Илья Шумей – Душа машины (страница 19)

При воспоминании о кузнице и родителях, парень снова погрустнел, но ненадолго, поскольку кипящий в мастерской производственный процесс оставлял не особо много времени на праздные раздумья.

Если накануне Трасси постоянно моталась с заготовками на кухню и обратно, то сегодня они вдвоем регулярно курсировали между мастерской и машинным отделением, где девчонка примеряла обрабатываемые половинки втулки к редуктору, делала очередные пометки и возвращалась к станкам.

К обеду основной объем работы был завершен, и после быстрого перекуса Трасси занялась финальной доводкой. Она проточила канавки для подвода масла и тщательно отполировала рабочие поверхности. Теперь следовало установить новую втулку на место и собрать редуктор. Соответствующие процедуры, включающие еще и набивку свежих сальников, и заливку масла во все сочленения, заняли у них весь остаток дня.

Испытательный заезд, должный подтвердить работоспособность предложенной Вальхемом модернизации, Лажонн назначил на следующий день.

Топку капитан начал раскочегаривать еще до завтрака, поскольку огромному котлу эшелона для должного прогрева требовалось более часа. К тому моменту, когда Вальхем проснулся и выглянул в коридор, из головной секции уже доносилось шипение пара, сопровождаемое звоном лопаты, которой Лажонн забрасывал уголь в огненную пасть ненасытного стального зверя.

Всем не терпелось поскорее опробовать отремонтированную втулку в деле, а потому завтрак был истреблен в считанные минуты, и их маленькая команда перебралась в кабину.

Лажонн пробежал взглядом по показаниям манометров и мерных трубок, убедившись, что все в порядке, и машина готова к отправлению.

– Траська, – он указал на открытый люк машинного отделения, – давай на наблюдательный пост. Если что-то вдруг пойдет не так – сразу же кричи.

– Все будет нормально, не беспокойтесь, – заверил его Вальхем.

– Не беспокоиться? – Лажонн покосился на него, иронично приподняв бровь. – Да ты сам от волнения того и гляди описаешься! Тоже мне, образец хладнокровия.

– Я… я… – Вальхем нервно сглотнул и повторил: – Все будет нормально.

Он и в самом деле жутко нервничал. Его душа словно разделилась на две части, одна из которых ни секунды не сомневалась, что они с Трасси все сделали правильно, и проблем никаких не возникнет, но вот другая категорически отказывалась внимать этим доводам и тряслась от страха и возбуждения.

– Ладно, посмотрим, – капитан гневно зыркнул на стоящую радом дочь. – Траська! Ты почему все еще здесь?! Марш к помпе! Щупай, слушай и сразу докладывай.

– Ну что, начинай уже молиться, кузнец-затейник! – на прощание девчонка ткнула Вальхема в бок и скрылась в люке.

– Ох уж эти женщины! – усмехнулся Лажонн и положил руку на большой красный рычаг. – Ну ладно, покатили потихоньку.

Шипение пара усилилось, в недрах эшелона что-то заскрипело, застонало, а потом он издал нечто вроде глухого вздоха облегчения и тронулся с места.

Взгляд капитана еще раз пробежался по показаниям приборов – пока все выглядело нормально.

– Траська! – крикнул он. – Что там у тебя?

– Да что ж тебе неймется, пап?! – послышался в ответ немного сварливый голосок. – Вал и двух раз еще провернуться не успел!

– Ладно, ладно, я понял, – Лажонн потянул за рычаг, прибавляя ход, – поддадим немного жару.

Под ногами у Вальхема заскрежетал короб со шнеком, подающим уголь в топку – машина постепенно выходила на крейсерский режим. В открытое окно ворвался порыв ветра, говорящий о том, что «Хоррам» набрал уже вполне приличную скорость. В одиночку, без длиннющего каравана позади, он разгонялся заметно быстрей. Отдельные вздохи слились в единый мощный ритм бьющегося стального сердца, радующегося возможности немного размяться.

– Траська?

– Все штатно!

– Греется?

– Не-а!

Лажонн озадаченно приподнял бровь и покосился на Вальхема, после чего толкнул красный рычаг вперед до упора. «Хоррам» вздрогнул, словно встрепенувшись, и мальчишка едва устоял на ногах, когда громада эшелона рванулась вперед. Складывалось впечатление, что до сего момента он всего лишь разминался и только сейчас смог свободно вздохнуть полной грудью и в полной мере показать, на что способен.

– И-и-и-ха! – взвизгнула от восторга Трасси.

– Все штатно?

– Разумеется!

– Ладно, – Лажонн поманил к себе Вальхема и указал ему на штурвал, – порули пока тут, а мне надо самому взглянуть. Держи прямо, вон на те горы, а если вдруг что пойдет не так – дернешь этот рычаг до конца назад. Ясно?

– Ясно, – кивнул слегка ошалевший мальчишка, положив руки на отполированное потемневшее дерево, – но все будет нормально, рычаг дергать не придется.

– Будем надеяться, – напоследок капитал хлопнул его по спине и, сгорбившись, начал протискиваться в узкий люк.

