реклама
Бургер менюБургер меню

Инди Видум – Слияние (страница 28)

18

Я попятился, и тут на меня с громким визгом вывалился пустотник. Урона нанести не успел: я сразу располовинил тварь, а вот внимание привлек.

Вся дружная компания механизмусов рванула ко мне, причем часть из них неслась куда быстрее, чем я, заходя по сторонам и отрезая меня от границы.

Что не успеваю выбраться, понял я быстро, как и то, что нужно завязывать с одиночными походами в зону. О том, чтобы сохранить пластины в целости, больше речи не шло, и я принялся кастовать Искру максимальной мощности. Большого механизмуса она не пробивала, а вот два мелких, не успевших увернуться, оказались пробиты насквозь и застыли уродливыми памятниками самим себе.

Искру я чередовал с Жар-птицами. Последние я отправлял исключительно в огромного механизмуса, и хотя они успешно проникали внутрь и там взрывались, на функциональности основного противника это пока никак не отразилось.

Если бы не Портальное перемещение, положили бы меня быстро, потому что часть механизмусов отправляла что-то похожее на лазерные лучи, а у тех, что подбирались ко мне очень близко, манипуляторы оканчивались быстровращающимися острейшими дисками. Попади под такой — и тебя никакой целитель не соберет. Совсем избежать их у меня не вышло, и пару царапин я заимел, несмотря на защитные артефакты и одежду.

Одно плохо — на моем низком уровне навыка перемещения были хаотичными, двигался я не туда, куда хотел, а туда, куда отправит меня рандом, поэтому пару раз, едва избежав одного разрезания, сразу же подпадал под другой манипулятор с таким же диском.

Прыгал я постоянно. Когда количество противников уменьшилось, плевками в сочленения манипуляторов с оружием проявился Валерон.

Количество Жар-птиц наконец перешло в качество повреждений: главный механизмус стал запинаться, выпускаемый им лазерный луч истончился, а наводка стала куда хуже. Один раз он вообще прошелся по своим миньонам, обездвижив сразу троих.

В конце концов, желание удрать у меня пропало, зато появился азарт и желание эту толпу добить, тем более что от толпы осталось всего ничего, а панические выкрики Валерона «Валить надо» и «Беги, Петя, я их задержу» сменились на «Добивай быстрее и пойдем обедать».

Наконец замер и механизмус-гора, но я к нему подходить не торопился, приглядывался издалека. Заодно и зелья регенерирующего хлебнул.

— Собирай быстрее, — тявкнул Валерон. — С той стороны еще такие есть. Если сюда притащатся на звуки, сомнут.

В первую очередь я проверил пустотника — он предсказуемо порадовал меня руной. И после этого я принялся разделывать механизмусов. Что-то отправлял в контейнер, в основном мелочевку, и то он быстро закончился. А вот металл навьючивал на себя и вытаскивал за границу зоны, пока Валерон панически не заорал, что ко мне направленно идут твари.

Часть из них могла пересечь границу, поэтому возле нее я не засиделся. Короткими перебежками оттащил металл подальше, а уже потом достал флакон зелья и кисточку и принялся рисовать на всех пластинах руну легкости. Только после этого я смог навьючить на себя всю сегодняшнюю добычу и даже не пошатываясь направился в Дугарск, хотя сам себе напоминал муравья, который тащит груз намного себя больше и намного себя тяжелее.

— Петр, жадность вас когда-нибудь погубит, — заметил Козырев, который в этот раз опять стоял на въезде в Дугарск.

— Если уж мне удалось выбраться из схватки почти без повреждений, было бы форменной глупостью бросить все это там, где прошла битва, — возразил я. — И я не рисковал, задерживаясь у границы. Механизмусы очень выросли, с этой стаей я справился с трудом, а еще пришлось бросить очень много металла.

— Но вы и взяли приличное количество. Уверен, на питомца для княжны хватит, — намекнул Козырев.

— Пока не до него.

— Я бы вам рекомендовал, Петр, выполнить просьбу Марии Васильевны, если не хотите заиметь себе врага, — заявил он. — Старшая княжна очень не любит отказов.

Я мог бы ответить, что в свете того, что Куликовы вскоре могут вовсе остаться без земель, княжне стоило бы поумерить аппетиты, но Козырев, похоже, желал мне добра, а ссориться с Куликовыми я не собирался. Если удастся очистить их земли от влияния зоны, нужно будет быстро сбагрить дом купца в столице и перебазироваться в Володар, тогда общение с княжеской семьей наверняка сведется к минимуму.

— Спасибо за совет, Алексей Фомич. Займусь, как только выдастся свободное время, — пообещал я, попрощался и потащился домой, где с облегчением свалил свою ношу в сарае, забрав только те куски, которые помогли бы мне закрыть недостаток в металле при сборке Купели Макоши.

