Импера Трайс – Демон и Птичка (страница 11)

И я его люблю.

Совершенно точно, несомненно, я его люблю. В тот вечер, когда я, наконец-то, осмелилась признаться себе в этом, стоя перед картиной на стене – она выглядела максимально гармонично и сбалансировано, будто противостояние двух сил это важный элемент жизнедеятельности в мире. Будто они должны бороться, но никто не должен победить – именно так будет сохранен тайный смысл и равновесие в нашей Вселенной.

Но, признаваться ему в этом и менять статус наших отношений я не собираюсь, ибо я всё та же гастарбайтерша, а он всё тот же бог Олимпа. Мы не пара, я ему не подхожу… Я чувствую, что он тоже тянется ко мне, но нужно оградить его от ошибки. Я всегда была противницей союзов между людьми разных рас, культур, вероисповеданий, возрастов и социальных статусов. На старте, пока ослепляет страсть, хочется закрыть глаза на эти различия. Но потом, то на что старательно закрываешь глаза, становится главной причиной разрыва.

В моей жизни наступает переломный момент, новая глава и не только оттого, что я влюбилась и честно призналась себе в этом.

На пятый день отъезда Кайзера, на мой рассчетный счет пришла кругленькая сумма – почти восемь миллионов в пересчёте на российский рубль. Это была почти вся сумма моего остатка по долгу и конечно же, я знала, кто её прислал – явно не миссис Руби.

Крайне возмущенная, я позвонила Кайзеру и между нами случилась довольно эмоциональная перепалка на этот счет. Он убеждал меня в том, что это премия и его личная инициатива, я убеждала его в том, что это слишком и он снова нарушает субординацию.

В итоге, самым зловещим голосом он сказал: «Если не примешь, я разменяю все бабки по одному баксу и по очереди буду вставлять тебе в задницу, пока не согласишься!»

Поверила ли я ему? Не сомневайтесь, дорогие читатели, да.

Я плакала в тот вечер, когда перевела эти деньги на закрытие долга. Это означало свободу. Означало, что больше не нужно остервенело цепляться за работу. Означало, что если я захочу – в скором времени пошлю к чертовой бабушке агенство. И даже покину «Теплицу». Только хочу ли я теперь этого…

Глава 19

Я вернулся домой в 4.30 ночи – очень хотелось сделать неожиданный сюрприз Анне, удивить её. Я планировал выйти к завтраку, как ни в чем не бывало, с букетом иссиня – бордовых, почти черных роз. Поэтому сейчас, я крался с этим букетом и сумкой, как ниндзя, к своей комнате.

Щелчок ручки, открытая дверь – в комнате с незашторенными окнами, благодаря рассвету, уже отлично можно ориентироваться без света.

Расправленная постель… и в ней явно кто-то спит.

Я осторожно положил на пол букет и сумку. Подкравшись к кровати, я увидел знакомые волосы, знакомую белую, как чистый лист бумаги, кожу.

В моей постели, лёжа на животе, спала Анна.

Плоть тут же обожгло ядерное, адовое, гудящее возбуждение. Ну чтож, малышка, сама напросилась – я возьму тебя прямо здесь, прямо сейчас и ничего за это ты мне не сделаешь.

Я осторожно откинул одеяло – она снова спала в моей майке, которая задралась, демонстрируя прекрасную маленькую белую задницу в микроскопических чёрных стрингах. Две половинки маленького персика, я вылижу их и всё, что находится между ними.

Я разделся догола, не сводя с неё глаз, а затем аккуратно стянул с неё стринги и глубоко вдохнул их запах. Пахнут ахуенно, прям как я люблю. Отбросив их в сторону, я слегка развёл её ноги и увидел то, что мечтал увидеть последние несколько месяцев. Кожа её половых губ была такой же белоснежной, как на остальном теле. Малые половые губы, как два лепестка, слегка выступали за большие – я обожаю, когда так, это очень красиво и чувственно. Девушки с такими лепестками – самые горячие в постели.

Я погрузил свое лицо в этот прекрасный бутон и начал дегустацию. Сначала очень осторожно, потом всё более настойчиво и смело. Анна тихонько начала стонать и шире развела ноги, что привело меня в полный экстаз.

– Нил… Нил… Это божественно! – мямлила она в подушку, я так и не понимал проснулась она или нет. Я оторвался и завис над ней, уткнувшись стволом в прекрасный бутон.

И скоро этот ствол выстрелит в бутон.

– Птичка, ты спишь? – шепнул я ей на ухо.

– Нет…

– Я могу продолжать?

– Если ты не продолжишь, я откушу тебе голову.

Хочу контакта глаза в глаза. Я развернул её к себе лицом и телом, стянул с неё майку. Она лежала передо мной полностью обнаженная, открытая к коннекту, с широко разведенными ногами и божественно красивая.

– Я люблю тебя, Анна…

– А я люблю тебя, Нил…

В ту же секунду я рухнул на неё, резко вошел одним движением и тут же… проснулся в кресле джета, несущего меня сквозь облака домой.

