Ильяс Сибгатулин – Заратустра. Капище Тенгри (страница 1)

Ильяс Сибгатулин

Заратустра. Капище Тенгри

Дисклеймер

В этом темном мире должно быть время на веселые приключения, иначе как жить. Данный роман носит сугубо просветительско-развлекательный характер и написан с любовью и глубоким уважением к наследию и культуре Великой степи. Все персонажи и ситуации в истории вымышлены, совпадения с реальными личностями и событиями – чистая случайность.

Пролог

Все существа до сих пор создавали что-нибудь выше себя.

А вы хотите быть отливом этой великой волны

и скорее вернуться к состоянию зверя, чем превзойти человека?

Ф. Ницше, «Так говорил Заратустра».

Ему снился кошмар.

Он точно понимал, что это кошмар. Аналитический ум позволял вычленять из фантасмагорий подсознательного зерна здравомыслия.

Но легче от этого не становилось. Пещера, куда он проваливался во сне, от ясности ума не становилась шире или светлее.

Наоборот, он все четче понимал, что своды и стены сдвигаются, готовые похоронить его здесь навеки.

«Даже, когда мое бытие закончится, мое тело иссушится здесь – во мраке. А затем камень раскрошит кости в пыль. А время завершит процесс выветрив из памяти мира воспоминания обо мне».

Жутко было не только от мысли, но и от слишком реальных стен сухой и душной пещеры. Слишком осязаемые стены в кошмаре, слишком сильная тафофобия.

Это было его воспоминание? Или развитое воображение придумало эту погребальную пещеру не то легендарного воина, не то его собственных предков?

Не важно. Главное, что в этом кошмаре от тонул в каменном полу, неожиданно сделавшемся вязким. А стены сделались бьющими волнами. Камни, песок, тлен – все наваливалось, погружало, погребало под собой.

Человек открыл рот в попытке сделать глоток воздуха, но песок проники туда.

«Я здесь умру?»

Пошире открыл рот. И понял, что у него вырвался крик.

Он проснулся, мокрый от холодного липкого пота. В ушах только собственное прерывистое дыхание и шум ветра, гуляющего в темных кронах за окном.

Посмотрел на улицу – деревья черной жирной полосой перекрывали весь двор. Выше более светлыми красками серого и черного клубилось небесное марево.

Ветер колыхал очертания крон, будто гребни волн, погруженных во мрак. И в этот момент человеку казалось, что ночное море готово захлестнуть этот мир и поглотить все вокруг – двор, дома, силуэты внутри комнаты и его самого. Но ощущение этого бескрайнего пространства только порадовало неспящего. Кошмар погребальной пещеры остался в черной бездне забытья.

Было душно. Он встал и отправился на кухню.

Прохлада воды разлилась по желудку и успокоила мысли.

Он снова лег, чтобы теперь уже крепко уснуть до положенных шести утра.

I

Утром, в момент самого открытия кабинета Кафедры археологии, этнологии и музеологии Казахского Национального Университета,в дверь постучали. Но стучавшему никто не ответил.

Тогда человек сам вошел в офис.

– Здравствуйте? – скорее спросил, чем воскликнул молодой блондин в ухоженном костюме без пиджака, но в жилетке.

– Кто там? – послышалось из соседнего кабинета кафедры, примыкавшего к приемной. Оттуда вышла молодая заспанная секретарша. – Да, вы что-то хотели?

– Доброе утро! Меня зовут Гари, я пришел по вопросу вакансии ассистента.

Девушка тут же открыла файл на компьютере и пробежалась по списку глазами.

– Мы не давали такой вакансии, – секретарша смерила парня оценивающим взглядом: высокого, но нескладного. Будто бы блондина, но с выцветшим оттенком пшеницы.

– Эмммм, – Гари засуетился и достал из кармана брюк смартфон, – вот смотрите. Он показал открытую вкладку в соцсети.

– Аааа… – поняла девушка, – это вам к профессору Тлиеву. Он… а… вот и он.

В этот момент в приемную вошла группа преподавателей, что-то обсуждавших на ходу.

– …Зарик, и ты снова предпримешь эту бестолковую попытку? – спрашивал пожилой мужчина у своего молодого коллеги.

– Да куда еще!.. Уже в третий раз, Тустра!.. Третий раз ты пытаешься найти курган Бумына-кагана… Ну нет его на картах… Нет!.. Угомонись, – втолковывал молодому пухлый мужчина в шляпе, – стопчешь только зря свои боты…

– Господа, коллеги, профессора, да я готов хоть сто пар обуви стереть в пыль. Но от своей цели не отступлю.

– Ой, Аллах… – вздохнул четвертый преподаватель.

Тут вмешалась секретарша.

– Профессор Тлиев, к вам вот молодой человек… по объявлению.

Из группы выделился тот самый молодой профессор в легких черных штанах и синей клетчатой рубашке с закатанными рукавами, а-ля норвежский дровосек. Он зорко взглянул на Гари. Парню показалось, что в серых глазах ученого при ярком утреннем свете блестели зеленые огни. «Или это тут такое освещение?.. Кабинет-то старый…»

– Юноша?.. – вдруг усмехнувшись, уточнил профессор Тлиев. – Это замечательно. Но почему вы не с рюкзаком? Вы точно мое объявление прочли?

– Да, ваше, профессор Тлиев. Я видел информацию о том, что нужно взять все необходимое для поездки в археологическое исследование…

– Не просто поездку, а длительную поезду, – прервал его Тлиев. Он хоть и был внешне моложе всех своих коллег, стоящих в приемной, но, когда он говорил, все замолкали.

– Вы магистрант. Акцент не местный… Британские острова?.. Любопытно… Ваше имя…

– Гари, сэр… Я из южного Корнуолла, по обмену приехал в прошлом году. А в этом перевелся с исторического на археологию.

– Хех, по твоим стопам, Зарик, – усмехнулся старый преподаватель.

– Никаких сэров тут нет, юноша. Ваше полное имя.

– Гарольд Ллойд, профессор.

– Гарольд, – ученый резко протянул руку для знакомства, – вы готовы к длительной поездке?

– Эммм, да…

– Отлично! Тогда для вас я Заратустра Тлиев или просто Профессор. Я ожидал, что мы сможем выехать уже через час, но раз вы без багажа, то отправляемся сейчас же. Все детали по дороге.

– Но, профессор. Я все же предпочту зайти в общежитиеза своими вещами… решил не таскать их на кафедру.

Заратустра Тлиев снова взглянул на собеседника своими серыми глазамииз-под темныхбровей.

– Что ж… полчаса. Служебная машина стоит на парковке. Жду там. Да, Гарольд, не забудьте подписать нужные бумажки у нашей прелестной Алии.

– «Бумажки»? – вдруг напряглась секретарша. – Это так вы называете важные документы о командировке, профессор?

– Это он, любя, Алиюша! – громко шепнул пожилой ученый.

Коллеги расхохотались.

– Тогда и ваша зарплатная ведомость, профессор, тоже обернется «бумажкой» и «случайно» затеряется у меня на месяц, – съязвила молодая секретарша.

– Пожар работы воспламеняет твои прекрасные глаза, моя дорогая, – парировал Тлиев с безоговорочной улыбкой на худом лице.

– Юноша весь ваш, Алия. Гарольд, жду у машины.

И вышел из кабинета.

Гари сбегал за уже собранным рюкзаком в кампус общежития и вернулся в приемную за документами.