Илья Шумей – Семья и Стая (страница 42)
Ирена швырнула его вперед, и он, точно камень для керлинга, заскользил вперед по кафелю, оставляя за собой кровавый след. Она шагнула к столу с распростертой на нем Оксаной и гневно зарычала.
– Но-но, не так быстро! – в руке Руслана блеснул скальпель, который он держал у шеи девушки.
Оксана осторожно приподняла голову и взглянула на вошедших.
– Мам?! – ее брови удивленно взлетели. – Тебя-то какая нелегкая сюда занесла?
– Мы – одна семья, и своих родных в беде не бросаем. Там еще и твои Женька с Колей притащились. Так что почти все в сборе.
– Даже Ксюха увязаться пыталась, – кивнул Гриша, – еле отбились.
– Как трогательно! – напомнил о своем существовании Руслан. – Я сейчас слезу пущу от умиления!
Говорил он немного странно, с каким-то неестественным надрывом в голосе. Его речь то ускорялась, то снова замедлялась, словно у него внутри сломался регулятор темпа, и вся машина была готова вот-вот пойти вразнос. На полу рядом с ним Гриша заметил валяющийся в луже крови шприц. Похоже, Руслан что-то себе вколол, чтобы заглушить боль, но вот его психика теперь грозила в любой момент выйти из-под контроля. В такой ситуации требовалось действовать максимально осторожно, поскольку сорвать резьбу у него в голове могло что угодно, даже самый невинный вопрос, самый безобидный комментарий.
– Ну все, достаточно сантиментов. Свидание окончено! Живо выметайтесь, если не хотите, чтобы и вас красненьким забрызгало! И отнюдь не кетчупом.
Руслан хихикнул, и стало очевидно, что его разум одной ногой уже шагнул за грань безумия. Да кто смог бы сохранить здравый рассудок, когда к тебе с визитом заявился подозреваемый в организации покушения на тебя, да еще в компании какой-то ненормальной голой тетки. Из одежды на ней был только Толин пиджак, который доставал ей до колен, а ее подбородок был весь перемазан в уже засохшей крови.
– И давайте без глупостей! – крикнул он звенящим от напряжения голосом. – День у меня выдался тяжелый и нервный, так что моя рука может случайно дрогнуть даже от легкого порыва ветерка.
– Кого ты пытаешься напугать? – хмыкнула Оксана. – Сейчас главный приоритет – сохранение тайны нашего существования. Если уплаченной ценой станет моя жизнь, то так тому и быть. Твоей печальной судьбы это все равно никоим образом не изменит.
– Еще как изменит! – Ирена шагнула вперед. – Если он тебя отпустит, то сможет умереть быстро. Если же сделает какую-нибудь неосмотрительную глупость, то…
Она выразительно покосилась на окровавленного Анатолия. Руслан также взглянул на лежащего рядом поскуливающего и сплевывающего кровь бывшего партнера, и было видно, как кровь отхлынула от его лица.
– Насчет моей судьбы это еще бабушка надвое сказала, – протянул он, – а вот вы, если сейчас же не уберетесь отсюда, будете иметь дело с армейским спецназом!
– Проклятье! – Анатолий приподнялся на локте. – Ты все-таки позвонил Кобзеву?!
– А что мне оставалось делать?! Вы же сами не захотели договариваться по-хорошему!
– Договариваться?! С тобой?! – лицо Ирены перекосило от отвращения и гнева. – Я же вижу, какой алчный огонь пылает в твоих мечущихся глазах! Он пожирает тебя изнутри и уже поглотил последние остатки совести и чести. Ты же мать родную продашь, под нож положишь ради денег и славы! Уж мне ли вас, людишек, не знать!
– Да, продам! И под нож положу! – с вызовом заявил Руслан. – Но не ради славы, а во имя Науки! Хотя вам этого и не понять.
– Мне без разницы. В любом случае, безжалостная история учит, что наши народы договориться не сумеют никогда. Рано или поздно, но вы обязательно нарушите договор. И вы снова объявите на наш род охоту. Объявите нам войну до полного истребления. Уже проходили. Непомерная гордыня не даст вам смириться с тем, что на одной с вами планете живут другие. Те, кто сильней, умней и благородней вас.
– Благородней?! – Руслан чуть не подпрыгнул. – То есть теперь благородством называется способность обстоятельно и методично сотворить с человеком вот такое?!
Он выбросил в сторону сжимавшую скальпель руку, указывая на скрючившегося на полу Анатолия…
Гриша среагировал мгновенно. Он что было сил швырнул через стол тело охранника, которым прикрывался. Руслан успел только вскрикнуть, как труп врезался в него, отбросив к стене, прямо на выстроившиеся вдоль нее газовые баллоны. Среди оглушительного грохота, звона и лязга послышался пронзительный свист газа, вырывающегося из поврежденного вентиля.
Ирена подскочила к столу и принялась перерезать связывающие Оксану ремни.
– Как ты, доча, в порядке? Ах ты ж…
Под отброшенной в сторону простыней открылись оставленные «экспериментами» Руслана раны.
– Я в норме, мам, не волнуйся!
– Ну, знаешь ли, – зашипела Ирена, резко повернувшись к Руслану, который пытался выбраться из-под придавившего его трупа, – на легкую смерть теперь даже не надейся! Отплачу тебе сполна! Ты Толе еще завидовать будешь!
