Илья Рясной – Мертвяк (страница 53)

— В сути своей воин непроницаем, как мрак. Силы его не измерить. Истинный облик не разглядеть, — любил он повторять слова Мастера.

Допрос пленника, отрекомендовавшегося представителем украинских «черных фармацевтов», задел Мертвяка; Он все чаще возвращался мыслями к Глебу. И все больше ему казалось, что этот человек несет на себе вызов ему, Мертвяку. Почему — он не мог объяснить даже себе самому. Интуиция — насколько ей можно доверять? Мертвяк решил во что бы то ни стало разобраться в этом деле. И меньше всего его смущали способы достижения этой цели. Он изучил предоставленные Чумным данные и взялся за работу.

⠀⠀ ⠀⠀

*⠀⠀ *⠀⠀ *

Гунявый — лысоватый, полноватый, добродушно-безобидного вида мужчина лет сорока — вышел из своего «Мерседеса» и направился к подъезду. В последнее время он привык ждать взрыва или пули снайпера. С конкурентами, да и с некоторыми помощниками — сплошные проблемы. Ряды врагов растут. Но Гунявый не слишком переживал по этому поводу. Он был фаталистом. Большие деньги стоят жизней. Управлял он своей феодальной вотчиной предельно жестоко.

Недавно началась очередная разборка из-за московских вокзалов, и он привычно перебрался на одну из запасных хат, о которой мало кто знал, — здесь его не найти. Да и за спиной трое «шкафов»-телохранителей. Шофер в «Мерседесе» оглядывает окрестности, готовый тут же, дать сигнал по рации.

Двое «шкафов» прикрывали босса с двух сторон своими телами. Еще один поднимался перед ним по лестнице, держа руку за пазухой и сжимая рукоять пистолета.

Так, прикрытый с трех сторон живыми щитами, Гунявый поднялся пешком наверх. Один из телохранителей осмотрел все — не заложено ли где взрывное устройство или какой-нибудь хитроумный сюрприз. Чисто. Гунявый начал возиться с многочисленными замками.

С верхнего этажа спускался высокий смуглый мужчина. Один телохранитель поплотнее заслонил босса. Второй повернулся к атлету, целясь в него из-под пиджака и готовый в любой момент нажать на спуск. Незнакомец был в рубашке и непохоже, что имел при себе оружие. Видимо, обычный жилец дома, сигарета в зубах, взгляд рассеянный — такой взгляд не бывает у наемного убийцы.

Смуглый слегка встревоженно посмотрел на компанию и повернулся к ней спиной, шагнув на ступеньку. Телохранитель с пистолетом перевел дух. Нервы. Не так просто все время от каждого встречного ждать пули. А иногда ведь приходится самому посылать свинцовые сюрпризы другим.

Телохранитель так и не понял, что произошло. Он просто размазался по стене — смуглый резко, не глядя, из самого неудобного положения ударил его ногой. Второй телохранитель получил удар кулаком в лицо и мгновенно потерял сознание. Третий стоял в стороне и успел выкинуть вперед руку с пистолетом, но промешкал, боясь попасть в босса. А смуглый ушел куда-то в сторону, исчез, потом неожиданно возник около него. Пистолет полетел на кафель пола. Телохранитель выбросил вперед пудовый кулак, но смуглый без труда ушел от удара и рубанул его ладонью по горлу. Крутанулся, готовый снести Гунявого. Но босс только хлопал глазами, глядя на изничтожение его «шкафов». Он не носил с собой оружия и привык, что душат, режут и стреляют за него другие.

— Хм, — только судорожно сглотнул он, будто в рот ему залетела сосиска.

— Открывай хату, — приказал смуглый. — Гостем буду.

— Хм…

— Разговор есть… Только сначала отошли шофера. — Атлет, а это был Мертвяк, кивнул на рацию в руке мафиози, потом поднял пистолет и уперся стволом в голову Гунявого.

— Хм, — прокашлялся Гунявый и произнес в микрофон: — Свободен, Сопля. Все в порядке.

Мертвяк затащил в квартиру телохранителей. Начинил их дозами из инъектора и принялся за Гунявого.

Гунявый привык ходить по лезвию ножа, бороться не на жизнь, а на смерть. Привык иметь дело с самыми отпетыми «отморозками», раздавать заказы киллерам. Но в такой переделке он не был ни разу. И такого типа, тоже не встречал никогда.

— Все расскажу, — кивнул Гунявый. Как на духу.

— Не сомневаюсь.

— С Трактором у меня отношения плохие были в последнее время. Я слышал, он подумывает о свободном плавании. И точит на меня зуб.

— Что у него за дела?

