Ильза Мэдден-Миллз – Дорогая Ава (страница 53)
– И что дальше?
Он закрывает глаза.
– Мне показалось, что где-то я это слышал, но никак не мог понять где. – Он трет лицо. – Все думал и думал… а потом вспомнил. Я ведь все видел! Мы сидели у костра, он поставил стакан на пенек, сказал, что пойдет за
Я осознаю, к чему он ведет, и руки сжимаются в кулаки. В голове проносятся картины той ночи…
– Я тоже виноват. Я
– Ты только вспомнил, – говорю я.
– А вдруг я вспомнил не все? – Он молчит, заламывает руки. – Вчера Лиам предложил ширнуться, но я отказался, а он все допытывался, почему. И когда я сказал, что устал, он так на меня посмотрел… Видимо, догадался, что я что-то вспомнил. Явно пожалел, что заикнулся про трофей. – Он переводит дыхание. – Потом он предложил меня подвезти, а уже в машине спросил, не вспомнил ли я, как подсыпал Аве наркотики. Я сказал, что ничего ей не подсыпал, а он расхохотался. Сказал, что я спалился, что он все видел, но никому не расскажет. – Он поднимает на меня измученные глаза. – Но я же не мог, да? После мамы… я же не мог…
– Не мог, – успокаиваю я, а он просто смотрит.
– Я твой брат. Ты так говоришь, потому что ты меня любишь. Но вдруг…
– Ничего ты не делал! – Блядь, я знаю это, и все! – Посмотри, как тебя от одной только мысли корежит! Ты ничего ей не подсыпал!
Он вздрагивает, а я выдыхаю и помогаю ему подняться.
Усадив на унитаз, сам наклоняюсь над раковиной, включаю воду и плещу в лицо. Потом вытираюсь, подбираю лезвия и подхожу к брату.
– Дейн, не сдавайся, ладно? Я помогу тебе слезть с наркотиков и…
Сглотнув, замолкаю. Что еще ему нужно? Я да отец. Хватит бездействовать! Пора плотно заняться Дейном.
Тот склоняет голову.
– Теперь понятно, почему я никак не мог успокоиться. В глубине души я все помнил. Но я не хотел… Я не хотел навредить Аве. – Он закусывает губу, пытается сдержать слезы, но не может, и они текут по щекам. – Прости меня! Господи, прости! Я знал, что она тебе дорога. И что я наделал?
Я смотрю на него и стараюсь думать не только об Аве. Я должен держаться. Ради него.
– Давай-ка тебя оденем.
Я иду в комнату, нахожу спортивные штаны и футболку и сую их Дейну в руки. Внутри все кипит от злости, но я умудряюсь сдержать ее. Лиам, это все Лиам! Это из-за него Дейну было так плохо… О, я не тупой, понимаю, что у брата хватает своих проблем, но Лиам –
– Не хочу в школу, – бормочет Дейн.
– Представляю. – Меня радует уже то, что он оделся. Не хочу думать о несчастном мальчишке, сидящем на полу душа. – Как насчет чая с мятой? Заодно поговорим. Ты же сегодня не употреблял?
Так ведь поступают все взрослые: пьют чай и кофе, пока проблемы не уходят сами собой?
Он качает головой, и, несмотря на стеклянный взгляд, зрачки у него нормального размера.
Переодевшись в сухие штаны и футболку, я веду Дейна на кухню и ставлю чайник. Вот бы папа был здесь! Но он в самолете и выйдет на связь только к обеду. А без его помощи не обойтись: если мы хотим уберечь Дейна и при этом проучить Лиама, нам нельзя ошибаться.
Я пишу папе: не объясняю, в чем дело, но прошу срочно мне позвонить. «
Заварив чай, перебираю в голове все возможные варианты. Передаю чашку Дейну, и тот устраивается за мраморной столешницей, пьет, пока на лицо не возвращается краска.
– О чем думаешь? – спрашивает он. – Хочешь, чтобы я сходил к Аве?..
Вскидываю ладонь. Уж что-что, но видеться с Авой ему точно не стоит. Он и так ходит по грани, и чувство вины витает в воздухе ощутимым туманом.
