Илья Туричин – Сегодня солнце не зайдет (страница 8)

— Ты давно здесь?

— Последний год. Скоро дэмэбэ. А ты-то как сюда попал?

— По собственной инициативе.

Дважды прозвенел звонок.

— Вызывают. Сменюсь — поговорим.

Владимир, с непривычки ступая осторожно, спустился по крутому трапу, в кубрик. Светились лампочки в стеклянных колпаках, обтянутых металлической сеткой. За складным столом несколько матросов «забивали козла». Молча и сосредоточенно щелкали костяшками, будто священнодействовали. Владимир присел на койку.

Вот так номер. Витька Лопух на «Самоцвете»! Витька Лопух… Вихрь воспоминаний захватил Владимира и понес, понес, возвращая к прошлому, к школьным коридорам, к шуму и сутолоке переменок, к улицам родного села, к белым яблоневым садам, к склонившимся над речкой ветлам. Плещется вода, плещется, бежит, журчит у берегов, ласкается, манит за собой в дальние дали… И будто из воды, всплыли в памяти знакомые лица — учителя, товарищи, односельчане.

Мать смотрит из-под руки в степь:

— Видать, дождик будет… Ишь как крутит, натягивает…

Ах как редко вспоминает он лицо матери, чуть тронутое морщинками у глаз доброе лицо! Ах как редко! Куда чаще вспоминается другое, девичье… Вот и сейчас заслонило оно всех. Смотрит Светка прямо в глаза, будто спрашивает: не забыл ли?

«Нет, нет… И никогда, никогда!..»

Звенит, надрывается звонок.

«Ти-та-а… Ти-та-а… Ти-та-а… Ти-та-а…» Точка — тире… Точка — тире… «Аз». Аврал. Гремят по трапу десятки ног. Быстрей! Быстрей! И Владимир срывается с места. Его пост по расписанию на ходовом мостике.

— По местам стоять, со швартовов сниматься!

В море! Первый раз в жизни на настоящем боевом корабле в настоящее море!

— Кормовой швартов отдать! Носовой на шпиль! «Землю» до половины!.. Левая назад — товсь!.. Правая вперед — товсь!..

Четко и спокойно командует командир. Владимир смотрит на него с обожанием: повезло с командиром. Ничего, что суров, зато настоящий моряк!

Заработал шпиль, выбирая носовой швартов. Нос подтянулся к пирсу, а корма отошла на чистую воду.

— Отдать носовой! Флаг перенести!

Спущен флаг на корме. Взвивается на мачте. Корабль уходит в море — на охрану государственной границы.

Проплывают мимо скалы, закрывая от глаз Снежный. С моря набегает волна. Корабль нехотя приподымается навстречу и наваливается на волну стальным форштевнем, кромсает ее, разбрасывая направо и налево.

Когда вышли из бухты и звонки пропели отбой, Владимир обратился к главстаршине Куличку:

— Товарищ главстаршина, разрешите немного на палубе побыть?

Куличек улыбнулся: понял.

— Побудьте.

Главстаршина Куличек — непосредственный начальник Владимира, командир отделения радиометристов. Специальность Владимира — радиометрист. Через четыре часа он заступит на первую свою боевую вахту. А сейчас хочется побыть на палубе, подышать морем. Познакомиться с ним, постоять вот так, лицом к лицу. Вот бегут одна за другой зеленовато-синие волны, в какое-то мгновение на вершинах их вскипают белые гребешки, вскипают, рассыпаются, и вода становится стеклянной, она в белых прожилках, будто полированный зеленоватый мрамор.

— Покурим? — Рядом стоит Виктор Лопухов, улыбается, протягивает деревянный портсигар с сигаретами.

— Спасибо, не курю.

— Так и не научился, — не то с сожалением, не то с завистью произнес Лопухов. Закурил, отворачиваясь от ветра и пряча огонек спички в чашечке ладоней. — Как дома?

— Все по-старому. Я ведь дома тоже с прошлой осени не был.

— А я третий год. Полагался мне отпуск, да командир его задробил.

— Почему?

— Да так вышло… — Лопухов нахмурился, видимо, ему не очень хотелось говорить на эту тему, молча затянулся несколько раз. Потом сказал: — Собрался я уж было и подпил крепко на радостях. Корешки из дому водки привезли. Вот командир отпуск мне и задробил.

— Строгий командир?

— Строгий. Дочка у него утонула, с пирса упала… Он с того времени какой-то смурый стал. Все переживает. Молчит. И не любит, если кто громко смеется. Видать, смех по сердцу режет Мы понимаем. А без смеху тоже нельзя. Нынче что, в море тишь, солнышко не заходит. А вот погоди, с октября заштормит — по палубе не пройти. Все нутро выворотит, хоть и привычный. Трудная служба. Тут если не засмеешься морю этому в лицо — хана!

— А задерживали нарушителей?

— Бывало. Мне за задержание как раз и отпуск полагался.

— Шпиона задержал? — Владимир затаил дыхание от восторга и почтения к Лопухову.

— Да нет, не я задерживал, я только его первый заметил. А видимость плохая… Мгла…

— И все-таки заметил?

— Служба такая, — снисходительно сказал Лопухов, — Ты лучше про дом расскажи, как там у нас рыбалка на речке и вообще?

— Ловится рыба. И дома все нормально было.

— А как… как Светлана?

— Что Светлана?

— Ничего… У меня осенью дэмэбэ.

— Слушай, Витька… Ты ее из головы выкинь. Мы с ней…

— Ну и черт с вами! Я тебе так скажу: нравилась она мне, симпатичная девочка. И я не из-за драки с тобой отстал тогда. Просто вижу — нескладуха… — Он вздохнул. — Вот приеду, может, приударю. — Он сказал это только чтобы подразнить Владимира.

Владимир посуровел:

— Не советую, Лопух. Понял?

— Ладно, не сердись. Не буду.

— А и будешь — ничего не выйдет. Я Светке как себе верю.

Лопухов рассмеялся:

— А ты все такой же псих, Володька. Готов за борт меня бросить!

Они еще немного поговорили, Лопухов бросил в обрез сигарету и ушел. А Владимир все смотрел на набегающие волны, но видел другое: теплое море, крутую песчаную бухту, рассеченную лунной сверкающей полосой. И вдруг ощутил тепло маленькой девичьей ладошки.

…Он был на полигоне, когда его вызвали к командиру роты.

— Федоров, к вам приехала жена. — Ротный посмотрел на Владимира пристально. — Надо в документах семейное положение указывать правильно. Командир разрешил увольнение на сутки. Идите в канцелярию, получите увольнительную. — Ротный улыбнулся. — Красивая у вас жена, Федоров.

Владимир смотрел на него во все глаза и не понимал, о чем идет речь. Какая жена? Нет у него никакой жены. И тут же понял: Светка… Светка приехала!

— Торопитесь, — сказал ротный. — Женщины не любят, когда мы задерживаемся.

Владимир помчался в канцелярию.

— Держи увольнительную, — сказал дежурный. — Что ж раньше не говорил, что женат?

— Я не знал, — простодушно ответил Владимир.

У дежурного глаза стали круглыми:

— Вот так да!

— Да нет, не знал, что она приедет, — поправился Владимир и покраснел.

— Давай спеши…