Илья Соломенный – Странник (страница 24)

Такой поворот событий насторожил главу рода. Значило ли это, что у его противников был маг? Скорее всего. Получалось, что его видения начинают сбываться. Алатар знал, что в землях владыки Наеги нет сильных колдунов – всего пара стариков, способных предсказать погоду на неделю вперед. Но приезжие появлялись регулярно, хоть и не задерживались. Значит, маг именно из таких И скорее всего — нанятый владыкой специально ради преследования. Имеющиеся у Наеги колдуны явно не могли бы отменить древний ритуал, о котором даже не слышали.

О нем не мог знать вообще никто, кроме самого Алатара, ведь книга, из которой он взял заклятия, пролежала в запечатанном сундуке очень долго.Этот сундук нашли в одном небольшом озере, далеко на востоке. Оно изрядно обмелело, и во время одно из стоянок два фарахта приволокли Алатару грязный ящик, затянутый илом и водорослями. Они надеялись найти там драгоценности, но... Именно в тот день началось его становление как повелителя-шамана.

Однако, сейчас не было времени предаваться воспоминаниям. Стоило отправить разведчиков во все стороны. Жаль, что Саттар остался с отрядом, который должен был привести всадников Наеги к древним руинам – он бы мог подсказать хоть что-нибудь. Но старика рядом не было, а значит — нужно было принимать решения, опираясь только на свой собственный опыт. На свой и... На тот, что был передан ему из-за Грани.

* * *

Каждый день был похож на предыдущий. После той стоянки кочевников, где мы обнаружили трупы селян, прошло уже три дня. Мы преследовали степняков точно таким же образом, как и раньше, но догнать не могли. Даже несмотря на то, что однажды двигались и ночью, дав лошадям лишь две небольшие передышки.

Как ни крути, все равно между нами всегда оставался один дневной переход. Это было странно – сигнализацию шамана я явно обезвредил. Регулярные проверки окрестностей магическим зрением показывали, что все чисто но, тем не менее, кочевники будто всегда знали, что мы приближаемся. И лично меня подобное положение вещей уже настораживало.

Шайхраз, несмотря на это, был невозмутим. Владыка лишь регулярно отправлял соколов (не всадников, а птиц) с письмами соседним отрядам и в крепость, чтобы убедиться, что нас не водят за нос, и на самом деле кочевники не замыслили нападение на твердыню. Он был доволен хотя бы тем, что степняков удалось отогнать достаточно далеко от границ его земель. Но на этом останавливаться князь Наеги явно не собирался.

Вести о первой стычке с фарахтами принес сокол, прилетевший с севера. Один из отрядов отклонился чуть дальше, чем следовало, и нарвался на противника. К счастью, это была группа всего из двадцати всадников – скорее всего, разведчики. Никого не оставили в живых, а единственный пленный, которого удалось захватить, откусил себе язык. Впрочем, точно также сделал и тот, которого заарканили юные всадники во время нападения на нас с Инэем. Кочевники, при всех их недостатках, оказались невероятно преданными своему повелителю, и предпочитали мучительную и болезненную смерть предательству.

Не скажу, что это впечатляло. Я заметил, что мне, по большому счету, плевать на их противостояние с владыкой Наеги. И если крестьянам в Браго я искренне хотел помочь, потому что понимал — самим им не справиться, то в этой ситуации было совершенно все равно – кто станет (или останется) владыкой этих земель.

Конечно, кочевники уже раз попытались меня убить, да и вещи с селянами творили, скажем прямо – жутковатые, но почему то… Меня прельщала лишь возможная награда и отсутствие дополнительных задержек в пути. В противовес заточению на долгий срок, разумеется. Казалось бы, что нужно чувствовать себя плохо, потому что одним я помог бескорыстно (череп не в счёт), а от других изначально ждал награды. Но... Мне, по какой то неясной причине, было все равно.

Местная степь разительно отличалась от той, по которой я ехал на юг. Мы забрались уже достаточно далеко на восток, и здесь окрестности напоминали, скорее, пустыню. За два последних дня мы наткнулись на один-единственный родник, в котором пополнили запасы воды. Зеленевшие вокруг него несколько квадратных метров так контрастировали с окружающей действительностью, что казалось, будто зелень и ключик, бьющий из-под земли — ненастоящие. Удивительно, что кочевники не уничтожили этот оазис.

Здесь мы и устроили привал, решив как следует отдохнуть. Конечно, я для начала проверил окрестности на наличие "сюрпризов", но ничего не нашёл. Завтра предстоял долгий переход, и еще одна бессонная ночь в седлах. Шайхраз не оставлял надежды догнать степняков. Он велел отрядам сблизиться до расстояния всего в три-четыре километра, чтобы в случае чего успеть прийти на помощь.

