Индира Искендер – Плен (страница 19)

– Нет! На хрена шлюхе вещи?

Новый подзатыльник.

– Мика! – окликнули ее мучителя. – Ну-ка иди сюда!

– Ща! – отозвался тот и снова повернулся к Заре. – Давай, бегом пошла.

Зара готова была провалиться сквозь землю со стыда, однако поплелась к воротам, рукавом утирая слезы, не представляя, что делать дальше. Краем глаза она заметила, что Мика пошел в другую сторону, к массивному черному внедорожнику. Окна машины были опущены, за рулем сидел Надим. Они о чем-то попрепирались, потом Мика сел в машину, и Зара замедлила шаг, надеясь, что он уедет раньше, чем она доберется до людной улицы. За спиной заурчал мотор, и внедорожник поравнялся с ней.

– Не сбавляй темпа! – крикнул Мика, высунувшись из окна. – Еще раз тебя тут увижу, ноги переломаю!

– Успокойся уже, – донесся до Зары голос Надима, и джип рванул прочь.

Девушка дошла до угла дома и проследила, как Сайларовы выезжают за шлагбаум, а потом повернула обратно. Во дворе было пустынно, только несколько детей играли на площадке под присмотром женщины. Та окинула Зару подозрительным взглядом, но ничего не сказала. В родном городе весть о том, что какая-то девушка ходит по улице полуголой, облетела бы всех соседок еще быстрее, чем Зара добралась бы до подъезда.

У входной двери Зара вспомнила, что ключ от домофона остался на связке ключей от квартиры, и путь внутрь ей заказан. Жгущая душу обида разгорелась с новой силой, и она, присев на скамейку рядом с подъездом, снова заплакала. Вместе с обидой и унижением Зара испытывала еще и страх: она не знала, как Эмран отреагирует на то, что она сидит на улице в таком виде, что его маленький секрет стал известен младшему сыну. А то и старшему. А то и всей семье.

Через несколько минут Зара все же успокоилась. Она подобрала под себя ноги и непрестанно рассматривала свой маникюр, делая вид, что специально так вышла и просто дышит свежим воздухом. Спадавшие на лицо волосы, по идее, должны были прикрывать размазанную тушь – такую истерику ни одна водостойкая бы не выдержала.

Через полчаса к дому наконец-то подкатил белый «Мерседес» Эмрана. Зара никогда не думала, что будет так рада его видеть. Быстрой походкой Сайларов подошел и с недоумением воззрился на ее внешний вид.

– Ты охренела? Почему ты вышла на улицу в таком виде? Опозорить меня хочешь?

Зара молча бросилась в его объятия и снова зарыдала, но он отстранил ее и огляделся.

– Быстро домой.

В лифте он не промолвил ни слова, но искоса поглядывая на мужа, Зара могла точно сказать, что он очень зол. Однако когда они вышли на усеянную вещами лестничную клетку, лицо Эмрана слегка прояснилось – кажется, он начал догадываться.

Едва они зашли в квартиру, он развернул Зару к себе лицом.

– А теперь объясни, что произошло. И не ври, поняла меня?

Зара подняла на него испуганные глаза. Врать? Он что, думает, что она так вышла из квартиры нарочно? И выбросила свои вещи? А если он не поверит, что это сделал его сын? Однако у нее опять не было выбора.

– Не бойся. – Эмран положил руки ей на плечи. – Говори правду. Я все пойму. И если соврешь, тоже пойму.

– Я не нарочно! – Зара еле давила из себя слова. – Он… зашел и подумал… а я сказала… Прости, пожалуйста! Я сказала ему, что я жена, чтобы он меня не трогал… А он еще хуже побил…

– Кто? Кто-то из моих сыновей?

– Мика.

– Мика. – повторил Эмран. – И он выгнал тебя на улицу.

Она кивнула.

– Проклятье, – процедил Эмран.

Ничего больше не сказав, он вышел из квартиры.

Глава 13

Забравшись на сиденье рядом с братом, Мика швырнул назад скомканную футболку и шарахнул дверью. Если бы не окрик Надима, он бы еще получше вправил мозги этой девахе, чтобы она точно уяснила себе, куда можно соваться, а куда нельзя. Их «Тойота» покинула территорию жилого комплекса и, набирая скорость, устремилась прочь.

Если бы жвачку можно было истереть в порошок, Мика бы давно это сделал, настолько усиленно он работал челюстями, переваривая произошедшее. Сидевший рядом Надим некоторое время хранил молчание, но потом не выдержал.

– И что это было? – поинтересовался он.

– Показательное изгнание очередной шлюхи из отцовской квартиры.

– Она была там?

– Да. При полном параде, ты не видел, что ли? Наверняка ждала его.

– И ты ее выгнал в таком виде на улицу? – Надим покачал головой.

– А что я должен был делать? – изумился Мика. – Может, трахнуть ее?

– Не надо было ее бить. Она же девушка.

