Ильза Мэдден-Миллз – Дорогая Ава (страница 16)
– Эй, мы же хотели сходить в кофейню. Ты идешь? – спрашивает он, будто обвиняет за опоздание, а сам смотрит то на меня, то на Нокса.
Такое ощущение, что он…
Инстинктивно я откидываю волосы с лица, и Ченс голодным взглядом следит за движением.
Выпрямив спину, я поправляю липнущую к телу блузку. И да, конечно: Ченс тут же смотрит на мою грудь.
Вот оно как!
Во мне разгорается гнев. У него хватает наглости смотреть на меня таким взглядом, когда он первым назвал меня шлюхой? Уж кто-кто, но он должен был мне поверить!
– Или ты слишком
Нокс косится на меня, а потом смотрит на них.
– Не занят, но мне нужно заняться домашкой. И тебе тоже, Дейн.
Тот окидывает меня взглядом и понимающе усмехается.
– Не, момент, конечно, незабываемый. Нокс и Ава! Ава и Нокс… Неплохо звучит. А ты как думаешь, Ченс?
Ченс заливается краской.
– Завали ебало! – рявкает Нокс.
Дейн распускает собранные в пучок волосы и трясет головой. Они длинные, доходят до плеч, но глаза у него такие же, как у Нокса.
– Хочешь с нами, Ава? – предлагает он. – Если нет денег, я тебя угощу.
Боже, вот ведь придурок!
Руки сжимаются в кулаки сами собой.
– Охренел, Дейн? – говорит Ченс. – Веди себя нормально!
– Реально, детка, – обращается ко мне Лиам. – Заодно обсудим видео, где ты танцуешь. Помнишь такое? Стоит признать, двигаться ты умеешь…
– Харэ! – рычит Нокс.
Мое сердце бешено колотится в воцарившейся тишине.
Между ними чувствуется напряжение, и дело не только во мне… Но вдруг я ошибаюсь? Черт, ну конечно! В прошлом году вся их команда запорола чемпионат, и виновник у них один – я.
Нервно облизываю губы. Я одна на школьной парковке с четырьмя футболистами, которые были на той вечеринке. Мне не хочется показывать слабость, но руки начинают дрожать…
– О, Ава! Все норм?
Я вздрагиваю, но это всего лишь Уайетт. Он подъезжает к нам на классическом черном «Шевроле» с кислотно-розовой полосой на капоте, льющимся из колонок рэпом и таким громким мотором, что я удивляюсь, как не заметила его приближения.
Все поворачиваются к нему. Он широко улыбается из-под козырька школьной бейсболки, но потом замечает выражение моего лица, потому что глушит машину, вылезает и прогулочным шагом направляется к нам.
Непринужденно обнимает меня за плечи, будто мы давние друзья.
– Ты как, соседка по шкафчику? Все нормально? – И снова этот акцент:
– Не надо, просто колесо спустило. Прокололи. Нокс помог поменять.
Лиам смеется, но прикрывает рот рукой в ответ на хмурый взгляд Нокса. Уайетт смотрит на него с прищуром, но снова оборачивается ко мне.
– Слышал, тебе выделили комнату в общежитии Арлингтона. Точнее, видел тебя в списке, когда регистрировался. Снова будем соседями! Ну, только жить будем на разных этажах: им не нравится, когда парни живут вместе с девушками. Но ты заглядывай в любое время дня и ночи! Я обалденно готовлю попкорн.
– Да, я еще не успела зарегистрироваться. Дела отвлекли. – Я стараюсь смотреть исключительно на него, сдерживая панику, затаившуюся под кожей.
Он обнимает меня крепче.
– Я помогу с переездом. Комнаты готовы, но мой тебе совет – захвати свое одеяло, а то местное белье – просто жесть.
– Угу, я учту. – Наверняка мое одеяло привело бы его в неменьший ужас. – Но сначала мне нужно в Нэшвилл – забрать вещи и встретиться кое с кем, так что приеду попозже.
– Я пошел, – рычит Ченс, весь напрягшись, и идет к своему «Кадиллаку».
– Ага, скука смертная! – добавляет Лиам и направляется следом.
Дейн тянется было за ними, но Нокс хватает его за футболку. Дейн не сопротивляется, просто смотрит в землю, а Нокс бормочет что-то себе под нос.
Ченс с Лиамом садятся в машину и уезжают.
Дышать становится легче. Двумя придурками меньше!
Уайетт принимается объяснять, как добраться до общежития и где парковаться, но его перебивает Нокс.
– Ава, если все в порядке, то я пошел, – тихо говорит он.
Я смотрю на него, стараясь сохранять спокойствие.
– Хорошо. Спасибо за помощь!
Он все еще держит гаечный ключ, и его лицо… обычно бесстрастное, сейчас оно отражает целую гамму эмоций.
– Пригляди за ней в общежитии, ладно? – говорит он Уайетту.
– Она в надежных руках, – бормочет тот.
Какое-то время они смотрят друг на друга, а потом Нокс кивает, бросает на меня еще один взгляд, и все эмоции пропадают с его лица, скрытые маской.
Они с Дейном уходят к машине, переговариваясь.
Как только они отъезжают, я поворачиваюсь к Уайетту. Тот изучает колесо.
– Советую купить новую резину. Запаска – говно.
Спасибо, я в курсе.
– Ты хорошо знаком с футболистами?
Он передергивает плечами.
– Ну, так. Я играю в бейсбол, а спортсмены часто вместе тусят. Я был у них на вечеринках, но я не из их компании. Не «акула». – И снова этот акцент, снова улыбка. – Дурацкое название, согласись? Серьезно, талисман школы – дракон, а они «Акулы»! Но я новичок, а они не любят левых людей, хотя мне, если честно, по фигу.
Я изучаю пирсинг в его брови, забитое татуировками колибри и роз предплечье, и меня осеняет.
– Господи! Ты же Уайетт Каррингтон! Твой отец – солист «Сноуболлс», инди-группы из Бостона? Начинал карьеру моделью, а в девяностые переключился на музыку?
Серьезные проблемы с наркотиками, куча реабилитаций…
По его шее ползет румянец.
– Меня обычно не узнают, пока я сам не скажу…
– Да ты же его копия! Жесть… Обожаю их песни! Как тебя занесло в Шугарвуд?
– Мама родом из Нэшвилла. Тоже здесь училась. Родители развелись, и мы с ней переехали во Франклин. Это где-то в часе езды, так что мне выделили общежитие.
– Сочувствую насчет родителей…
Он пожимает плечами.
– Ай, да отец вечно ей изменял! А наркотики? Удивительно, что он до сих пор жив. Так что я ее понимаю.