Индира Искендер – Плен (страница 20)

– Думаешь, я спускался? – усмехнулся Надим. – Я тоже в комнате отсиживался. Что, стремно?

– Неохота ругаться из-за какой-то шалавы.

Оба брата спустились в просторную гостиную. Мама уже накрыла на стол, за которым сидели их сестры и отец. Мика долго не решался встретиться взглядом с Эмраном Сайларовым, но чувствовал кожей, как тот буквально прожигает его. Так бывает в семье – не нужны слова, ты все понимаешь по изменившейся атмосфере, по атомам напряжения, витающим в воздухе. В итоге Мика все же посмотрел на него. Тут же ему стало так тяжело, словно тот мысленно вручил ему штангу в пятьдесят килограммов. Однако парень придал лицу максимально невозмутимый вид и уселся на свое место. В груди зародилось неприятное ощущение, появлявшееся каждый раз, когда он делал что-то не так и ждал неизбежной выволочки.

За ужином все обсуждали предстоящую свадьбу Лауры, причем без участия виновницы торжества. Сама Лаура с легкой улыбкой гоняла по тарелке зеленый горошек с брокколи и на все вопросы и предложения задумчиво отвечала «Ага».

Едва все поднялись из-за стола, Эмран быстро подошел к Мике и положил руку на плечо:

– Идем, поговорить надо.

Не сопротивляясь, Мика вслед за отцом направился в кабинет. По пути он перехватил взгляд Надима, и тот поднял в воздух кулаки, призывая брата держаться.

Глава 14

Зайдя в кабинет, Эмран закрыл за сыном дверь и уставился на него. Мика несколько секунд выдерживал его пристальный взгляд, потом потупился.

– Доволен собой? – наконец спросил Эмран с еле сдерживаемым раздражением.

– Вполне. – Мика снова поднял взор.

Отец не заставит его стыдиться того, что он выкинул ту телку из его квартиры.

Эмран медленно прошел к своему письменному столу и выдвинул ящик. Именно оттуда утром Мика взял запасные ключи от московской квартиры, чтобы поискать там футболку, которую хотел использовать для нового ролика. Вернувшись, он положил их на место, впрочем, теперь это уже не имело значения.

– Кто позволил тебе взять ключи от квартиры?

– Прости. Я не знал, что там скрывается страшная тайна, – не сдержался Мика.

Эмран предупреждающе поднял указательный палец. Достал из ящика связку ключей и убрал в небольшой стенной сейф, потом снова подошел к сыну.

– Я запретил совать нос в мой кабинет, едва ты научился понимать человеческую речь. Ты избил девушку. Я от тебя этого не ожидал, я тебя не так воспитывал.

«Она еще девушка?» – хотел было переспросить Мика, но вовремя прикусил язык. Сейчас желание острить было явно не к месту. Теперь все ясно. Эта коза вернулась и нажаловалась папочке, что плохой Мика отвесил ей пару подзатыльников.

– Какой там избил? – ответил он, отводя глаза. – Толкнул случайно…

– Я знаю, как ты «толкнул». Запомни раз и навсегда: ты больше пальцем не притронешься к Заре, понял меня? Ты не посмеешь даже посмотреть косо в ее сторону, если вдруг еще раз с ней столкнешься.

– У шлюхи появилось имя? – ляпнул Мика и тут же пожалел о сказанном.

Эмран внезапно схватил его за грудки и припечатал к двери.

– Не смей ее так называть! – чеканя слова, сказал он. – Зара – моя жена. Я требую к ней уважения, и ты будешь его проявлять!

Мику словно выбросили из машины на полном ходу. Он попытался вдохнуть и не мог, так все внутри сжалось от услышанного. Эмран уже отпустил его, но парень все еще стоял, привалившись к двери и тупо глядя на отца. Боль, обида и ярость сплелись воедино, но он не смел ничего сказать, лишь буравил Сайларова-старшего взглядом.

– Кто еще знает про это?

Мика молчал. Эмран прищурился:

– Ну? Кто?

– Никто.

– А Надим?

Парень, вздохнув, кивнул.