– Ага, девушка… – съязвил Мика, все же чувствуя укол раскаяния. – Да я так, слегонца. Не выдержал просто.

– Отцу это не понравится.

– Знаешь, мне как-то насрать. – Мика выплюнул жвачку в окно и обернулся к Надиму. – Я думал, он перестал изменять маме. Но нет же! Опять водит этих телок!

– Все равно, тебе не следовало так поступать, – миролюбиво заметил брат.

– О господи, Мистер Справедливость, да ты знаешь, что она сказала?! Она сказала, что она его жена, представь!

Надим с недоверием покосился на Мику.

– Серьезно?

– Ага. Блин… До сих пор не могу поверить, до чего же наглая эта сука! Жена она, понимаешь? И как было не вышвырнуть ее на хрен?

Мика сложил руки на груди и уставился вперед, закусив губу.

– А вдруг это правда? – предположил Надим. – Тогда ты огребешь по полной программе.

– Я тебя умоляю! – Младший брат закатил глаза к потолку. – Зачем ему жениться? Он столько лет ходил налево, и ничего, его это не парило. Я до сих пор помню, сколько нервов он маме потрепал, сколько она плакала из-за него. Но не женился же ни разу.

– Да что ты помнишь? – беззлобно спросил старший. – Тебе было-то лет десять-двенадцать.

– Все помню! – зло отозвался Мика. – И как она находила использованные презики у него в машине, и трусы в его карманах. И как ей какие-то бабы звонили. И как он говорил, что улетает на конференцию в Швецию, а сам приезжал с тайским загаром!

На это Надиму нечего было ответить.

– А знаешь, что обиднее всего? – продолжил Мика. – Я ведь искренне думал, что он изменился. Ведь в какой-то момент все стало хорошо, помнишь? Мама перестала нервничать, у них все наладилось… И вот на´ тебе! Снова пошло-поехало! Или он просто хорошо скрывался.

– Ладно, ясно, – ответил Надим. – И что ты будешь делать? Надеюсь, ты не собираешься ей об этом сообщать?

Мика ошарашенно уставился на брата. У него уже язык горел от желания рассказать матери о своей находке.

– Она должна знать правду!

– Зачем ей правда? Чтобы опять изводить себя и его? – Надим притормозил на светофоре и посмотрел на него. – Мой тебе совет: не лезь в это дело. Мама любит отца. Не делай ей больно. Ты ничего этим не изменишь. Он как был бабником, так и остался. Но если он хорошо скрывается, твое какое дело? Он наш отец, не забывай.

– Хорош мне лекции читать. – Мика вздохнул и потер руками лицо. – Мне за маму обидно, что он ее снова предал. Тем более если эта сучка говорит, что она его «жена», значит, она у него на постоянке.

– Была, – хмыкнул Надим. – Думаю, после твоих мер воздействия она с ним разбежится.

Вернувшись домой, Мика занялся подготовкой очередного поста в блоге. Решил на этот раз написать по-серьезному, про распутных мужчин. Не конкретно про отца, разумеется, а в целом по ситуации. Но дело не шло. Его мысли то и дело возвращались к новому развлечению отца, и тогда парень брезгливо морщился и тряс головой, пытаясь унять гнев. Надо было проследить, что девка таки вышла за территорию дома и прошагала в полуголом виде хотя бы метров пятьсот. Заслужила!

Мика слышал, как вернулся отец, но не стал выходить из комнаты, противно было смотреть ему в глаза. Наконец он бросил бороться с текстом, сделал обычное селфи, наложил мрачный черно-белый фильтр и опубликовал, прилепив какую-то заезженную банальность. Фото сразу начало набирать лайки и комментарии, но Мика их уже не увидел. Он отложил трубку и уставился в потолок, гадая, узнал ли отец о его выходке или та шлюха каким-то чудом все-таки убралась из дома и промолчала.

Его так и подмывало раскрыть маме глаза, но слова Надима не давали немедленно пойти к ней и сообщить о новой пассии Сайларова-старшего. Сколько Мика себя помнил, у отца то и дело случались «заносы». Пока он был маленьким, особо не вникал в их ругань. Из детства в голове всплывали обрывки фраз: «Опять ты…», «Я устала это терпеть…», «Но я же до сих пор с тобой…», «Это все мелочи…».

Что такое «это», Мика тогда не понимал. Чуть позже, когда он видел заплаканную мать в окружении сестер и пытался выяснить, что произошло, Сати шикала на него и прогоняла из комнаты, приговаривая: «Не твоего ума дело! Маленький еще». Маленький! Она была старше Мики всего на год, а уже мнила себя супервзрослой из-за того, что мать поделилась с ней своим секретом. Правда, однажды, когда Сати посчитала брата уже достаточно большим, тихо шепнула ему по секрету: «Папа опять встречается с другой тетей».

– Идем ужинать, бро, – раздался из-за двери голос Надима.

– Иду! – отозвался Мика и встал с постели.

Надим ждал его у двери.

– Отец ничего не говорил? – спросил Мика.