Илья Топчий – Схватка за Америку. Триумф белой лилии (страница 24)

В ответ Корнуоллис (разозлённый также ультимативным требованием канадского губернатора Ла Жонкьера не возводить новых укреплённых постов на границе) отправил 100 солдат (две роты) капитана Хандфилда в Ле Мине, чтобы предупредить наступление восставших. В октябре 1749 года, высадившись с моря, тот занял городок и, не успев завершить строительство, вскоре оказался осаждён примерно трёмя сотнями инсургентов в трёх бараках (был деблокирован в январе 1750 года отрядом из 50 рейнджеров).

Рост напряжённости на границе привёл к новым карательным рейдам. В апреле 1750 года в район Бобассена и Чинекто выдвинулся майор Чарльз Лоуренс с большей частью (400 солдатами) 40-го Пешего полка под эскортом фрегата. Был захвачен в качестве приза и отконвоирован в Галифакс французский бриг «Сен-Франсуа» (на его борту якобы нашли груз контрабанды), однако высадка провалилась: Чинекто занимали крупные силы канадцев, а десант в Бобассене снесло течением.

(Согласно Крису Хэнду, население Бобассена было при этом уведено, а сам посёлок сожжен людьми ле Лутра. Всё это дало очередной повод французскому правительству обвинить британцев в эскалации конфликта).

Обстановка накалялась. Перепуганный масштабами восстания, Корнуоллис действовал быстро – и жёстко.

В беспокойную область возле перешейка Чинекто, под самое основание полуострова Новая Шотландия была направлена военная экспедиция. Она включала в себя десант из 700 солдат 40-го и 45-го Пеших полков, усиленных рейнжерами Горхэма и моряками Джона Рауза.

Мишенью для атаки снова был выбран городок Бобассен, где базировался отец ле Лутр, снова окопавшийся на побережье и поддержанный канадцами Ла Корна, занимавшими близлежащий хребет Босежур. 3 сентября, внезапно подойдя и выбросив десант, англичане выбили ле Лутра с 300 его людей из Бобассена, ретировавшегося к Чинекто, взяв в плен двух его сподвижников. На месте Бобассена оказался основан форт Лоуренс, где остался гарнизон из 300 регулярных бойцов.

Однако набеги и рейды не прекращались. Всего в 1749-1754 годах историки насчитали 24 вооружённых инцидента, из которых 13-ю стали нападения микмаков на английские поселения (8 из которых последовали против Дартмута, где геройски держался майор Изекиель Джилман).

Корнуоллис (с 1752 года Хопсон) с 2000 находившимися в его подчинении людьми (три пехотных батальона, рота артиллерии, семь рот рейнджеров, шесть из которых создали в 1750 году) просто физически не мог контролировать обширную территорию Новой Шотландии с её сложным пересечённым характером местности. Разбившись на десяток гарнизонов, он не мог одновременно защищать поселенцев и проводить крупные наступления. Для покрывшейся сетью постов страны требовалось радикальное решение вопроса.

Между тем как французы укреплялись на Чинекто. Проведя инженерную разведку местности, в 1751 году здесь началось строительство нового форта Босежур, с постоянным гарнизоном и запасами всего необходимого на случай осады, а также близлежащего форта Гасперо.

Сделай французы то, что было ими запланировано – кошмар кампаний 1744-1748 годов вновь стал бы явью. Имея рубеж для развёртывания и крепость на пути в долину реки Сент-Джон в самом узком и труднопроходимом месте, они могли здесь сильно усложнить жизнь британцам. В районе к весне 1755 года находилась по канадским меркам целая армия (200 только регулярных солдат из Вольных рот и корпуса канониров-бомбардиров), которая могла рассчитывать на поддержку гарнизонов Квебека (300 штыков) и Луисбурга (свыше 1000 морских пехотинцев и артиллеристов).

В то же время и британское правительство было настроено наконец разрешить вопрос с Акадией в свою пользу (имея ввиду и территорию Нью-Брансуика). Это произошло по факту представления королю решений заседания Совета по торговле от 7 декабря 1753 года с недвусмысленным названием «Протест против французов на реке Сент-Джон», под которым подписались Питт, Галифакс, Гренвиль, Таунсенд.

В соответствии с указанным документом, британские права на материковую Акадию считались неоспоримыми и безусловно доказанными (что было не совсем справедливо). Французы находились на землях британской короны и посему должны были быть изгнаны любым способом. В противном случае они занимали стратегическую позицию между американскими колониями и Новой Шотландией.

В августе 1753 года новым губернатором Акадии стал Лоуренс (де-факто до 1755 года им оставался Хопсон, но он был вынужден передать дела Лоуренсу из-за тяжелой глазной болезни, вынудившей его выехать в Англию). Он быстро взял ситуацию в свои руки.

