Илья Шумей – Душа машины (страница 23)
Пять метров, четыре, три…
Рука Трасси замерла вертикально, показывая, что все идет по плану, и никаких действий предпринимать не требуется.
Два, один…
Снизу донесся басовитый лязг сомкнувшихся зацепов, и девчонка вскинула вверх большой палец. Стыковка состоялась!
Она прошмыгнула обратно в коридор и встала рядом с Вальхемом, тяжело дыша и неторопливо разматывая платок. Ее рыжие кудри оказались совершенно мокрыми от пота. Только сейчас мальчишка сообразил, насколько сложной была проведенная ею операция, и каких нервов ей это стоило.
– Уф! – выдохнула она, засовывая платок в карман. – Ну же, не стой столбом! Подсоби!
Трасси принялась расстегивать удерживавшие мостик ремни, и Вальхем поспешил ей на помощь. В носу сцепленного с ними эшелона Гвенна открылась такая же дверка, и минуту спустя лысый здоровяк уже сжимал хрупкую девчонку в своих объятиях.
– Ну ты и оторва! – покачал он головой. – Совсем себя не бережешь!
– У меня был отличный учитель! – Трасси ужом вывернулась из его хватки и потрусила вперед по коридору. – Пошли в кабину, папке тоже интересно узнать, что к чему.
– Насколько я понимаю, помпу вы как-то все же сумели починить? – поинтересовался Гвенн, шагая за ней следом.
– Получилось даже лучше прежнего!
– Вот как?
– Ну так одна голова – хорошо, – Трасси постучала себя пальцем по макушке, – а две – вообще отлично!
Она кивнула на плетущегося за ними Вальхема, заставив Гвенна посмотреть на мальчишку со смесью озадаченности и уважения во взгляде.
– Я же немного кузнец, – развел тот руками. – Чем мог – помог.
– Ничего себе, «немного»! – фыркнула Трасси, но тут же умолкла, чтобы не сболтнуть лишнего, и зашагала быстрей.
– Здорово, старина! – приветствовал Гвенн капитана «Хоррама». – Я смотрю, вы неплохо выглядите. Отдохнули, загорели…
– Угу, – хмыкнул Лажонн, – как же! Только-только шезлонги разложили, чайку заварили, а вы – тут как тут! С чего такая спешка?
– Ой, лучше даже не спрашивай! – простонал Гвенн. – Голстейн передал с Правительственным Эшелоном какую-то важную депешу, после получения которой в Кверенсе все словно с цепи сорвались. Власти потребовали от нас немедленно отправляться назад в Цигбел и гнать во весь опор. Еле-еле успели за ночь углем и водой загрузиться, припасов взяли по минимуму и сразу же отчалили. Пассажирские секции полупустые идут, люди просто не успели собраться к нашему отправлению. Третий день чешем на всех парах, все трясется, громыхает, пассажиры с коек на пол сваливаются… Черт знает что! Часть пути даже через Вендейскую плешь срезали.
– Ну, сейчас-то там более-менее безопасно, – помрачневший Лажонн погладил бороду, невольно вспоминая те передряги, в которых ему довелось побывать, проезжая через те края.
– И не говори! – Гвенн ласково провел пальцем по бледному шраму на щеке Трасси.
– К вам теперь, надо полагать, целый ворох претензий будет.
– А с нас-то какой спрос? – недоуменно вскинутые брови собрали ворох складок на могучей лысине. – Приказы шли из самого дворца – туда свои претензии и адресуйте.
– С чего вдруг у Братьев проснулся столь живой интерес к унылому захолустью? Такое впечатление, что сегодня в Цигбеле решается чуть ли не судьба всей Империи, а то и всего мира! Что хоть случилось-то?
– Никто ничего толком не знает, – вздохнул Гвенн. – Креллу загрузили какого-то очередного важного пассажира, и теперь мы должны как можно скорее доставить его в этот чертов Цигбел! Вот и весь сказ.
– А что сам Крелл говорит?
– Ничего, молчит как рыба. Такое впечатление, что и ему самому откровенно не по себе. Когда за каждым твоим шагом бдительно присматривает вооруженная до зубов охрана, тут уж не до разговорчивости.
– Охрана?! – вытаращилась Трасси.
– Да, – кивнул Гвенн, – его новый пассажир путешествует с весьма многочисленной свитой, хотя я, честно говоря, не могу сказать с уверенностью – это именно охрана, или все-таки конвой?
– Вот влипли-то! – Лажонн бросил быстрый взгляд на Вальхема. – Я как-то не планировал впутываться в имперские дела.
– Так от нас ничего и не требуется. Знай, гони во весь опор и не задавай лишних вопросов. Империя платит, причем весьма щедро, и приказывает, а мы послушно исполняем. Любить и целоваться в десны не обязательно.
– Согласен. Иногда самый лучший вариант – оставаться маленьким незаметным человечком, не требующим от жизни слишком многого, м-да, – Лажонн задумчиво поскреб щеку и покосился на Гвенна. – Во весь опор, говоришь?