– Пусть так и будет, – успокаиваясь, сказал Эмран. – Ты никому об этом не расскажешь, понял меня?

– А как же мама?

– А что «мама»? Я ее люблю, уважаю и не собираюсь бросать. Я имею право взять вторую жену, вот и все. Для всех будет лучше, если ты не станешь об этом распространяться. Ты же не хочешь, чтобы мы с твоей мамой поссорились?

– Но зачем? – Мика с недоумением смотрел на отца. Теперь он начал понимать, что заходы налево были цветочками, а вот теперь пошли ягодки. – Тебе было мало, что ли?

– Я не собираюсь с тобой обсуждать свою личную жизнь! – прикрикнул на него Эмран. – Не забывайся, Мика. Я захотел, и я женился. Это все, что тебе нужно знать. Я не буду приводить Зару сюда, знакомить вас и все такое. Она – моя отдельная семья, которая вас не касается, понял меня?

– Да, – процедил Мика.

Пререкаться с отцом и что-то доказывать не имело смысла.

– Вот и отлично, – кивнул Эмран. – Можешь идти. И помни наш уговор: никому ни слова.

Мика вздохнул и собирался было выйти из кабинета, как отец добавил:

– Кстати, отдай ключи от машины Надиму. Теперь он будет возить Лауру и Сати в институт. Тебе пользоваться машиной запрещено.

– Что? Почему?!

– В следующий раз дважды подумаешь, прежде чем нарушать мои запреты и размахивать кулаками.

– А мне как прикажешь до института добираться?!

– В километре от нашего поселка есть станция, ходят электрички, если ты не в курсе, – бесстрастно сообщил Эмран. – До холодов походишь пешком.

Мика рассерженно выскочил из кабинета и лишь нечеловеческим усилием воли удержался от порыва хлопнуть дверью. Не хватало еще лишиться карты и телефона – отец знал, куда бить больнее всего.

Рядом с дверью его поджидал брат.

– Ну что?

– Он сказал, чтобы я ездил в институт на электричке! – возмущенно сообщил Мика, который еще не мог до конца поверить, что это правда.

– Так, а что девчонка? – напомнил Надим. – Ты выяснил, кто она?

– Он действительно женился, Надим, – упавшим голосом сказал Мика. – Это была его вторая жена.

Оба парня несколько секунд стояли молча, переваривая информацию.

– Отец велел никому не рассказывать, – продолжил Мика. – Но я не могу об этом молчать! Это же предательство, это…

– О чем шушукаетесь, мальчики? – спросила мама, выходя из кухни.

– Ни о чем, мам, – ровным голосом сказал Надим. – Идем, братуха, искупнемся, пока еще тепло.

– Какой «искупнемся»? Начало сентября!

– Мы на минутку, – подхватил Мика, и они с Надимом быстрым шагом направились к бассейну.

Несмотря на теплую погоду, вода обдавала неприятной прохладой, но братья самоотверженно залезли в нее, пока мать, качая головой, наблюдала за ними через огромное окно гостиной, выходившее прямо на бассейн. Стоило ей скрыться, они поскорее вылезли и, замотавшись в полотенца, уселись на лежаки.

– Я не могу смотреть в глаза маме, – снова начал Мика. – Но сказать ей тоже язык не поворачивается.

– Ну и молчи, говорят же тебе. Послушай добрый совет старшего брата.

Мика скривился.

– Не знаю, как тебе удается сохранять спокойствие! Тебе вообще все равно, что ли?

– Я просто умею вовремя отключать эмоции и включать голову. – Надим потрепал его по мокрой шевелюре. – Ты же не дурак, правда? И, кстати, если ты собрался рассказать Сати и Лауре, то нет. Ты этого не сделаешь.

– Да почему?! – воскликнул Мика, раздосадованный, что брат буквально прочел его мысли.

– Они же дамы. Разболтают все из женской солидарности. – Надим содрогнулся от прохлады и поднялся. – Я понимаю твою журналистскую натуру: так и тянет сделать из этой новости сенсацию, да? – Он развел руки в стороны, словно развешивал рекламную растяжку.

– Вовсе нет!