— Выглядишь потрепанным, — озабоченно заметил Прохоров, вышедший при моем появлении из комнаты, которая у нас носила гордое название алхимической лаборатории. — Вона, даже одежа порезана.

— На стаю механизмусов налетел, — пояснил я. — Или стадо? В чем они измеряются?

— В штуках.

— Это когда их мало. А если очень много? Я чуть не сдох сегодня, Гриш. Не успел удрать, и на меня сагрилась толпа. Прыгал как блоха — близко и куда попало. Валерон тоже вовремя появился, — спохватился я.

— Думал, ты про меня уже не вспомнишь, — чуть обиженно тявкнул помощник. — А мне два раза почти наступили на хвост. Но реально много было. Я прям удивлен, что справился.

— А куда было деваться? Они меня от границы отрезали, пришлось драться. Да и то, если бы не перемещение, лег бы там. Тупо затоптали бы.

— Ежели сильно много, значится, Волна пошла, — сообщил Прохоров, как будто я сам этого не понял. — Тебе повезло, что самое начало токмо застал. Счас, до того как устаканится, лучше в зону не лезть. А вот искажения будут чаще открываться. Ежели где рядом — понабьем чего.

Он мечтательно заулыбался, и я не стал его обламывать предположением, что княжеские дружинники нас к тварям из искажений просто не допустят. Потому что князю нужны деньги, а брать их больше негде.

— После обеда в кузню пойдем? — предложил я. — Волочильную доску опробуем.

— Это я завсегда, — обрадовался Прохоров. — А сейчас чего?

Хотелось глянуть выбитые кристаллы и руну, но я этим займусь чуть позже, сначала купель доделаю. Хоть узнаю, что это и как выглядит.

— Артефакт закончу. Должен как раз к обеду завершить.

Хотя я все же не удержался и глянул руну, после чего сразу изучил (поскольку «Возврат» была слишком редко встречающейся, чтобы ею рисковать), мои предположения оправдались на все сто: все контуры, кроме последнего, были уже замкнуты, а на последний ингредиентов как раз хватило. Поэтому после завершающего действия всё собралось в громоздкое устройство, больше всего напоминавшее старинную ванну в деревянном обрамлении. Душевая лейка и краны были в наличии, и, хотя вода к ним не подводилась, стоило их открыть, как ванна начала наполняться, призывно булькая пузырьками.

Митя, который наблюдал за всеми этапами работы, попятился: вода ему не нравилась и казалась опасной. Заржаветь он точно не заржавеет, но внутри при сильном заливе что-нибудь может повредиться. Эх, нужно будет сегодня все продублировать проволокой, чтобы он больше не переживал о своем внутреннем мире.

— Эта штука требует испытания, — заявил Валерон, выйдя из бесплотного вида во вполне себе материальный. — Согласен стать испытуемым.

— Не могу позволить тебе так рисковать, — возразил я, пробуя воду. По ощущениям она была идеальной. — Приму на себя все риски.

— Эй, это моя обязанность как помощника — встречать опасность грудью, прикрывая тебя.

Валерон сообразил, что беседа затягивается, и, поскольку раздеваться ему было не надо, без дальнейших доводов плюхнулся в ванну, расплескав воду. Митя рванул из помещения — только лапы по полу скребанули, хотя до него не долетела ни одна капля, сразу все испарилось. Помощник же, сделав пару кругов в ванне, которая для него была полноценным бассейном, огляделся и нагло заявил:

— Для полноты проверки мне нужна скамеечка, а то ванна для меня слишком глубокая. Принеси из кухни.

— Я не понял, кто чей помощник, — намекнул я.

— Как кто чей? Я твой. Я сейчас выполняю опасную проверку артефакта и не могу отвлекаться. Я бы Митю попросил, но он удрал. И как раз в такой момент, когда его помощь необходима. Так что придется тебе идти: ты его распустил, вот и пожинай плоды.

— Если эксперимент опасный, то я не могу оставить тебя одного, — заявил я, после чего разделся и ухнул в купель.

Ощущения были потрясающие: из меня словно вымывалось все дерьмо, что я успел в себя нахватать за сегодняшний поход. Уходила усталость, прояснялась голова, и вообще впервые за пребывание в этом мире я смог расслабиться и перестать переживать по поводу договора. Как мне кажется, купель сняла бы и давление печати, будь оно слишком сильным, но проверить это пока не получится. Я бы и вовсе предпочел до необходимости такой проверки не доводить.

На руке в определенном месте начали собираться мелкие пузырьки. Я поднял ее к лицу. В сегодняшней схватке до нее добрался один из механизмусов. Зелье отработало, на этом месте красовался лишь тоненький шрам. Сейчас же этот шрам растворялся, как будто был нарисованным, оставляя после себя чистую неповрежденную кожу. Остальные шрамики, которые я успел накопить за выходы в зону, тоже растворялись, но не столь быстро, потому что были давними.