Илья Саган – Последняя битва (страница 18)
— Кадис будет рад таким жертвам.
— Конечно, — согласилась лилипутка, топтавшаяся рядом с ним. — Они очень большие, особенно этот, — она ткнула пальцем в Серого.
Глава 10
Подземный народец
Поглазев еще немного, зеваки ушли. Судя по тому, как мало на нас обращали внимания, держать в клетке странников им не впервой.
— Что ж такое?! — процедил Серега. — То анлоры в плен взяли, хотели Хаггену скормить, теперь эти… недоделанные.
— Нужно бежать, — встревожено подхватила Маруся. — Про жертву они явно не шутили.
Я подошел к решетке, чтобы получше рассмотреть пещеру, в которой мы оказались. Вокруг стоял полумрак, десятки маленьких факелов, воткнутые вдоль стен, не могли осветить такое огромное пространство. Воздух был влажным и слегка отдавал плесенью.
Дома-термитники располагались кольцами вокруг центральной площадки, посреди которой возвышалась грубо вытесанная статуя. Она изображала грозного воина с решительным взглядом. В глаза сразу бросились его необычные руки: длинные, толстые, как бревна и, кажется, покрытые древесной корой. В голове зашевелилось смутное воспоминание. Руки-деревья… Где же я о таком слышал?
Точно, это Кадис Древорукий, первый шаман! О нем рассказывал Элмер. И, между прочим, они оба на одно лицо. А значит, эти существа — как их… флогероны. Только почему такие маленькие? Странно. Староста говорил, что его народ почти полностью вымер, но этих зеленых человечков здесь пруд пруди. Что-то не сходится. С другой стороны, то, что лилипуты очень похожи на Элмера и его собратьев, не вызывает сомнений. Немного светлее кожа, более выпуклые глаза, маленький рост — вот, пожалуй, и все отличия. Может, они все раньше такими были, а, попав на другие острова, заметно подросли? Пойди разберись.
Маруся уселась на небольшой камень, выступающий из стены в глубине нашей темницы, и принялась развязывать Диогена. Сбоку тут же шагнул воинственный лилипут с трубкой в руке и предупредил:
— Не летать! Иначе плюну вольрувой!
Честно говоря, я уже притомился жить по чужой указке. И в том, что мы попробуем сбежать, не сомневался. Другой вопрос — куда? Эти существа хотя бы не пытаются нас немедленно сожрать. А там, наверху, поджидают Живые. Прав был Серый — стоило сразу же идти вдоль кромки воды на другую сторону острова. Глядишь, наткнулись бы на Вернувшихся.
— Привет, — послышалось сбоку.
Осмотрелся — никого. Народ у клетки уже не толпился.
— Я тут, внизу.
На земле, у самой решетки, на корточках сидел орчонок (пока я не убедился, что малявки и Элмер одного племени, флогеронами их называть не с руки). Причем, судя по виду, ребенок. Красные глазки пристально изучали меня, даже рот приоткрылся от любопытства. На нем было странное одеяние из кусочков замши и кожи.
— Ты кто? — спросил я.
— Лугдес, — представился мальчик.
— А я Рокот.
— Это твой меч?
Он кивнул на небольшую приступку вдоль стены, где лежали наши сумки и оружие. С моего места это подобие лавки видно не было, мне пришлось встать в самый край клетки, чтобы его разглядеть. Так, прекрасно, значит, до шмота совсем недалеко. Если резво разломать прутья и выскочить, до него несложно добраться. Только не сейчас, а когда эти любители вольрувы — видимо, так они называют парализующие шипы — заснут.
— Мой. Нравится?
— Ага. Только он больно тяжелый. Взрослые еле дотащили. Ты как его носишь?
— Для меня он легкий.
Видимо, мальчик понял ответ в том смысле, что у меня недюжинная сила, потому что уважительно посмотрел на мои руки и покивал.
— А что это на тебе? — поинтересовался я, ткнув пальцем в его странную одежду.
— Мама сшила. От других жертв осталось.