К 1755 году численность каждого британского линейного батальона в Акадии оказалась доведена до 700 человек за счёт местных и ньюфаундлендских рекрутов. Это дало группировку в 2800 штыков (вместе с рейнджерами и артиллеристами). Кроме того, имелось ещё некоторое число милиции из числа местных англоговорящих жителей с юго-восточного побережья.

Одновременно с 1 сентября 1754 года был прекращён экспорт зерна в Акадию и Канаду. Зависимые от поставок продовольствия извне, французы быстро ощутили их отсутствие.

Предполагалось, перебросив армию из Массачусетса, быстро нанести французам поражение под Босежуром и продвинуться в долину Сент-Джона. Планы по депортации гражданского акадского населения также оказались не вчера (то есть, не спонтанно) разработаны. Имея соответствующую инфраструктуру и группировку в 5000 человек (с ополченцами), Лоуренс рассчитывал «очистить Акадию от этой заразы» (то есть, акадцев и их вооружённого сопротивления).

Секретный план Фокса-Питта, родившийся на свет осенью 1754 года, и Решения Совета по торговле от 1753 года, пришлись как нельзя кстати. Формально это была операция по вытеснению врага из спорных районов, считавшихся англичанами своими, на деле и в частности – решение некоторыми власть предержащими (Лоуренсом, Ширли) своих насущных вопросов в Акадии.

(Собственно, обе стороны в Акадии были «хороши». Губернатор Дюкен советовал ле Лутру и коменданту Босежура Вергору напасть на англичан точно также, как губернатор Ширли в своих письмах в Лондон просил разрешить ему блокировать перешеек Чинекто и вынудить французов уйти).

Интересы различных американских и английских военных, политических и деловых кругов пересеклись. Был выбран офицер для выполнения такой цели, друг губернатора Массачусетса Ширли, подполковник Роберт Монктон, командир 47-го Пешего полка. В 1752 году он командовал гарнизоном Лоуренса, в 1753 году участвовал в защите окрестностей Галифакса и знал ситуацию на фронтире (границе) не понаслышке.

С ноября 1754 года он находился в столице Массачусетса Бостоне, где и получил от Лоуренса и Ширли соответствующие директивы. Его задачей стала подготовка будущей экспедиции.

3.3. Выдвижение англичан.

Ядром армии вторжения должен был стать так называемый Массачусетский провинциальный «Новоанглийский» Уильяма Ширли полк. Численность полка была около 2000 человек, он включал в себя два батальона (Джона Уинслоу и Джорджа Скотта) и 19 рот. Номинально командовал подразделением сам губернатор (и герой осады Луисбурга в 1745 году) Ширли, фактически – Роберт Монктон.

Все необходимые пополнения – пехотные части, артиллерию, часть амуниции – войска должны были получить на месте в Аннаполис-Ройале. Кроме того, предполагалось усилить группировку вторжения за счёт гарнизона форта Лоуренс (300 регулярных солдат и 95 рейнджеров) и роты коннектикутских ополченцев Уильяма Лэмсона, отправленных в экспедицию в качестве рейнджеров.

Основой полка стали ветераны прошлогодней Мэнской кампании. Ещё летом 1754 года, до начала военных действий, Ширли выслал 800 провинциальных солдат во главе с колониальным генералом Уинслоу на реку Кеннебек с целью выбить оттуда французов и усмирить индейцев-малеситов. Врага бравый военачальник так и не нашёл, но опыт операции мог пригодиться.

Совещания и консультации по поводу создания американской армии вторжения начались в январе-феврале 1755 года. Тогда же было определено финансирование на набираемые войска.

10 февраля 1755 года началось формирование собственно полка, получившего пышное наименование «Новоанглийского». Дисциплина подразделения оставалась так себе, его офицеры оказывались случайными «людьми фортуны», а солдаты слонялись каждый по своим делам (Монктону стоило очень большого труда внести хоть какой-то порядок в их ряды). Кроме того, в состав массачусетсцев набрали 80 индейцев, которых Горхэм, командир рейнджеров Новой Шотландии, в дальнейшем «выменял» на солдат из своих рот.

Тем не менее, у «новоанглийских» солдат даже имелась своя собственная униформа. Пока она, правда, не поступила в войска, но уже один этот факт выгодно отличал массачусетсцев от тех же рейнджеров (одетых как попало).

Для прикрытия границы на севере и востоке в марте было создано три батальона по 500 человек в каждом, и для действий в шамплейнском коридоре выделялся отдельный полк из 1200 штыков. Тем самым, лимит в 4500 ополченцев, заявленный Массачусетсом, оказался даже несколько превышен.

К началу апреля «Новоанглийский» полк был практически укомплектован. В поддержку его 28 апреля оказалась создана артиллерийская часть, состоявшая из всего 22 человек при 11 (!) орудиях (двух 32-фунтовых, шести 18-фунтовых, двух 12-фунтовых пушках и одной 13-дюймовой мортиры). В силу недостатка артиллеристов, их планировалось заместить пушкарями из регулярных войск, размещённых в Новой Шотландии.