Вальхем высунулся в окно, подставив разгоряченное от жары и волнения лицо бьющему навстречу ветру. Внизу мельтешили окутанные пылью огромные колеса, которые на такой скорости уже слились в размытые пятна. А над его головой, расстелившись почти параллельно земле, проносились струи бьющего из труб черного дыма. Вальхем всем телом ощущал, как от рвущейся наружу мощи вибрирует корпус тяжелой машины, и мысль о том, что в его руках сейчас находится власть над нею, приятно щекотала душу.

Движимый любопытством, он слегка повернул штурвал влево, и вся громада эшелона послушно качнулась, описывая плавную дугу.

– Вальхи! – окликнул его Лажонн. – Я же велел тебе держать прямо!

– Да ладно тебе, пап! – неожиданно вступилась за мальчишку Трасси. – В конце концов, он это заслужил.

– Ну хорошо, хорошо! Только без резких движений, слышишь?

– Я понял!

Вальхем вернул штурвал в исходное положение, снова направив эшелон на мерцающие в жарком мареве далекие горы. Некоторое время он вел машину прямо, стараясь следовать по следам проехавшего здесь несколько дней назад каравана. Краем уха он прислушивался к долетавшим из машинного отделения обрывкам разговора Лажонна и Трасси. В конце концов ему тоже была небезразлична судьба его нововведения, и ему не терпелось узнать подробности. Однако сквозь грохот работающего на полном ходу двигателя разобрать что-либо представлялось абсолютно нереальным, и Вальхем вновь выглянул в окно.

Впереди по курсу показался большой пологий песчаный бархан, и у мальчишки вспыхнул жгучий соблазн проехаться прямо по нему, взлетев на вершину и, перевалившись через нее, покатиться дальше под уклон. Да, он видел, что следы опередившего их каравана плавно огибают встретившееся препятствие, но то и понятно. Управлявший им Гвенн в первую очередь беспокоился о комфорте пассажиров, которых подобные выкрутасы вряд ли бы обрадовали. Но что мешает проделать такое на одиноком грузовом эшелоне? Тем более, что Лажонн велел ему держать штурвал прямо…

Вальхем едва успел нырнуть внутрь, когда взрытый носовым отвалом песок окатил «Хоррам» желтой волной, заполонив пылью кабину. Пол под ногами вздрогнул, и мальчишка крепче вцепился в деревянный обод, чувствуя, как на его плечи навалилась тяжесть, когда эшелон помчался в гору. Из машинного отделения послышались чертыхания Лажонна и смех его дочери.

Выше, выше… Пейзаж впереди исчез, оставив только бескрайнее голубое небо, а потом огромная машина, на мгновение зависнув на самом верху, ринулась вниз. Недавно съеденный завтрак подпрыгнул в животе у Вальхема, и на секунду он даже перестал соображать, где верх, а где низ, но секунду спустя колеса эшелона вновь плотно вгрызлись в землю, и все вернулось в норму.

От толчка Лажонн, уже почти выбравшийся из люка, вновь провалился обратно, и Трасси захохотала уже в голос.

– Вальхи! Прекрати куролесить! – рявкнул капитан. – Все! Малый ход!

– Но вы же сами запретили мне поворачивать! – Вальхем потянул на себя красный рычаг, сбавляя скорость. – Я делал все в точности так, как вы и сказали!

– Знаешь что, невинная овечка… – Лажонн схватил его за шиворот и оттащил от штурвала. – Заведи свой собственный эшелон, на нем и резвись как душе угодно!

– Да ладно тебе, пап! – в люк просунулась раскрасневшееся личико Трасси. – Разве ты сам так раньше не гонял?

– Я тогда был молодой и глупый, – капитан проверил показания приборов, убедившись, что все по-прежнему в норме, – да еще подчас и нетрезвый.

– Но весело же получилось, согласись!

– Ничего не сломали – и на том спасибо.

– Да не беда. С таким рыцарем отливок и лордом поковок, как Вальхи, мы теперь все что угодно починить сможем!

– Кстати! – опомнился Вальхем. – Как там новая втулка поживает?

– А что ты у меня-то спрашиваешь? – проворчал Лажонн, но больше для виду. – Иди, да сам проверь.

Не дожидаясь второго приглашения, Вальхем подскочил к люку и нырнул в него, едва не сбив Трасси с ног. Он присел рядом с помпой и осторожно коснулся ее торца, где располагался тот самый вал, на который они изготовили новую втулку.

– Да не бойся ты! – усмехнулась девчонка. – Она почти холодная. Раньше на полном ходу от некоторых узлов даже дым идти начинал, да и сейчас… чуешь?

Вальхем потянул носом воздух, уловив легкий запах горелого масла, и нахмурился.

– Это все вонь от старых, деревянных втулок, – пояснила Трасси. – Наша-то молодцом держится, даже не вспотела!

– Ну… что ж… – ноги у Вальхема вдруг стали точно ватные и он без сил опустился на пол, – я рад, что…