Илья Топчий – Схватка за Америку. Триумф белой лилии (страница 23)
«Мирная» жизнь в Акадии в 1714-1744 годах – тема для отдельного исследования. Нарастание социального напряжения, рост противоречий в провинции определялись тогда рядом факторов.
Во-первых, Утрехтский мир 1713 года неточно определял границы завоёванных подданными Соединённого королевства земель. Лондон понимал под ними всю территорию Акадии вплоть до северо-западных гор, Париж – только область Новой Шотландии с рубежом по перешейку Чинекто (отделявшем Новую Шотландию от современного Нью-Брансуика). Это порождало определённый конфликт в отношениях.
Во-вторых, на землях Акадии издавна жили индейцы микмак. К 1755 году этот народ насчитывал около 3000 аборигенов, которые считались одним из элементов нестабильности в регионе.
(Воины микмак по-прежнему предпочитали нападать на английских поселенцев и солдат и не признавали власть британского короля. Эти настроения активно подогревались наличием иезуитских шпионов-пропагандистов в чёрных сутанах, постоянно навещавших эти края. Оккупационные власти пытались наладить отношения с племенем, заключали с ним соглашения (например, в 1726 году), но всё безрезультатно).
В-третьих, упомянутая агитационная деятельность католических проповедников из Канады. Они призывали местных жителей не признавать власть Лондона, а собственно акадцев – бросать кров, всё нажитое непосильным трудом и переселяться в Канаду.
(Собственно, переселилось немного – всего порядка 2000 человек из 12000 предков нынешних франко-акадийцев, большей частью в 1749-1755 годах. В Канаде они оказались никому не нужны и мыкались в нищете в поисках крова и хоть какой-то работы. Оставшиеся, около 10000 франкоговорящих, не очень спешили следовать их примеру).
В-четвёртых, в 1734 году англичане попытались склонить акадцев под власть своего короля, заставив принести клятву верности. Обряд выполнили не все и не сразу, но этого оказалось достаточно.
(Одним из обвинений губернатора Новой Шотландии Лоуренса во время депортаций 1755-1761 годов стало «клятвопреступничество» выселяемых. Тот факт, что акадцы периодически бунтовали и вели партизанскую войну, а среди индейских воинов микмак почему-то оказывались раскрашенные бледнолицые, оказался достаточным для таких обвинений. Хотя основной причиной, конечно же, выступало желание наконец усмирить беспокойный регион, пусть и такими драконовскими методами).
В-пятых, собственно англичан в Новой Шотландии было немного. В 1726 году, когда закончилась очередная война с микмаками и малисеттами, их насчитывалось порядка 400 поселенцев, в 1743 году стало чуть больше, но ненамного.
3.2. Войны короля Георга и отца ле Лутра.
Долгие годы мира заставили расслабиться англичан в Акадии. Стычки с индейцами не могли компенсировать отсутствие серьёзного противника. Несмотря на определенную напряженность в отношениях с местным населением, существовал термин «нейтральные французы» и в период между 1713 и 1740 годами английское правительство не ожидало в районе крупных потрясений.
Гарнизоны в двух укреплённых местах, Кансо и Аннаполис-Рояле, ослабли. Скучная колониальная гарнизонная служба не привлекала большого числа кадровых офицеров, в рядовом и унтер-офицерском составе также сохранялся некомплект. Весной 1744 года меньше половины полка оказалось в строю.
Это сформировало известный соблазн французов отбить Акадию. В 1740 году новый губернатор Иль-Рояля Исаак-Луи де Форан привёз в Луисбург 800 новых ружей и 40000 ливров для подкупа и вооружения акадских общин.
Начавшаяся весной 1744 года война позволила французам атаковать. В мае того же года два фрегата залпами своими орудий снесли Кансо, неудачно построенное и расположенное, а его охрану увели в плен. Затем началась высадка в Акадии и наступление на Аннаполис-Ройал.
Слабость ресурсной базы, плохая координация атак не позволила французам победить (а Франция из-за океана их своевременно не поддержала). Аннаполис-Ройал осаждался четырежды, в 1744 и 1746 годах, однако безуспешно, а в 1745 году армия колонистов из Новой Англии и Нью-Йорка взяла Луисбург.
Все эти события привели к 17 годам долгой войны и величайшей трагедии в истории Акадии. Край погрузился в хаос войны и разрушения. Сердца пылали ненавистью.
Несмотря на падение Луисбурга, подпитка партизанской войны продолжалась – из Канады. Из Квебека в Акадию прибыл с отрядом командир Рамзе, возглавивший здесь борьбу против англичан.
