Илья Руднев – Выход. Как превратить проблемы в возможности (страница 2)

В детстве, приходя к маме на работу, я часто общался с ее коллегами, с адвокатами, с прокурорскими работниками, с милиционерами, так как они работали в одном здании. Меня запускали в камеру, катали на мотоцикле. Атмосфера там всегда стояла очень радушная. Между собой они даже дружили семьями. Бывало, они делились байками из своей профессиональной жизни. Рассказывали их, конечно, простым языком, чтобы понял и ребенок. Житейские истории о добре, зле и справедливости. Случалось мне и тихо сидеть в углу на настоящих заседаниях суда. Каждый раз я удивлялся, слыша, как мягкая по характеру мама с профессиональной твердостью выносит порой очень строгие приговоры.

Как-то я рыбачил на реке. Ко мне подошел немного странный человек, попросил удочку. Что ж, мне не жалко – одолжил на время. Он сидел долго, клева особо не было. Я уже откровенно скучал, да и пора было домой. Но, похоже, мужчина и не думал возвращать мое. После очередной – десятой или двадцатой – просьбы, он резко повернулся, со всего маху хлестнув меня моей же удочкой. Какая ужасная обида была тогда. За что? Ведь я же ему ничего не сделал. Несправедливо! И вот, спустя месяцы, сижу я в суде, и вдруг под конвоем вводят этого типа. Сижу, смотрю на него пристально и думаю: должен ли я сейчас встать, указать на него пальцем и сказать, что он и меня обидел? Промолчал. Уже тогда я начинал понимать, что такое суд и зачем он нужен. И раз этот мужчина оказался здесь, для меня это было торжеством справедливости. Справедливость очень важна. Если ты следуешь голосу правды в своих мыслях, действиях и поступках, то можешь относиться к людям без предубеждения. Я считаю это самым главным качеством для любого руководителя.

Улица всегда была частью меня. Даже когда я пошел в школу, моя уличная жизнь была важнее получения знаний. Признаюсь, в учебный процесс я погружался без особого усердия. Куда важнее была активность, словно кто-то когда-то вставил в меня моторчик. Недавно я был на встрече выпускников. Многие до сих пор помнят, как еще с первого класса я стал одним из лидеров. Даже в школьном спектакле, припомнили на встрече, роль короля досталась мне. Как полагается: с королевой, свитой и оруженосцами. Хотя ни о чем таком я не мечтал и не думал. Ни в детстве, ни сейчас я никогда не мечтал о богатстве, о деньгах. Скажем прямо: я вообще был не из витающих в облаках мечтателей. Конечно, каждый ребенок чего-то хочет. Я сперва хотел стать космонавтом, как и миллионы советских мальчишек. Потом – футболистом. Но в этих детских мечтах не было осознанной страсти. Она появилась лишь в 15 лет, когда мой мир рухнул.

Но пока я еще был наивный мальчишка, которому нравилась его жизнь, его негласное лидерство среди сверстников. В подростковом возрасте это кажется очень важным. За право лидера я не дрался и не защищал его, подминая под себя других. Как я сказал ранее, корпение над учебниками было не для меня. В отличие от спорта. Наш тренер видел мою неуемную активность и помогал развивать мой потенциал. Сперва я стал капитаном футбольной команды младшей группы. Но этого было мало. После нашей тренировки на поле приходили старшие. Когда мои сверстники уже переодевались и шли домой, я оставался и играл со взрослыми ребятами.

И вот тут был очень тонкий, но важный момент: да, еще пять минут назад ты выкрикивал указания, а теперь должен сам бежать, куда скажут. Перестраиваться между играми приходилось быстро, до первого свистка. Я уверен, усвоенная тогда гибкость мышления оказалась еще полезнее в бизнесе. Не раз в жизни у меня были моменты, когда ты уверенно стоишь за штурвалом корабля. Бах! Сильная волна по правому борту. Брызги еще не стекли с лица, а ты уже не суровый капитан, а исполнительный юнга, юрко карабкающийся на мачту. Если ты не выработал в себе умение коммуницировать с более опытными людьми, ты никогда не соберешь под своим руководством успешную команду.

Вообще, систематические занятия спортом дали мне уроки, оказавшиеся полезными и в жизни, и в бизнесе. Я научился терпению: за пару тренировок ты не станешь Пеле или Марадоной. Так же и в бизнесе: открыв свое ИП по выпечке коврижек, глупо ждать, что вскоре на твоем счету образуется круглая сумма, а ребята из Forbes в итоговом номере назовут тебя «прорывом года». Спорт показывает твои физические границы, которые ты постепенно расширяешь. Начинать надо с малого, день за днем наращивая мышцы и выносливость. А строить крупный завод надо с небольшой мастерской.

