Инди Видум – Встреча (страница 25)

Если даже он выйдет на первой же остановке дирижабля, приехать мы туда сможем, когда от следов уже ничего не останется. И значит, не поймем, куда он делся. Да даже если просто пересядет на другой дирижабль, этого мы не узнаем.

Спугнул Валерон гада, однозначно спугнул.

— Не надо было брать у него вещи…

— Чтобы мы с него ничего не получили? — возмутился Валерон. — Как минимум он задолжал за окно.

— Зато мы потеряли ниточку к Базанину.

— Не потеряли. Я его запомнил. — Прозвучало это грозно. — И потом, он всё равно собирался утром сматываться. Все вещи забросал в саквояж и чемодан. Разве что черный костюм не снял, закрыл нормальным костюмом. Так почему думаешь, что собрался убираться не на этом дирижабле? Утренних-то не так много отсюда идет.

Это было так. Кроме этого, уходил еще один дирижабль — тот, на котором я ехал в Лабиринт. Но кроме дирижаблей, существовали и другие способы покинуть город.

— Следы этого типа только на отбытие?

— Если он несколько дней назад приехал, могли затоптать, — неуверенно тявкнул Валерон.

— То есть старых следов не чувствуешь?

— Не чувствую, — признал он.

— Давай до железнодорожного вокзала прогуляемся, — предложил я, — понюхаешь еще там.

Времени это заняло немного, и там Валерон действительно нашел старые следы нашего преступника. Ну как старые — не старше двух дней, как он уверенно заявил. Выходило, что прибыл убийца всё же на поезде и наверняка собирался так же убывать, если бы его не спугнули. Последнее спорно — он мог и после удачного завершения своей основной работы тоже улететь на дирижабле, чтобы покинуть место преступления как можно скорее.

Было ли это зацепкой к Базанину? Однозначно. Валерон утверждал, что запах того свежий, общались буквально перед отправлением убийцы на дело. Значит, база моего главного врага не так далеко отсюда — опять же по утверждению Валерона, не больше суток на поезде от Верх-Ирети, а скорее даже меньше. Было бы время — можно было проехаться и попытаться поймать нужный запах. А после гонок уже смысла не будет — запах наверняка пропадет.

— Не расстраивайся, — оптимистично тявкнул Валерон. — Это не последний убийца. Следующего мы непременно расспросим как надо и проследим до Базанина. Может, вообще кого-нибудь побогаче пришлют. И с паспортом — чтобы было понятно, откуда брать основную компенсацию.

Валерон так часто собирал компенсацию с наших противников, что если те уже не поняли, то скоро поймут, что очищаю дома я. И это не слишком хорошо. Они и без того знают обо мне куда больше, чем я о них. Я сейчас постоянно на виду, отличная мишень. Базанину остается только отправлять убийц и рассчитывать, что рано или поздно кому-нибудь повезет. И пока я не найду и не выкорчую причину в лице Базанина, это будет продолжаться.

Глава 15

За завтраком, на который я честно пришел, хотя глаза закрывались сами после всех пробежек по городу и ночных треволнений, отчим у меня спросил:

— Как так вышло, что преступник прошел и через защиту, и через твоих охранников?

— Охранники смотрели за автомобилями, — напомнил я. — А защита дома не такая уж совершенная. Могу поставить аналогичную той, что есть на моих домах. Через такую пока никто не прошел. Что касается того, почему увидела Мотя, так у нее зрение устроено по другому принципу, она видит не так, как мы с вами. Поэтому то, что для нас незаметно, от нее не укроется.

— Какой опасной стала жизнь, — вздохнул отчим.

— Это у вас еще облегченная версия, — ответил я. — Меня в последнее время постоянно кто-то пытается убить, причем желающие никак не заканчиваются.

— И хорошо, — тявкнул Валерон, сидевший у ножки моего стула и притворяющийся обычной собакой, — это постоянный источник доходов. Будет жалко, если он когда-нибудь иссякнет.

Его тявк прозвучал совсем тихо. Еду он не клянчил, поскольку мы с ним решили, что безопасней будет держать автомобили в нем, а дружинники будут «охранять» иллюзию, которую мы поставили вместо автомобилей. Под иллюзию можно кучу всего напихать, на целостности оригинала это не отразится. Но поскольку в Валерона пришлось запихать и всё остальное, что в нем было раньше, есть он сейчас не мог, решил отложить это занимательное дело до начала гонок, когда он сядет на колени Наташе и начнет лечить нервы своим излюбленным способом, поглощая пирожки.

В состоянии переполненности Валерон предпочитал лежать, и желательно на чем-то мягком и удобном, но не захотел пропустить мой разговор с отчимом — а вдруг мы договоримся на что-то неправильное?

— Вороновы? — уточнил отчим, доставая и активируя артефакт тишины.

