Она никогда не сможет здесь прижиться.
«Пошел вон. Я не сошла с ума».
Она и не хочет приживаться.
Эмран завел ее в спальню и прикрыл дверь.
– Вот. Располагайся. Сейчас Надим притащит твои чемоданы.
Зара с тоской посмотрела на широкую кровать. Здесь он спал с Альбике. Она поежилась, словно первая жена глядела откуда-то с укоризной. Эмран обнял ее сзади. Просто так, пока ни на что не намекая.
«Пошел вон…»
– А как же… дети?
– А что дети?
– Ну, они же здесь. Это как-то… некрасиво.
– Все красиво, что я решил.
«Пошел вон…»
Когда Надим занес им чемоданы, когда на коттеджный поселок упала ночь, когда «дети» перестали курсировать по коридору между ванной и своими комнатами, когда Зара застелила один на двоих матрас чистой простыней и улеглась под одно на двоих одеяло, Эмран придвинулся к ней поближе и пустил в ход руки. Изменения в привычной обстановке его явно взбодрили.
– Я сегодня не могу, – с искусственной досадой в голосе сказала Зара. – У меня эти дни начались.
Эмран издал разочарованный вздох:
– Раньше нельзя было сказать?
– Я только что увидела.
Он, будто не веря, пошарил у нее между ног и нащупал крылышки прокладки.
– Ладно, сейчас что-нибудь придумаем.
– Хорошо. Ой, я только схожу воды попью?
– Смотри не заблудись.
Подсвечивая себе путь фонариком на телефоне, Зара спустилась вниз, но сначала направилась не в кухню, а в гостиную, где на журнальном столике все так же стояла коробка с ее «погремушкой». Зара осторожно открыла ее, вытащила машинку, сняла приставную платформу и проверила ящичек.
«Пошел вон».
Она выковыряла первую таблетку по схеме, спрятала блистер обратно, засунула машинку в коробку. Пожалуй, пока в этом доме лучшего тайника не найдешь.
На кухне Зара налила воды и проглотила таблетку. Она хотела – видит Всевышний – она хотела детей, просто не от него. Ей снова было страшно, что Эмран узнает, но дальше отступать было некуда. Переезд в дом Альбике ее окончательно добил, хотя казалось, куда уж дальше.
Зара вернулась в спальню. Муж ее ждал.
Немного потерпеть, и она от него сбежит. Надо снова взять себя в руки. Ничем себя не выдавать, чтобы он ни на миг в ней не усомнился и не пытался проверять. Эмран-Баран потянулся к ней губами, а Зара закрыла глаза и представила очередного турецкого актера, кажется, Фуркана Андыча.
«Пошел вон!», – пела в голове «ВИА Гра».
Эпилог
Мика сидел за «островком», уронив голову на руки, и ждал, пока Надим сварит кофе. Вчера он полночи переписывался с Шакирой и жаловался на отвратительную ситуацию, в которую их всех поставил отец, а теперь не мог разлепить глаза.
– Ну что там? – промычал он. – Мне срочно нужна доза кофеина.
– Сейчас, погоди, будет тебе кофеин, – отозвался Надим, карауливший турку у конфорки.
– Охота же тебе париться. Просто нажал бы кнопку, и всего делов.
– Она забилась. Мыть надо. Попрошу Зару ее почистить.
– Господи, не напоминай о ней! – Тут Мика приподнял голову и подозрительно посмотрел на брата. – А ты по ходу решил с ней спеться, да? Видел я, как ты вчера ее обхаживал. «Давай коробку подержу, давай кофе налью».