Глава 14
Моккейли, губернатор Цигбела, мало-помалу начал свыкаться с новым, непривычным ритмом жизни, что привнес с собой в город явившийся сюда Инспектор. Да, вставать теперь приходилось существенно раньше, и времени работа в ратуше отнимала заметно больше, нежели ранее. Регулярные дежурства в общественной приемной, когда ему приходилось выслушивать бесконечные жалобы жителей на соседей, протекающие крыши, разбитые дороги и снова про соседей, кого угодно могли свести с ума, но Моккейли со временем как-то освоился.
В конце концов, ничего особо сложного в этой работе не было. Знай, распределяй себе соответствующие записки по разным городским службам, включая полицию – и дело в шляпе! А на тот случай, если решение того или иного вопроса начинало буксовать, в запасе всегда имелось волшебное средство. Имя генерала Голстейна работало как своего рода вантуз, способный протолкнуть даже самый непроходимый засор.
Если дело пойдет так и дальше, то отчеты в столицу даже специально сочинять не придется, простое перечисление реальных дел и достижений администрации Цигбела само по себе скоро начнет выглядеть как летопись непрестанных подвигов и побед. А там и о продвижении по карьерной лестнице задуматься можно…
Однако этим утром благостное настроение губернатора оказалось безнадежно уничтожено появлением Инспектора, который прямо с порога ошарашил его неожиданным заявлением.
– Если я все рассчитал правильно, и мое донесение не восприняли как неудачную шутку, то завтра к нам должен прибыть караван из Кверенса, – объявил Голстейн. – Я уже организовал круглосуточное дежурство на нашей колокольне, чтобы не прозевать его появление.
– Караван?! – Моккейли даже подпрыгнул в кресле от удивления. – Так скоро?!
– Именно! И мне требуется ваше содействие, чтобы организовать ему должную встречу.
– О! – обстоятельства стремительно менялись от плохого к еще более худшему, окончательно повергнув толстячка в пучину уныния. Он обреченно вздохнул. – Какого рода содействие от меня понадобится?
– С караваном прибудет весьма высокопоставленный гость, которому мы со своей стороны должны продемонстрировать максимально уважительное отношение. От этого зависит очень и очень многое.
– Я понял.
– Вы будете встречать караван непосредственно на вокзале вместе со мной, после чего мы должны разместить нашего гостя с максимальным комфортом и безопасностью. Тут какие-либо полумеры или компромиссы недопустимы!
– У нас в ратуше достаточно гостевых комнат, способных удовлетворить самых взыскательных гостей!
– Следует незамедлительно заняться их подготовкой! Распорядитесь на сей счет.
– Разве какой-нибудь одной недостаточно?
– Не забывайте про безопасность! – генерал погрозил губернатору пальцем. – Во-первых, подойдет далеко не любая комната, а, во-вторых, человека наверняка будет сопровождать личная охрана, которой тоже надо где-то жить.
– Неужто к нам прибывает кто-то из Братьев?! – заворожено прошептал Моккейли, вытаращив глаза.
– Что?.. Нет-нет, что вы! – у Голстейна вырвался нервный смешок. – Дела наши, конечно, плохи, но не настолько же!
– Плохи?! – опешил Моккейли, всего минуту назад радовавшийся тому, как все удачно складывается. – Что вы имеете в виду?
– Ситуация вокруг Цигбела весьма тревожная, – пояснил генерал, стараясь обходиться расплывчатыми формулировками, – и ее решение не терпит отлагательства.
– Но… – подобные новости свалились на голову губернатора, подобно сугробу в середине лета, – мне казалось, что дела у нас идут как нельзя лучше! Я вижу, что люди постепенно начинают доверять новой власти, все охотней идут на сотрудничество…
– Я все это знаю, губернатор, – раздраженно отмахнулся Голстейн, – и в своем рапорте я обязательно отмечу ваше служебное рвение и инициативность в продвижении интересов Империи, но сейчас речь о другом.
– Вот как? – Моккейли заметно повеселел, но откровенная нервозность Инспектора постепенно начинала передаваться и ему. – Так что стряслось-то?
– В Ахово, тут, неподалеку, у одной из тамошних жительниц я изъял Пастырский Амулет, – Голстейн постучал себя по мундиру в том месте, где располагался внутренний карман. В обеспечении безопасности такого рода ценностей он полагался исключительно на собственные силы.
– О! Это радует! Потакание ереси никогда до добра не доводит…
– Это все так, – недовольно оборвал его генерал, – но я подозреваю, что мы выкорчевали далеко не все сорняки. Один из приверженцев культа Пастырей сумел улизнуть, причем не без помощи внешних сил, чьи возможности далеко превосходят все, что нам доступно. В итоге мы потеряли несколько человек, отправленных на его поимку.
– Вы хотите сказать, – толстяк пожевал губами, подбирая правильные слова. Они ступили на крайне тонкий лед, где любой неосторожный шаг мог обернуться весьма серьезными неприятностями, – что беглец сумел призвать себе на помощь Пастырей?!