Маменьки не было — она так рано не встает, а Ниночка уже успела позавтракать и убежать вместе со взбудораженной Мотей, чрезвычайно гордой своим участием в ночном обнаружении и выставлении злоумышленника. Поэтому посторонних на завтраке не было, и разговор за столом шел более-менее откровенный, хотя и с оглядкой на то, что кто-то может подслушать. Так что активация артефакта была своевременной.

— Они как раз сейчас притихли, но и без них желающих хватает.

— То есть ночное покушение было от Богомаза?

— Только на автомобили. Пробравшийся в дом хотел ко мне добраться по заказу другого человека, — ответил я. — Извините, Юрий Владимирович, не хочу вас впутывать.

— Это связано со смертью Агеева?

— Возможно. Поскольку точно неизвестно, кто его убил, то и сказать определенней нельзя.

— Да уж, неожиданно тогда получилось. Честно говоря, я не ожидал. Агеев и раньше выполнял некие сомнительные поручения, но никогда ответ не был столь жестким. Все документы пропали, поэтому Куликову предъявить для оплаты будет нечего.

Это был серьезный финансовый минус, отмеченный Валероном душераздирающим вздохом. Помощник уже напрочь забыл, что мы взяли компенсацию с Куликова и кристаллами, и зельем. Хотя зелье, конечно, было моего изготовления и из моих ингредиентов.

— Это одна из возможных причин убийства. Но, возможно, дело не в Куликове. Повторю, Юрий Владимирович, не хочу вас впутывать. Помочь вы не сможете, только сами влипнете в неприятности.

— Точно не смогу, Петя?

— Точно не сможете. Это вне вашей компетенции. А если связано с Куликовым, это мое внутрисемейное дело.

— К сожалению, моим людям так и не удалось выяснить личность убийцы, — сказал Беляев. — Но искать продолжают, потому что Агеев тоже был моим человеком, и за его смерть должны заплатить.

— Заплатят, — кивнул я. — Если это те, на кого я думаю, заплатят по полной за все смерти.

— Смерти? О ком идет речь?

— Заварзинское княжество, — пояснил я. — Катастрофа была рукотворной, и с высокой вероятностью ее устроили те же люди, что и убили Агеева. Они не заинтересованы в сокращении площадей, занятых зоной.

— То есть эти люди свободно проходят в дома с магической защитой и уничтожают реликвии?

— Именно так.

— Но это же опасность для всей империи? Что будет, если зона захватит всё?

— Наверное, у них есть какой-то план, но со мной они по понятным причинам не делятся. Просто пытаются убить при каждом удобном случае.

— Почаще бы, — опять тихонько тявкнул Валерон. — И пусть выбирают поуспешней убийц, а не всяких нищих неудачников. А то я себя начинаю чувствовать стоящим на паперти. Копеечки подают.

— Как-то это всё… не радует, — сказал отчим. — Особенно когда понимаешь, что не только не можешь повлиять на это, но и совершенно беззащитен перед убийцами. Если бы не Мотя, к которой я относился с некоторым предубеждением, убийца бы добрался до тебя.

— Еще чего, — тихо, но от этого не менее возмущенно тявкнул Валерон. — Я! Я заметил убийцу куда раньше Моти и уже готовил ему теплый прием, когда она заорала и всё испортила. Мы бы могли этого типа допросить и узнать много чего интересного. А из-за того, что она не вовремя заорала, мы были лишены такой возможности.

— Честно говоря, раньше я был против того, чтобы вооружать Мотю, — продолжил Беляев, — но теперь мне кажется это необходимым. Ты можешь ее как-то усилить?

— Нужен другой двигатель. И подобные усиления не для драк внутри дома, — предупредил я. — Может, я вам лучше сделаю хорошую внешнюю защиту? Можно на сам дом Живую Печать и во дворе пустить сеть каменных стражей — они тоже прекрасно отлавливают невидимок.

— Живая Печать? Ты уверен, что справишься? Я слышал, что там требуется работа сильного артефактора и стоит это очень дорого.

— Каждый раз, когда это слышу, чувствую себя полным идиотом, — расхохотался я.

— Почему?

— Эта схема мне выпала из кристалла, и я ее продал Коломейко, оставив себе право использовать только для своих нужд. И сейчас понимаю, насколько прогадал. Хотя на тот момент это был выгодный обмен, а моя нынешняя Живая Печать уже улучшенная и куда серьезнее той, что ставит Коломейко.

— Ты не перестаешь меня удивлять, Петя. В твои годы — и такие достижения.

— К сожалению, профильного образования мне катастрофически не хватает, — вздохнул я, сразу вспомнив фиаско с переговорным артефактом. — Но я рассчитываю в этом году поступить на обучение.

— Я буду тебе весьма признателен, если ты улучшишь защиту нашего дома, но не хотел бы, чтобы ты это делал за свой счет. Что нужно приобрести? Напиши список.

— Юрий Владимирович, у меня по большей части это всё есть, причем соответствующего качества. Зачем вам что-то покупать?