Ильза Мэдден-Миллз – Дорогая Ава (страница 23)
– Как дела, Бруклин? – окликаю я. Красотка с гладкими каштановыми волосами кривится, будто ей в рот запихали лимон, и не отвечает.
Конечно, она ведь подружка Джолин! Чего я ожидала?
Отвернувшись, изучаю стойкий профиль Нокса.
– Пиу-пиу-пиу! Это я твои войска отстреливаю. Ну, знаешь, охрану по периметру стены, которой ты от меня отгородился.
– Угу.
– Он разговаривает! Точнее, бормочет.
– Мы на уроке, – сухо говорит Нокс.
– Он еще не начался. Знаешь, я тут думала о Патрике Суэйзи. Признаю, «Привидение» – отличный фильм, особенно если фанатеешь от керамики, духов и чокнутых экстрасенсов. Но лично мне больше нравится «На гребне волны». Серфинг, прыжки с парашютом, адреналин, а уж какие там мужчины… Ух, это по мне! А вот «Дом у дороги» – отвратительный фильм. В тройке худших. Драки там хорошие, ладно, но сюжет… Пацифист-вышибала, серьезно? Пф!
– Что еще в твоей тройке худших? – Он все еще не смотрит на меня, но придвигается ближе. Совсем чуть-чуть.
– «Шоугелз». Элизабет Беркли не идет роль стриптизерши из Вегаса.
– Значит, «Спасенные звонком» тоже не любишь?
– Не-а. А, еще не люблю «Пилу». Отвратные фильмы, все шесть!
– А седьмая?
У меня открывается рот.
– Они сняли седьмую часть? Ты же шутишь?
– Не шучу. – Он усмехается, глядя в ноутбук.
Ну же, совсем немного! Осталось совсем чуть-чуть…
Я стучу ручкой по парте.
– Как ты умудрился стать главой «Акул»? Ты, конечно, полный придурок, но не создаешь впечатления человека, которого волнует школьная иерархия. Скорее похож на сурового одиночку. Не будь у тебя денег, стал бы главарем банды. «Банда Нокса». И набил бы себе партак акулы на шее. Крутым бы был, жуть!
Ну же, Нокс, давай! Ломай стену! Покажи, какой ты на самом деле!
– Повезло мне быть богатым!
– Вопрос: ты все еще дрочишь в туалетах?
Он дергается.
– А ты в ваннах?
– В последнее время не доводилось.
– Очень жаль.
– Я иногда думаю, что было бы, если бы ты остался. Как бы все повернулось? Если бы я пошла на вечеринку с тобой и ты был бы рядом…
– Ава, хватит! Пожалуйста!
Стены, только-только начавшие опускаться, вернулись. Он отодвигается от меня на стуле.
– Я действую тебе на нервы, я же вижу. Почему? Потому что я здесь
Он вздыхает. Но я не собираюсь останавливаться.
– Помнишь, ты спрашивал меня об Аиде и Персефоне? Это один из моих любимых мифов: Аид влюбляется в прекрасную богиню, и ему не нужны демоницы из своего царства. Только она.
– Не понимаю, о чем ты.
– Он довольно романтичный – для истории о богах. Да, Аид похитил Персефону, но он любил ее, и похищение – мелочь по сравнению с поступками некоторых. И хотя все предупреждали ее держаться подальше, она тоже его любила. Она ведь специально съела зерна граната: знала, что иначе мать не позволит ей остаться в Аду.
– Она жила там всего шесть месяцев в году, а потом возвращалась на поверхность. Не самые прочные отношения, на мой взгляд…
– Так ты помнишь! – довольно говорю я. – Ну а прочные или нет… Говорят же, что разлука сближает. Ты скучал по мне, пока меня не было?
Дыхание перехватывает, пока я жду ответа, но он, хитрый дьявол, умеет увиливать. Поворачивается ко мне, светя подбитым глазом, кожа вокруг которого болезненно опухла и посинела.
– Еще я помню, как Аид поднялся из Ада на черной колеснице, схватил Персефону и уволок в мир мертвых. Обманом скормил ей гранат, чтобы она захотела быть с ним. По-твоему, это нормальные отношения?
Я пожимаю плечами.
– Она любила его и знала, что выхода нет. Нет, она боялась его, наверное, до смерти, но все равно готова была рискнуть.
Он хмыкает.
– Серьезно? Никто не хотел, чтобы они были вместе. Ни один бог их не одобрял. Кто полюбит короля подземного мира?
– Подходящий человек.
Он резко втягивает воздух.
Мимо проходит Джолин. Она злобно косится на Нокса, и я задумываюсь. Этот его синяк… Хм…
– Как глаз? Болит? Вот бы он умел говорить! Так бы и спросила его, как это Нокс Грейсон не удержал себя в руках на той вечеринке у Ченса.
Он бросает на меня недовольный взгляд.
– Ладно, ладно. Я же вижу, ты не ответишь. Тогда давай поговорим про драку, в которую ты явно ввязался. Я такие фингалы видела – мама с ними часто ходила. Отец Тайлера, Купер, собрал целое комбо: безработный, больной на голову наркоша. Как-то прижал маму к стене и избил до крови. Прямо по лицу – так, что у нее голова моталась. Туда-сюда. Как в кино, знаешь? Когда еще ноги отрываются от пола. Она так и болталась, представляешь? А вокруг – бутылки от водки. Конечно, куда же без чертовой водки? Он обернулся через плечо и сказал
После признания грудь часто вздымается, и Нокс наклоняется ближе.
– Куда?
– В школу. Днем я была там, обедала, а ночью спала в палатках под мостом. Три дня не возвращалась домой. Меня никто не заметил, да и погода была хорошей. Это было весной.
Он хмурится.
– Твою мать, Ава! Под мостом? А если бы с тобой что-то случилось? Почему ты не обратилась в полицию?
– Сразу видно, что ты богатый. Я тебя умоляю! Копы сразу позвонили бы в социальную службу, и меня бы отдали в детдом. Нет уж, спасибо! Из двух зол я предпочту меньшее.
Он протяжно выдыхает, сжимая руки в кулаки.
– Что было, когда ты вернулась?
Я пожимаю плечами.
– Да ничего. Эти два голубка миловались, как обычно. Мама была беременна, так что я просто ждала появления брата. – Помолчав, добавляю: – Я иногда думаю, жива она еще или нет.
– А где твой отец? – Нокс всматривается в мое лицо.
– А, этот? Победитель по жизни! Бросил маму еще до моего рождения. Сейчас вроде работает на нефтяной вышке в Персидском заливе.
Нокс мельком хмурится, но потом его взгляд смягчается. Он приоткрывает рот.
– Не надо меня жалеть, Нокс. У меня есть Тайлер. Это самое главное.
Я прикасаюсь к медальону, и он переводит взгляд на него, скользит ниже, а я чувствую, что краснею. Чувствую, что по мне видно: в моих мыслях нет ничего, кроме Нокса, с которого так хочется сорвать эту маску…
– Советую приложить лед, – кашлянув, говорю я. – Или чего-нибудь холодное. Где твои девочки на побегушках? Я думала, только свистни – они появятся. Принесут обезбол. Минет сделают.
У него дергаются губы.