Глава 20

Я попросила Нила не приезжать без предупреждения – мне очень хотелось подготовиться, вылизать ватной палочкой каждый уголок в Теплице, наготовить всех его самых любимых блюд – том ям, долма и… селедка под шубой. Нил обожал селедку под шубой и в тот момент, когда доедал очередную порцию, у него даже лицо русским становилось, что доводило меня до смеха каждый раз.

На днях мне пришла зарплата и я впервые поняла, что могу потратить деньги на себя. Ох, как мне этого не хватало! Первым делом я записалась к стилисту по волосам и сделала то, о чем давно мечтала – лёгкий блондинистый контуринг, длинную чёлку – шторку и освежила концы волос стрижкой «каскад». Именно такую прическу я носила в «счастливые времена» и именно такой мне себя очень не хватало. Затем я привела в порядок руки и ноги. Гуляя по New Downtown я с удовольствием заглянула в Sephora, где часа полтора собирала себе косметичку. Я обожала косметику и макияж, но в последнее время моя косметичка состояла из разбитых, заюзанных останков из прошлого. Приеду домой и немедленно выброшу их в помойку! Заодно я прихватила парфюмированный гель для душа и самый огромный флакон lea’u par kenzo pour homme. Я знаю, что это мужской аромат, но он нравится мне гораздо больше любых женских.

Под конец я посетила несколько шоу – румов и обновила гардероб. В Лос Анджелесе скоро настанет зима – она выглядит как российская теплая осень, люди сменяют шорты и майки на спортивные костюмы, легкие свитера, лонгсливы. Нужно было приготовиться к этому сезону. Заодно возьму ещё пару платьев… и, пожалуй, нижнее белье тоже не помешает. Мои трусы только в музее археологии можно показывать. С удовольствием спустив почти всю сумму на карточке, я села в такси и неслась навстречу Теплице, которая праздно сияла на холме, как и в тот раз, когда Нил вёз меня домой в своем бронированном чертолёте. Завтра приедет Нил… Завтра… Мне, одновременно, хочется визжать, как чихуахуа и писаться от восторга, но в то же время мне очень страшно. Кайзеру ничего не нужно делать для того, чтобы искушать меня. Просто быть.

Порк присвистнул, когда я вышла на балкон второго этажа в новом платье – нежно голубого оттенка, похожем на платье диснеевской принцессы.

– Золушка, ты встречалась с феей крестной? – гулил он со двора.

– Ага, только эта карета не превратится в тыкву! – засмеялась я.

– Круто выглядишь! Был бы я моложе на 30 лет – ни за что не прошел бы мимо.

Я выглядывала, рассматривая машины, циркулирующие, как кровь, по венам дорог. В какой из них Нил едет домой? Сердце трепыхалось, как бабочка.

Наконец-то, у ворот припарковался трансфер – огромный Mercedes Benz V класса и из него вышел Нил, да не один, а с увесистым букетом иссиня алых, почти чёрных роз удивительной красоты. Никогда не видела таких цветов, наверное, фанаты подарили в аэропорту.

Весь в черном, с черными розами, с черными, развевающимися на ветру волосами, высокий, статный и, явно чуть похудевший, он выглядел как рыцарь готического замка.

Нил застыл, оглядывая меня, стоящую на балконе. Ему явно нравится мой новый look, а мне явно нравится его взгляд. Он так же, как и в первый день, сдирал одежду, кожу и мясо от моих костей, расчленял меня на алтаре похоти и разврата, но теперь, в нём было что-то новое. Неуловимое, нежное, глубокое, такое трепетное, как маленькая колибри, зависающая перед ярким цветком.

Я бросилась вниз, к нему, почти срываясь на бег. Что сейчас должно произойти? Мы должны обняться? Что-то точно должно произойти… Я остановилась перед ним, не зная, как мне вести себя дальше, но Нил перехватил инициативу и крепко обнял меня, уткнувшись носом в волосы, в шею.

– Анна, я не верю, что ты настоящая! Как вкусно пахнет от тебя! Какая ты красивая! Возьми цветы, это тебе. Мне стоило огромного труда разыскать такие розы и перехватить их по пути домой.

Сзади, с улыбкой отца, который ведёт своих детей к алтарю, стоял Порк.

Мы долго ужинали, болтали, хохотали, пили невероятное вино за нарядным столом, украшенным готическим букетом. Я так разошлась, что не заметила, как съела полную тарелку еды, что не могло не понравиться Нилу.

– Птичка, ты такая молодец! Склевала все зёрнышки.

– Сегодня повод хороший.

– Давай потанцуем. Хочу потанцевать с тобой. – его глаза, как два чёрных омута гипнотизировали меня.

Кажется, пахнет жареным, но эмоции дня и пара бокалов не давали взять ситуацию под контроль. Так хочется расслабиться и просто плыть по течению.

Я встала посреди кухни, сбросила туфли и раскрыла объятия, жестом приглашая его к себе.

– Колонка, играй «Bella’s lullaby”. – взволнованно сказал Нил и направился ко мне.