Илья Саган – Скачок Дикаря (страница 26)

— Говорит сержант Блэйз. Мы атакованы. Фарнолёт с пилотами уничтожен. Восемь бойцов убито, в том числе и младший коммандер Колман. Беру командование на себя. Срочно нужна поддержка, — сообщил я в Центр.

Снова послышался свист летящего снаряда. От грохота заложило уши. Выбитый кусок стены расплющил двух моих бойцов — тяжелораненого Штайнера и оказывавшего ему первую помощь Ковальски.

— Уходим! — прокричал я капралу Милтону, последнему оставшемуся в живых товарищу.

Он стоял на коленях и непонимающе тряс головой. Я помог ему подняться, и мы рванули вперёд по длинному коридору. Взрывы разносили одно за другим помещения, из которых мы только что выскользнули.

— Как этим ублюдкам такое удаётся? Они будто сквозь стены видят… — тяжело дыша, бубнил капрал.

— За мной, Рон! Уходим из зоны поражения, — скомандовал я.

Мы выскочили из здания и перебежками двинулись к центральному корпусу, с крыши которого велась стрельба. Увидев проём, ведущий в подвал, мы нырнули в него. Пробежав по узкому коридору буквально пару минут, мы услышали шум преследования. В темноте подвала показались тени бегущих за нами людей. Раздался взрыв. Волна сбила меня с ног. Поднявшись, я увидел капрала лежащим на полу. Граната разорвалась практически у него под ногами. Он находился позади меня и принял на себя всю силу взрыва.

Милтон был ещё жив. Взрыв оторвал ему ногу, а из груди торчала кривая железяка, пробившая лёгкое. Солдат вытряхнул из кармана походную аптечку. Харкая кровью, он лихорадочно разорвал зубами упаковку и одну за другой вколол себе несколько противошоковых инъекций. Подняв на меня мутный взгляд, капрал прохрипел:

— Уходи, командир. Ты же видишь — мне не помочь. Беги… Я постараюсь вернуть им должок…

Милтон натужно улыбнулся и вытащил связку гранат. Наклонившись, я крепко сжал ему плечо и, молча кивнув, рванул от преследователей. Через несколько секунд прогремел мощный взрыв.

Выскочив из тёмного коридора, я оказался в комнате с окнами. Подтянувшись, выбрался наружу и очутился на заднем дворе. Нырнув за торчащие из земли обломки, я осмотрелся. Прямо передо мной стоял вражеский фарнолёт. Летательный аппарат скрывала маскировочная сетка, забросанная строительным мусором. Возле открытого шлюза ходил часовой в серой форме солдата Великого Альянса.

«Разведчики Альянса! Так вот в чём разгадка агрессивности Страдальцев… Вот хитрецы! Они прикинулись Страдальцами, чтобы в случае обнаружения сражаться не с Корпами, а со слабо вооружёнными Стратерами…»

Прижавшись к земле, я подполз поближе и метнул в караульного нож. Лезвие вонзилось в шею солдата. Он вскинул руки к ране и упал замертво, не успев проронить ни звука. Мысленно поблагодарив Отто за уроки, я подполз к убитому, вынул нож и стёр с него кровь. Тихо пробравшись на борт фарнолёта, я услышал голоса в командном отсеке. Я подкрался к двери и прислушался. В речи явно слышался ужасный говор жителей Альянса. Хотя в нашем мире все уже давно говорили на одном языке, в каждом регионе были свои отличительные традиции, обычаи и диалекты.

— …да разве это атака? Сканер показывает, что у них остался только один солдат. Дилетанты… — хрипел голос из динамика.

«Сканер? Сканер Нейронных Меток? Как они могли расшифровать сигнал, меняющийся каждую миллисекунду? Похоже, в крипторе ГИЦа засел предатель… Тогда понятно, почему Альянс давит нас последнее время. Нужно сообщить в Центр».

— Ну, дилетанты не дилетанты, а пятерых наших в подвале положили, — отвечал голос за дверью.

— Ребят, конечно, жалко, но мы на войне — потери неизбежны. При раскладе пятнадцать против одного нам уже нечего опасаться.

«Четырнадцать… Уже только четырнадцать… Надо как-то деактивировать свою Метку…»

На ум сразу пришло ранение Маллигана. Отправив сообщение в Центр, я сделал аккуратный надрез примерно в том же месте — Око перестало реагировать на команды. От боли я выронил нож, тот со звоном ударился об пол.

«Что за невезуха…»

— Чанг, взгляни-ка, что там, — прозвучал встревоженный голос.

Послышались приближающиеся шаги, дверь начала осторожно открываться. Я поднял нож и с силой дёрнул за дверную ручку. Схватив бойца, я резко потянул его на себя и вогнал нож под рёбра. Парень, охнув, обмяк. Прикрываясь убитым, я ворвался в помещение, где сидело ещё двое солдат. Опешив от неожиданного натиска, они вскочили с кресел. Я вытолкнул вперед тело и, не дав им опомниться, начал стрелять.

— Что у вас происходит? — опять затрещали динамики.

Я принялся за дело: скинул китель и натянул на убитого солдата, сам же оделся в его форму.

— У-у ё-о… Осторожно, ребята! Он у вас! Снял караульного!

