Ильяс Сибгатулин – Случайные истории (страница 4)
Тут в пещеру вошли двое горилл. Краснокожий молниеносно достал из-за пазухи какую-то трубку и плюнул через нее дротиком. Попал в ближайшего дикаря. Тот ничего не понял, но уже через мгновение упал и стал трястись, будто от укуса змеи.
Яд – быстрая и мучительная смерть.
Второй дикарь успел проорать – видимо, сигнал к атаке, но получил от меня мечом по черепу.
Из дальних пещер послышались жуткие крики и рев, и мы с пронырой поняли – пора бежать.
Краснокожий целой рукой схватил один из своих топориков, и мы выскочили из пещеры.
Солнце уже вовсю припекало каменистый склон.
Стали пробираться сквозь колючие кусты и скалы. Внизу виднелось русло реки и небольшой подлесок. Там и можно было скрыться от преследования.
Но далеко мы уйти не успели. Уже через несколько шагов в след нам полетели камни, костяные топоры и копья.
Эти дикари лучше знали местные тропы, поэтому быстро окружили нас.
Мы с краснокожим встали спина к спине.
Первых трех людоедов убили быстро – сказалось боевое мастерство.
Но дальше этих горилл становилось все больше. Я стал уставать – раны не давали покоя. Проныру тоже покидали силы – сражался одной рукой.
Я взглянул на него. Он слегка улыбнулся и кивнул, признавая наше вынужденное «родство».
А затем в отчаянной попытке заорал и рванул на приближающихся дикарей.
«Что ж ты делаешь, проныра? Ты смелый воин, но тебе бы вторую руку с топором…»
Шансов у него не было. Он вонзил топорик в одного людоеда, да так и оставил свое единственное оружие в черепе врага.
Остальные легко повалили невысокого краснокожего, врезали по лицу дубиной и сразу же стали рвать и потрошить его тело. Дикие людоеды, мясники, живодеры!
Он не сопротивлялся. Выбрал свой путь, отвлекая собой этих тварей. Дал мне шанс спастись, скрыться.
Я еще раз взглянул на бедолагу. Из последних сил он кивнул мне.
«Прощай, краснокожий брат».
Рванув в сторону, я побежал вниз по тропе. Но часть людоедов все же последовала за мной.
VI
Я спустился с горы и оказался в низине реки.
Дикари бежали за мной.
Меч в руке, кровь – своя и чужая – на теле, ярость в глазах.
«Почему я бегу? Я берсерк! Я варяг!
И пусть я последний из своего рода на этой чужой земле, я не смею убегать, как пес, как трус, недостойный сын Хормунда и слуга Вотана. Неужели мне шкура своя дорога настолько, что я драпаю, как шавка, от этих извергов и живодеров?!
Нет! Не бывать этому!
Нельзя бежать. Надо сражаться. Зарубить этих тварей одного за другим.
И не только потому, что я варяг и должен встретить смерть в бою. А потому что таких жутких монстров, дикарей, пожирающих людей, не должно быть ни на этой земле, ни на любой другой!»
Я резко останавливаюсь, разворачиваюсь и гляжу прямо на них. Дикари тоже останавливаются.
Я дико кричу и стучу мечом себе в грудь. И вижу, что даже таких тупорылых горилл, страшит рев берсерка. Это хорошо! Страх убьет их. Я зарублю каждого из них, каждый людоед отведает моего гнева.
Я бегу на них. Один против десятка. Меч жаждет крови. Я жажду расправы.
«О, Вотан, дай сил! Прекрасные валькирии, ждите меня! Братья мои, мы встретимся у врат Его чертога!»
Я кричу и несусь. Последний варяг на чужой земле.
«Вальхалла!»
Чего-то не хватает
– Знаете, вот когда заканчивают снимать какой-нибудь фильм, в конце делают «шапку»… ну это такой торжественный банкет в честь завершения съемок… ну «шапка» называется. В одном зале собираются все члены съемочной группы. Если фильм удался, то все довольные, если нет, то довольства меньше… Я тут подумал, это ведь к нам-то ближе. Мы вот тоже свои дела закончили и празднуем. Получается у нас своя новогодняя «шапка»… И год как раз кончился… Только непонятно, радоваться этому искренне или все же улыбку натянуть… Вроде со всеми делами в этом году справились, поздравили как смогли. Но вот чего-то не хватает. Понимаете?
Белые медведи взглянули друг на друга – явно не понимали, а потом снова посмотрели на Мороза.
– Дед, ты сколько выпить-то успел?
– Да я только начал.
– Чего ж ты нам про «шапку» рассказываешь, будто мы не знаем…
– Тьфу на вас, мохнатые! Это я для читателей… им объясняю, где мы сейчас, – Дед Мороз посмотрел на вас и попытался лукаво подмигнуть, получилось неказисто. Плюнул, отвернулся.
– Дед, ты с кем разговариваешь?
– И куда смотришь? Там же нет никого, – медведи были в шоке.
– Да идите уже, плешивые! Вон Снегурка вам машет.
В ледовую залу вошел еще один дед в красном.
– О-хо-хо, хэллоу-хэллоу, мой друг!
– И ты не хворай, Санта. Как год закончил? Все подарки рОздал?
– Да, Мороз, всех осчастливил: и мальчиков, и девочек! А ты чего такой хмурнОй сегодня?
– Да ну их!.. Ты с миссис Клаус?
– Конечно! Вон она, уже к Снегурочке пошла.
Дед Мороз одобрительно кивнул помахавшей ему издалека жене Санты.
– Это хорошо, внученька как раз начала на стол накрывать.
– Так что тебя терзает, Мороз?
– Странно все это, друг мой. Из года в год наблюдаю за людьми, кладу им подарки под елку, а они все меньше удивляются, меньше радуются… из года в год глаза у них все более тусклые. Дети – еще куда не шло, а вот взрослые – совсем беда.
– Ты что ли в свои годы решил задаться вопросами, чего людям не хватает? – Санта даже иронично крякнул.
– Да нет. Тут все понятно – от писем с требованием подарить смартфон уже не продохнуть…
– И не говори. А знаешь, что еще печалит? Скорые. Летишь по небу, и с каждой стороны слышны их сирены. Страшно становится.
– Это ты прав, – согласился Мороз, – тяжелый год. В прочем, как и остальные… Ну а если глобально, то счастья, понимая, спокойствия, развлечений, любви – вот чего им не хватает. Это ясно итак… А вот чего нам не хватает?.. Ведь чего-то точно не хватает, да?
– Мне всего хватает! – подпоясался Санта.
– Да брось ты, – махнул Дед, – не обманывай себя.
– Да ты прав, – сразу же признал Клаус, и сразу похмурнел, – с каждым годом будто что-то уходит из этого мира.
Они стояли посреди ледяной залы, два главных новогодних сказителя.
– Слушай, – начал Санта, – может дело в волшебстве? Может нам его не хватает?