— С какими-то чурками связался. Те что-то из-за бугра притаранили и кому-то продали… Мне показалось, что прошло у них не все гладко. Мои ребята думали, что он встретит какого-то Черного и с грузом появится на своей базе. Не появился. А потом попал в какой-то разбор. И его с несколькими ребятами на Юго-Западе уложили.

— Ясно…

— Дурак Трактор был. Аппетит неуемный. На том и погорел.

Задав еще несколько вопросов, выдавив из Гунявого все о связях Трактора и известные ему адреса, Мертвяк кивнул:

— Ладно, живи, авторитет. И свечу поставь, что жив остался… Меня не ищи. Найдешь только смерть свою.

— Усек, — кивнул Гунявый.

— Не скучай…

За двое суток Мертвяк повидался со многими и вскрыл несколько адресов. Переломанные руки. Вывернутые челюсти. Один труп. Несколько хороших разговоров с ласкающим ноздри запахом подгоревшего мяса. Наконец наткнулся на то, что искал.

За дверью спросили:

— Кто?

— От Гусенка, — откликнулся Мертвяк, и дверь распахнулась. На пороге стояла высокая перепуганная девушка в халате.

— Вы одна? — спросил Мертвяк.

— Да.

— Перекинемся парой словечек. — Он небрежно отодвинул ее и прошел в квартиру. Девушка впечаталась в стену и собралась было заголосить.

— Заглохни, — прошипел Мертвяк.

Готовый вырваться крик встал где-то поперек ее горла. Мертвяк взял девушку за длинные волосы, осмотрел ее лицо с видом ученого, поймавшего неведомую зверюшку. Лицо было наивное, глуповатое, покрытое толстым слоем косметики. Лицо среднеоплачиваемой шлюхи из кабака. Такой и должна быть девчонка среднестатистического работника бандитской бригады.

Мертвяк с омерзением отодвинул ее от себя, взял за руку и бросил на диван. На миг в нем всколыхнулась волна желания и тут же затухла.

— Где Гусенок? — спросил Мертвяк.

— Н-не знаю, — произнесла девушка.

— Он мне нужен, — Мертвяк присел напротив нее.

— Я ничего не знаю!

— Не кричи. Я тебе за информацию могу дать одну вещь.

— Какую?

— Твою жизнь… Так что вспоминай.

— Он пропал куда-то! — девушка всхлипнула. — Я не знаю, где он! Обещал прийти и пропал!

— Рассказывай.

— Что?

— Все, чем занимался Гусенок в последнее время.

Мертвяк любил работать с людьми, у которых все написано на лице. Он видел, что девушка что-то знает и чего-то боится. Оставалось только решить, нужны ли ему ее тайны. Когда девушка начинала врать, пару раз он указал ей ее место, после чего она начала бубнить со скоростью молотилки.

— Ну и дурак твой Гусенок, — покачал головой Мертвяк. — Откровенничать со шлюхами.

— Он меня любит! И я его!

— Любитель…

Гусенок умудрился рассказать любовнице, что хочет подставить Трактора. Что Трактор хочет провернуть какую-то сделку. А Гусенок через какого-то Муравьеда решил ее разбить.

— Это все?

— Все… Потом он исчез… Где он? Жив?

— Подох, наверное… Держи рот на замке. Иначе тоже подохнешь.

Мертвяк задумчиво посмотрел на женщину. Она вызывала лишь слабый отзвук желания, не стоило и возиться. Этот обильный макияж… Мертвяк терпеть не мог таких накрашенных женщин… Она и не ведала, что косметика в этот день спасла ей жизнь!

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

^{Часть четвертая}

Для спецназа

⠀⠀ ⠀⠀

Зевс выключил видеомагнитофон с записью заседания комиссии Государственной Думы, перед которой выступал начальник ФАГБ, и заседания рабочей группы Совета Министров, которая терзала первого замначальника агентства. Кончилось тем, чем и должно было кончиться — наиболее серьезные факты не подтвердились. По остальным было предложено обязать Прокуратуру России провести проверку и принять решение в соответствии с действующим законодательством. Ну и, конечно, «поставить на контроль», «обязать», «заслушать» — обычная бюрократическая эквилибристика, направленная на то, чтобы полностью спустить все на тормозах и забыть. Президенту на стол лег приглаженный доклад, в котором начальник «Контртеррора» выглядел личностью вполне достойной уважения и преданной «принципам демократии», а также, что гораздо важнее, — лично «всенародно избранному». Гром отгремел. Разряды ушли в громоотвод.

— Угроза нейтрализована, — заключил Зевс, — хотя бы на некоторое время. Счет ноль — ноль.

— Но в нашу пользу, — усмехнулся Артемьев. — Они открылись. Показали, на что способны. А мы сузили круг подозреваемых.

— Зато они вычислили меня.