Собственно, как раз после этой утомительной ночи, за которую мы преодолели колоссальное расстояние, высланные вперед разведчики и доложили о том, что мы нагоняем кочевников. Указывая куда-то на восток, они переговорили с владыкой Наеги, и вновь умчались прочь – но уже в другие стороны. Шайхраз собрал с десяток воинов в свой шатер, а также позвал туда и меня.

Начался военный совет. Владыка Наеги и его сэллоры (что-то вроде «кровных родичей») не торопясь обсудили сложившуюся ситуацию. Они полагали, что кочевники наверняка знают о нашем приближении, но гнать дальше не могут.

— Владыка, в нескольких километрах отсюда есть пересохшее озеро. На его берегу раскинулся древний город, который кочевники обходят стороной. Говорят, что там живут призраки, – заметил один из мужчин, стоящий вторым по правую руку от владыки, — Но недалеко оттуда есть несколько ключей, насколько мне известно. И местность, чтобы принять бой, очень открытая. Думаю, фарахты не рискнут прятаться в развалинах, и встретят нас неподалеку от балки (*так в степи называют высохшее дно реки или озера).

Говоривший был уже немолод — лет шестидесяти, для моего привычного летоисчисления. Но сил в этом человеке все еще было достаточно -- широченные запястья украшали массивные браслеты, полный доспех он носил безо всякого труда, да и на коня вскакивал, будто ему едва минуло двадцать. По сравнению с ним, я выглядел жалким дистрофиком, абсолютно не умеющим обращаться с лошадью. Не то, чтобы я переживал из-за этого – просто не уставал поражаться, насколько сильные люди здесь живут.

К слову, этот мужчина был вторым братом Шайхраза, и отцом Инэя. Как его зовут, я так и не узнал (хотя, наверное, следовало), но слова меня заинтересовали. Древний город? Вообще интересно, откуда тут древние развалины? Меня бы это так не заинтересовало, если бы не замок владыки Наеги. Он тоже был очень старым. Его явно не могли построить переселенцы, да ещё и пять поколений назад. Скорее всего, они просто заняли пустующую крепость, или... Там жило так мало людей, что они их перебили? Надеюсь, что эта тема не запретная, потому что я твердо намеревался узнать об истории твердыни у самого Шайхраза.

– Дождемся разведчиков, они прибудут с минуты на минуту. Дангар, что скажешь? Чувствуешь колдовство шамана?

Все взгляды обратились ко мне. Забавно, но среди них не было ни одного насмешливого, презрительного или брезгливого. Шайхраз разговаривал со мной на равных, а для этих людей это значило, что я равен и им. Поэтому они искренне ждали, что я скажу.

Закрыв глаза, я по восточному сел на пол. Не для эффекта, а чтобы в случае чего падать было не так больно – случившееся на месте ритуала ещё было свежо в памяти. Сконцентрировавшись, я осмотрелся магическим зрением.

Это не то, что вы представляете, уверяю. Нет никакого "астрального тела", которое может летать, где вздумается. Это удел Таскара. Для меня, как я уже упоминал, мир пропадает, но остаются его контуры из тонких струн энергии. Посмотреть дальше горизонта, как и при обычном взгляде, не получится, но аномалии или несостыковки выявить даже на большом расстоянии – вполне. Но я ещё не дорос до того уровня, чтобы спокойно обнаруживать засаду за пару километров, и не знал, смогу ли так делать хоть когда-нибудь.

Куда там! Мне бы обнаружить хотя бы эманации того, кто вносит изменения в энергетическую структуру мира. Этот человек и будет шаманом. А найти его можно по следам, которые оставляют заклинания. Но, как назло, в округе таких не оказалось. Я смог лишь оставит несколько отголосков своего Источника на узловых точках Силы. И чтобы подзарядиться, и для того, чтобы засечь шамана, если он вздумает сделать тоже самое. Вернувшись к реальности, я распахнул глаза, и медленно встал на ноги.

– Вокруг нет ловушек, владыка. Шамана кочевников я тоже не чувствую, и следов его нет. Но уверен, как только мы приблизимся, он себя проявит.

– Хорошо, – кивнул Шайхраз. Отвернувшись, он обратился ещё к одному советнику. Я не слышал, что они обсуждали – отошёл ко входу в шатер, стараясь больше не высовываться. В военном деле я ни черта не смыслил, и Шайхразу виднее, куда меня отправить. Зато появившийся Инэй просветил меня о ещё двух ритуалах, подобных тому, что мы видели ранее. По словам солдат отрядов с севера и юга, они были меньше – один, два человека. И не так далеко отсюда.

Просто отлично! Значит, если заклятие было таким же, то о каком-то количестве наших людей кочевники уже знают. А если их разведчики не спят, то ночью они сосчитают наши копья. Я повернулся было к Шайхразу, чтобы найти время, и вклиниться с этими мыслями в его беседу с советниками, но в этот момент в шатер вошли двое воинов.