– Лиам в школе, а мы тут. Вот об этом я думаю. – Отпив, смотрю на него поверх чашки. – Нам нужны доказательства.
Точнее, они нужны мне. Я верю Дейну – верю, что он не трогал Аву. Но он не в себе, и я хочу своими глазами увидеть, что Лиам с ней сделал.
Сжимаю руки в кулаки, а он смотрит на них и кивает.
– Тебя арестуют, если ты на него набросишься. Нокс, они здесь не последние люди. Блядь, да у него отец – мэр! Давай пока не пойдем в полицию? Лучше дождемся папу.
Это так бесит!
– Он говорил про трофеи. Их нужно найти.
Дейн вздрагивает.
– Как? Я не знаю, где он их прячет.
– А где ты прячешь наркотики?
– В спальне. На верхней полке в шкафу, в коробке под свитерами.
Киваю; нужно будет выбросить их, но это потом.
– Значит, поищем у него в спальне. Наверняка тайник там. Его родители на работе. Дома сейчас только повар и горничная, правильно?
Дейн нервно кивает.
– И какой план?
Его не существует; я действую инстинктивно.
– Постучим. Скажем, что ты забыл у Лиама телефон. Почему нет? Они вчера тебя видели, и Лиам ничего не заподозрит: он утром тебе писал, а ты не ответил. – Помолчав, добавляю: –И если мы найдем эти… трофеи, а я подозреваю, что собирает он трусики… – Снова делаю паузу. – Я хочу их увидеть, Дейн.
Тот смотрит на меня: пристально, долго.
– Ты ее любишь.
Молчу. Потом отвечаю:
– Я пытался не лезть к ней.
Дейн вздыхает. Утыкается взглядом в чай.
– Только не дай папе запихнуть меня в «Лейксайд», ладно? Мама его ненавидела.
Так называется частная лечебница, где она периодически оставалась.
– Возможно, придется лечь на недельку…
– Нет. Не хочу торчать там один! Лучше снова начну ходить к психотерапевту. – Он сглатывает. – Хоть сегодня пойду. Но только с тобой. Ты мне нужен, Нокс!
Кивнув, выдыхаю; с отцом, скорее всего, придется поспорить, но сейчас нужно заняться завтраком. Быстро готовлю яичницу с тостами, и мы разговариваем. Постепенно Дейн успокаивается: я с облегчением наблюдаю, как он с аппетитом съедает все, что лежит на тарелке.
После этого звоню Сюзи, предупреждаю, что мы сегодня дома, и снова смотрю на брата. Не хочу давить на него, и все же…
– Ты правда хочешь залезть к Лиаму? – спрашивает он.
Киваю.
– Можешь не ходить, если не хочешь.
Он выдыхает.
– Хочу. Может, так еще что-нибудь вспомню. Вдруг… – Он прикрывает глаза. – Вдруг мы пошли за ней вместе?
– Нет, – твердо говорю я и забираю ключи.
Час спустя мы уже выходим от Лиама и садимся в машину. Успеваем доехать до конца улицы и останавливаемся: Дейна тошнит. Вылазка прошла ровно так, как и предполагалось: я с улыбкой объяснял работникам, что случилось, Дейн кивал и со всем соглашался. Добравшись до комнаты Лиама на втором этаже, мы заперли за собой дверь и взялись за дело. Он пошел осматривать шкаф, я начал с комода. Уже почти сдался, но решил заглянуть под матрас – и вытряхнул из спортивной сумки целую коллекцию разных трусиков. Среди них были и стринги, и шортики, и кружева. В глаза бросился белый хлопок с инициалами на резинке. АТХ – Ава Тюльпан Харрис. Точно такие же, что я видел на ней вчера.
Мы стояли над ними и думали, что теперь делать. Если бы Лиам нас заподозрил, он бы их перепрятал. Забрать мы их не могли – не хотели портить улики. В конце концов я решил просто сфотографировать их на телефон, взятый у Дейна, обязательно захватив спальню Лиама. Не факт, что эти снимки нам пригодятся – я просто боюсь, что он избавится от белья.
Как-то так.