Илья Спектор – Легенды и мифы Индии (страница 6)

Рано поутру разбудили Куналу и велели в благодарность за ночлег исполнить под звуки вины песню. Запел царевич, и разнеслось его прекрасное пение над царским дворцом. Проснулся Ашока, услыхал, что поёт кто-то. Показалось ему, что узнал он певца. Ведь это голос его любимого сына, разлука с которым так терзала его сердце! Отправил он слуг и велел узнать, кто это поёт так прекрасно под его окнами. Вернулись слуги и сообщили:

– О великий царь! Не сын твой это, но лишь слепой музыкант, измождённый долгими странствиями.

Опечалился Ашока, но всё же велел привести к нему певца, ибо сам хотел убедиться, что ошибся. Привели к нему слуги слепца.

– Кто ты, о странник? – обратился к нему Ашока. – Скажи мне правду, не бойся!

– Великий царь! – отвечал ему слепой певец, поклонившись. – Был я сыном твоим, Куналой. Лишённый глаз, обрёл я внутреннее зрение. Странствую теперь по дорогам да живу подаянием.

– Горе мне! – воскликнул тогда царь. – Расскажи же мне скорее, что случилось с тобою, кто отнял твои прекрасные, как лотосы, глаза?

Поведал ему царевич свою историю. В ярость пришёл Ашока. Стал грозить он коварной Тишьяракше страшными казнями. Но остановил его мудрый Кунала, сказав:

– Пусть женщина эта и поступила дурно, но ты, о великий царь, не должен поддаваться порывам. Откажись от мести! Не убивай Тишьяракшу, сохрани ей жизнь!

И едва произнёс это царевич, как тотчас же вернулось к нему зрение. То была награда ему за праведность и мудрость. Прошедший столь тяжкие испытания Кунала отказался от престола, отринув земные страсти и сохранив приверженность учению Будды.