Он оседлал хребет Босежур, стратегически важную и удобную позицию, перекрывавшую проход через перешеек Чинекто. В сентябре 1746 года отсюда он отправился в рейд к заливу Чебукто (современный Галифакс), надеясь застать там французский флот Анвилля, но опоздал. Затем через горы и весь полуостров Новую Шотландию двинулся к Аннаполис-Ройалу и проосаждал город весь октябрь (безуспешно), после чего вновь ретировался на Чинекто, где организовал постоянную базу для своих операций.
Вдогонку выступил 2-й батальон массачусетсцев Нобла, поддержанный ротой рейнджеров Горхэма. Продвинувшись далеко на северо-восток по берегу Французского залива, американские провинциальные войска заняли городок Ле Мине (Гран-При), где и обосновались на зиму.
Контратака последовала незамедлительно. Рамзе слёг по болезни, но его заместитель, Кулон де Виллье, повёл отряд из 286 канадцев и индейцев. Они и напали на 510 англичан, мирно спавших в своих домах.
Разгрома не произошло (британцы сильно превосходили в числе своих противников, да и сломить их сопротивление не удалось), однако потери оказались чувствительны. После заключённого перемирия, побеждённые отступили в Аннаполис-Ройал, оставив Гран-При победившей стороне.
Мир 1748 года не разрешил акадского клубка противоречий. Даже создание в 1749 году специальной комиссии представителей двух держав не способствовало решению вопроса о спорных территориях. Принадлежность земель за Чинекто (современной провинции Нью-Брансуик) так и не была определена, как и о статус проживавшего здесь франкоязычного населения. Более того, противники продолжили накачивать ресурсами и войсками регион.
(События войны показали, что одного слабого батальона может оказаться недостаточно для удержания своих позиций в регионе. В Британии видные политики забили тревогу. Уже в 1748 году на фоне идущих мирных переговоров государственный секретарь Бедфорд выдвинул предложение переселить в Новую Шотландию целый полк шотландских горцев Лаудона, считая, что таким образом будут решены сразу несколько задач – усилится оборона Акадии и из Европы будут удалены потенциальные смутьяны (горцам не доверяли после восстания 1745-1746 годов).
Предложение Бэдфорда не было реализовано. Но сама важность вопроса о необходимости усиления позиций в регионе оказалась наконец признана).
После возвращения французов в Луисбург (где высадился батальон морской пехоты), британцы в июне 1749 года основали всего в 330 километрах от него крепость Галифакс, базу для своих морских операций и трамплин для нападения на Луисбург. Теперь всего в течение двух суток, выйдя с огромного рейда бухты Чебукто, английский флот мог оказаться в окрестностях французской цитадели и всего за две-три недели – под Квебеком.
Эдвард Корнуоллис, бывший на тот момент действующим губернатором Новой Шотландии в письме секретарю герцога Камберленда Роберту Нэпьеру 6 декабря 1749 г. указал, что одного полка Филлипса и роты рейнджеров недостаточно для сохранения стабильности в регионе. В результате чего в Новую Шотландию была перенаправлена целая бригада (29-й, 45-й и 47-й Пешие полки, рота артиллерии), а также примерно 1000 переселенцев из Англии и Шотландии. Правда, временно переброшенный из оставленного британцами Луисбурга 29-й полк в 1750 году убыл в Ирландию, но два других полка остались в Акадии, заметно усилив военное присутствие Британии в регионе (как уже упоминалось, на всей Северной Америке кроме Акадии, Британия держала только Независимые роты в Нью-Йорке и Каролине).
Эти силы резко изменили баланс в регионе. Более того, поток иммигрантов с Британских островов не прекращался и продолжал прибывать.
Лондон слал на полуостров Новая Шотландия колонистов из числа лояльного элемента (англичан англиканского вероисповедания и протестантов-лоулендеров из англосаксонской Нижней Шотландии). К концу 1749 года в Акадию прибыло 3229 переселенцев, к 1763 году эти число достигло цифры в 13000 англоговорящих.
Конечно, подобное не понравилось ни индейцам микмак (которых враждебные им колонисты уже превосходили в числе), ни акадцам. В регионе вспыхнуло восстание.
Этот конфликт (1749-1755 годов) получил наименование «войны отца ле Лутра», по имени идейного вдохновителя мятежа, представителя французской католической церкви в регионе, проповедовавшего среди индейцев, миссионера Жана-Луи ле Лутра. Взбунтовавшиеся микмаки вместе с примкнувшими к ним акадцами атаковали английские поселения Дартмут, Кансо, Галифакс, Бедфорд и Кантри Харбор, прошлись рейдами по всему северо-восточному побережью Новой Шотландии и по Мэну. Отряды мятежников заполонили Ле Мине и Бобассен, с северо-запада, перевалив Акадийские горы и пройдя речным путём по реке Сен-Жан (Сент-Джон), прибыл с отрядом де Ла Корн, заняв перешеек Чинекто.