«Поздно… Надо было лучше смотреть за приборами…»

Через несколько минут здесь появятся оставшиеся враги. Действовать нужно было быстро. Я выскочил из фарнолёта и вернулся к главному корпусу школы.

Отследить меня без Метки было не так просто, и я решил рискнуть добраться до пушки. Карабкаясь по лестнице на крышу, я видел группу солдат, бегущих к фарнолёту. Но мне пока было не до них. Сейчас моей целью были те, кто находился у пушки. Надеясь застать их врасплох (ведь по данным сканера я не выходил из фарнолёта), я выскочил на крышу и принялся палить во врагов. Мой китель сбил их с толку, и уложить всех четверых было несложно. Я подскочил к пушке и прицелился в фарнолёт. Выстрел разнёс в клочья и сам аппарат, и уже подбежавших к нему солдат. Раздался взрыв, волна горячего воздуха опрокинула меня, и я полетел с крыши вниз головой.

Глава 19

— Смотри-ка, жив!

— Держись, парень, мы тебя вытащим.

Сквозь пелену, застилавшую глаза, я увидел склонившихся надо мной мужчин, одетых в лохмотья.

«Страдальцы!» — мелькнуло в голове, и я вновь погрузился в бездну небытия.

Очнувшись, я с удивлением понял, что жив. Должно быть, прошло уже много часов. Я лежал на кровати, перебинтованный как мумия, не чувствовал ни рук, ни ног. Открыв глаза, я оглядел помещение. Это была бревенчатая землянка с окнами под самым потолком. Как и все жилища Страдальцев, которые я видел раньше, комната была обставлена старой, немного подремонтированной мебелью, принесённой из Глазниц Предков. Вдоль стен стояли стеллажи с большим количеством книг. В углу за письменным столом сидел крупный седой старик лет восьмидесяти и что-то писал в свете настольной лампы. Его густые, давно не стриженные волосы напоминали крону раскидистого дерева, а на лице красовались пышные усы и большая лохматая борода.

— Кхм… — попытался я привлечь его внимание.

— Очнулся что ли, сынок? — дружелюбно произнёс бородач, услышав моё кряхтение.

Отложив в сторону ручку, старик встал из-за стола и подошёл ко мне неожиданно бодрой для своих лет походкой. Сев на деревянный табурет у кровати, он спросил:

— Как звать-то тебя, парень?

— Сержант Виктор Блэйз, сэр, — ответил я, постаравшись вложить в ответ как можно больше армейской чёткости.

— А, Охотник, значится, — хитро прищурившись, произнёс хозяин землянки. — Ну, ничего, помощь-то всякому надобна… А ты счастливчик. Знаешь, это везенье, что ребятки мои тебя нашли. Иначе не сдюжил бы ты, очень уж расшибся сильно… Мы как взрывы-то услыхали, так сразу и отправили в Глазницы разведчиков наших. Они всё там облазали, порешили уже, что не выжил никто. Один из них надумал перетащить к нам механизмы брошенные, не пропадать же добру понапрасну. Только эта случайность и спасла тебя… Ну ничего, через недельку гипс снимем… а пока на-ка, выпей снадобье.

Старик взял со столика глубокую деревянную миску с дымящимся варевом и, приподняв мою голову, стал поить. Глотнув безвкусную тягучую жидкость, я поморщился, но стоически проглотил эту гадость.

— Пей, пей, сынок. Доверься мне. Если б хотел загубить тебя, то не сидел бы сейчас тут… Раньше-то я о-очень видным Просвещённым был, потому кое-что в лéкарстве смыслю…

— По вашему говору, я скорее решил бы, что вы из Пчёл, причём из местных, — сказал я с недоверием.

— Хм, может и нужно, чтобы все так думали, — произнёс он и гордо кивнул на соседнюю комнату.

Там пряталась самая настоящая лаборатория. За приоткрытой дверью были видны столы и шкафы, заставленные разновеликими колбами и ретортами. Сосуды, наполненные цветными жидкостями и порошками, стояли в окружении каких-то приборов. К некоторым ёмкостям тянулись трубочки и электрические провода. Всё это бурлило и дымилось. Я вытаращил глаза и уставился на это чудо. Ничего подобного в лесной избушке, да ещё в такой дали от цивилизации, я не ожидал увидеть.

— Интересно? — ухмыльнулся дед. — Тружусь тут помаленьку, опыты всякие делаю. Коль захочешь — покажу. Нам ведь с тобой ещё до-олго тут куковать.

— С удовольствием, — радостно откликнулся я. — Как мне к вам обращаться, сэр?

— Можешь Дедушкой называть — в нашей общине все меня так величают, — оживился старик.

— Послушайте, сэр… Дедушка. Это всё — научная литература? — спросил я, с любопытством окидывая взглядом стеллажи. Бумажные книги всегда вызывали во мне какое-то трепетное благоговение, причастность к великой древней тайне.

— Ну, не только… В этих книгах премудростей много. Есть история — настоящая, а не по наказу Корпорации понаписанная, философия есть, искусства разные, да и просто книги про жизнь.

— Никогда не читал художественной литературы — это же бесполезная трата времени. От неё нет никакого толку, — произнес я категорично.