– Да ладно тебе мам, не разоряйся так… ой! – Оксана слезла со стола и чуть не завалилась. – Только ноги… затекли немного. Чуть разомнусь – и все.
Девушка накинула на плечи простыню, чтобы никого не смущать, и пару раз осторожно присела, придерживаясь за руку матери.
– Ну как, идти сможешь?.. Осторожно, сзади!
Судя по всему, у мертвого охранника под курткой скрывалась кобура с пистолетом. И Руслан, украдкой вытащивший его оружие, уже наводил на них ствол, целясь Оксане в спину. Ирена резко оттолкнула дочь в сторону…
Два выстрела – из пистолета и из дробовика – почти слились в один.
Основную часть дроби приняло на себя лежавшее на Руслане мертвое тело, но и того, что осталось, хватило, чтобы взорвать кровавыми лохмотьями его сжимавшую пистолет кисть. А сверкнувшие за его спиной фонтанчики искр немедленно окутались огненным облаком, и поврежденный баллон превратился в ревущий огнемет, поливающий ближайший шкаф тугой струей пламени.
Руслан взвыл, хватаясь за культю и ерзая в тщетных попытках отползти от разгорающегося пожара, а Гриша только кратко выругался и бросился к Ирене.
Та некоторое время еще стояла неподвижно, как будто размышляя, попала в нее пуля или же нет? Но потом, приняв решение, женщина молча осела на кафельный пол.
– Мама! – Оксана подскочила к ней и обняла за плечи. – Ты ранена?!
– Похоже, что да, – Ирена нащупала дырку в пиджаке и теперь отрешенно разглядывала красные кончики своих пальцев.
– Ничего, мы тебя заштопаем, – Гриша присел рядом. – Но сперва давай выберемся отсюда, а то тут в любую секунду рвануть может.
Огонь и вправду разгорелся уже не на шутку, карабкаясь по мебели и роняя на пол жужжащие капли горящего расплавленного пластика. Помещение постепенно заполнял густой едкий дым.
– Давай мам, хватайся! – Оксана закинула ее руку себе на плечо. – Я тебя отнесу на улицу.
Но Ирена вдруг начала сопротивляться, отбиваясь от их с Гришей попыток ей помочь.
– Нет, нет! Не надо! – прохрипела она слабеющим голосом. – Так… нельзя!
– Но почему?!
– Другие… уже знают про… опыты… про тебя… Поэтому… под руинами… обязательно должны найти… тело… Женское тело.
– Не болтай глупостей, мам!
– Иначе от тебя… никогда… не отвяжутся… Ты не сможешь всю жизнь… бежать. Подумай о… Ксюше, – Ирена закрыла глаза и печально покачала головой. – Оставьте… меня. Уходите, пока… не поздно.
– Она права, Оксан, – Гриша положил девушке руку на плечо. – Ее ранение… шансов нет.
– Заткнись! – крикнула она, оттолкнув его от себя. – Отстань! Уходи!
– Я тебя здесь не брошу!
– Уходи, тебе говорят! Это приказ!
– Да плевать мне на твои приказы!
– Ну и…
Оксана зажмурилась, пытаясь сдержать подступившие слезы. Подчиненные не должны видеть ее такой, видеть ее слабой и уязвимой! Она и сама все прекрасно понимала. Ее исчезновение только раззадорит и следствие и военных. А найденное тело одним махом снимет целую кучу вопросов и поможет избежать массы совершенно ненужных проблем. Но она никак не могла донести понимание этой циничной логики до собственного сердца, которое, несмотря на все пережитое, так и не смогло окончательно превратиться в камень.
– Просто уходи, – произнесла она тихо и взглянула Грише в глаза. – Я тебя догоню.
Бородач молча кивнул и, прикоснувшись на прощание к щеке Ирены, выскочил за дверь. Иногда всего одно слово, сказанное таким голосом, доходит куда лучше целой череды громких приказов.
– Ступай и ты… доча, – Ирена открыла глаза, отыскивая ее затуманенным взглядом. Она подняла руку и коснулась щеки девушки. – Прости меня… за все.
Ее голова бессильно упала на грудь, и Оксана заплакала, прижимая мать к себе и гладя ее по седым волосам.
– Спасибо тебе, мам, – всхлипнула она и осторожно уложила Ирену на пол. – Прощай.
Помедлив еще секунду, она вскинула голову, впившись гневным взглядом покрасневших глаз в Руслана. Стремительный рывок – и девушка уже сидела на корточках прямо перед ним, схватив его за шею. Он почувствовал, как ее пальцы медленно сжимаются с неумолимостью гидравлических ножниц. Руслан уже начал задыхаться, но Оксана все же сумела побороть себя и ослабила захват. Сверху на него посыпались тлеющие куски, отваливающиеся от подвесного потолка.
– Поджарься-ка немного, выродок! – она отпустила его шею и оглянулась на Анатолия, некоторое время с интересом изучая его многочисленные увечья. – И тебе тоже не помешает, красавчик! Попрактикуйтесь, так сказать, пока есть такая возможность. В аду пригодится. А мне пора бежать, меня семья ждет.