Упс. Лучше бы не спрашивал.
Серега, видя, что я завожу знакомство с аборигеном, придвинулся ко мне и подмигнул пацану.
— Здор
— Тебя, наверное, первым принесут в жертву, — задумчиво взглянув на него, выдал Лугдес. — Или вон ее, — он ткнул пальцем в Марусю.
Мне захотелось прибить маленькую сволочь, но Серега и ухом не повел. Сев на корточки перед орчонком, он поинтересовался:
— А зачем?
— Чтобы Кадис Древорукий защищал. Иначе нас сожрут Живые.
— А может, наоборот? — раздался Марусин голос. — Они вас едят в отместку за то, что вы приносите в жертву странников?
Она стояла за моей спиной и насмешливо смотрела на мальчика. Тот даже рот приоткрыл от удивления — такая мысль явно не приходила ему в голову. Он замер, обдумывая услышанное, и в этот момент к клетке подошла пара зеленых человечков. Каждый из них держал в руке по маленькой плошке, казавшейся им, наверное, здоровенной бадьей.
— Еда, — сказал один, ставя миски на пол и с опаской просовывая их между прутьев.
О, здесь еще и кормят? Ну зд
— Ешьте, — радостно сказал Лугдес. — Я сам попросил для вас готопов с фермы. Они очень вкусные!
Но Маруся, наплевав на законы вежливости, с отвращением фыркнула.
— Лучше с голоду подохнуть, чем есть такую гадость.
— Почему? — искренне изумился мальчишка. — Это самая лучшая еда! Готопы так хрустят! А когда отрываешь лапки — они все равно дергаются. И еще после них зрение обостряется.
— А мышей в меню случайно нет? — влез Диоген.
— Видишь ли, — перебил я, сердито покосившись на филина. — Странники не едят насекомых. Может, у вас есть какие-нибудь фрукты или овощи?
Мясо просить я поостерегся, неизвестно, какое они притащат.
Лугдес задумчиво почесал сразу оба уха, еще не успевшие обрасти густой жесткой шерстью.
— Ладно, поищу, — его мордочка приняла хитрющее выражение. — А вы мне за это о своем мире расскажете.
— Зачем тебе это?
— Я сын Великого Мугду, и после его смерти буду отвечать за племя, — мальчишка гордо выпятил грудь. — Хочу найти другую землю для своего народа, чтобы все мы жили лучше.
Я с удивлением уставился на мелкого. Надо же, кто бы мог подумать, что в его душе таятся такие желания.
— Хорошо, расскажем. Только один вопрос — как твой народ называется?
— Флогероны! — уверенно ответил он.
Значит, это все-таки сородичи Элмера. Но почему такие крошечные?
Тем временем мальчик протянул руку, чтобы забрать миски, но Диоген возразил:
— Оставь. Оставь, говорю. Пригодятся. Я не странник, мне жуки вполне подойдут.
Во взгляде, который Лугдес бросил на филина, сквозило настоящее уважение. Мальчишка довольно кивнул и убежал.
— Что скажете? — тихо спросил Серый, когда мы остались одни. — Есть мысли, как отсюда свалить?
— Пока нет, — ответил я за всех.
Идей действительно не было. Можно, конечно, попробовать запудрить мозги Лугдесу, пообещать отвезти в другие края, найти новую землю для его племени. Допустим, поможет он нам выбраться на поверхность, а дальше что? Выживать, как Карачун — кинуть мальчишку на съедение цветам? Нет уж, я себя не на помойке нашел, чтобы так поступать.
— Фу-ух, — послышался за спиной громкое пыхтение. — Вот, держите.
Я обернулся — мелкий подтащил к решетке тележку, нагруженную уже знакомыми нам желтыми плодами вперемешку с узорными листьями.
— Только она через решетку не пролезет, — объяснил Лугдес, демонстративно стукнув тележкой о клеть. — Так что доставайте сами.
Я просунул между прутьями руку и передал еду Марусе и Сереге.