Настоящий спорт – это всегда про азарт и конкуренцию. Но тот, кто ни разу не ощутил горечи поражений, никогда не почувствует настоящего вкуса победы. Если боишься проиграть – не играй вообще. Важно научить себя признавать право на проигрыш, но не настраиваться на него. На первый взгляд, это кажется довольно трудным для понимания. Но это право проиграть не означает, что ты покорно сдашься. Наоборот: ты признал, что можешь и не победить. А значит, волноваться об этом дальше, постоянно крутить эту мысль в голове – напрасная трата сил. Вместо этого отдайся самой игре, получи подлинное удовольствие от того, что ты делаешь.

И все-таки каждый хочет победить. Но не каждый готов выложиться на все свои 110%. No pain, no gain. Мышца не может стать крепче и больше, не разорвавшись сперва от нагрузки. Но что в футболе, что в бизнесе, упорные тренировки не только закаляют, но и учат лучше видеть ситуацию, мгновенно подстраиваться. Рисковать, но рисковать осмысленно.

Спорт с детских лет помог мне самостоятельно сформировать пресловутый внутренний стержень. Он научил меня дисциплине и отказу от жалости к себе. Тогда, в детстве, я никак не мог понять, почему некоторые ребята филонили и пропускали тренировки. Меня на них никто не гнал. Наоборот, я едва ли не летел навстречу этим тяжелым физическим нагрузкам. Я обожал, как ноют мои мышцы, как дыхание становится частым и поверхностным, как от избытка адреналина краснеют лицо и шея. Каждой клеточкой тела я ощущал, что чувствую, что живу. Я смотрел на друзей и видел: они испытывают то же самое. И хотя у мальчишек не принято делиться подобными переживаниями, но для каждого из нас эти чувства были настоящими и важными. Иначе зачем мы выходили на поле даже под проливным дождем? Это единило нас, делало командой.

И сейчас я всегда заставляю себя действовать вне зависимости от того, что происходит в жизни и какой груз на душе. Даже когда плохое настроение, дрянная погода, нет ни желания, ни мотивации, свой день я начинаю с занятий спортом. Сиюминутная выгода может быть очень заманчивой, но долгосрочная перспектива всегда ценнее. Многие выбирают сиюминутное, потому что это про «сейчас», а долгосрочное – это про «когда-то». Однако умение заставить себя делать всё необходимое ради большой цели, даже если пока не видишь результата, помогает не только в спорте и бизнесе, но и в жизни в целом.

Я играл в футбол, в том числе и с ребятами старше меня. Но от них я не слышал обидных подколов и насмешек. Мне удавалось оставаться самым результативным игроком даже среди старших. Часто за матч я заколачивал в ворота противника больше мячей, чем все остальные. В какой-то момент тренер сказал мне: «Илья, надо ехать в Самару, делать спортивную карьеру». Кто знает, что бы могло из этого выйти, но вскоре в моей жизни случился страшный кризис, и я так и не стал профессиональным футболистом.

Отец никогда не занимался мной. Он был тихий алкоголик: приходя с работы, молча пил пиво и уходил заниматься делами. Как правило, читал книги. До меня ему не было никакого дела. С его стороны не было ни отрицания, ни негатива. Я тогда даже не знал, кем он работал и каким специалистом был. Мы никогда не говорили об этом. Странно, наверное, что я не знал даже таких простых вещей. И это только подчеркивало степень его полнейшего равнодушия ко мне.

У меня было много друзей-мальчишек, с которыми я проводил всё свободное время. И, конечно, я видел их отношения с отцами. Кого-то, как мне казалось, любили больше, кого-то меньше. Но любили. Я мечтал хотя бы о крохах душевной теплоты, которую не получал. Не говоря уже об отцовской опоре и воспитании. Хотя нет, не так. Помню, однажды на него что-то нашло – он поиграл со мной во дворе. Этот случай врезался в мою память как единственный в жизни акт нашего единения. Я мог бы обижаться и сейчас, но со временем понял одно: по-настоящему я никогда его не осуждал и не держал зла. Так получилось, что с детства и на всю жизнь у меня сформировалось абсолютно позитивное мышление. Если у меня чего-то не было, это лишь означало, что я могу без этого жить.

Мной занималась только мама. Когда она стала судьей, мы переехали в Пестравку. Это небольшое село в сотне километров южнее Самары. Мама была судьей района, население которого едва насчитывало двадцать тысяч. По работе маме часто приходилось уезжать в город, задерживаясь там. И я ждал ее каждый вечер. Так же незаметно, как сумерки сменялись темнотой, в меня закрадывалась тихая и необъяснимая тоска. Сидеть дома у окна становилось просто невыносимо. Я выходил к дороге и всматривался в темную даль: не идет ли? С одной стороны, я знал: она где-то рядом, скоро придет. Но это мама, и я тосковал без нее.