Илья Романов – Владыка Зазеркалья (страница 67)

Так что, да… приключение на двадцать минут закончилось.

Лежавшая рядом со мной в отключке Ламия застонала во сне и её симпатичное лицо, пусть и грязное от пыли и крови, распылось в счастливой улыбке. Хотелось бы знать, какой Габ наложил на неё Сон, но плевать.

— Спи, дорогая, — ласково похлопал я её по щеке, отчего улыбка Ламии стала ещё шире. — Скоро будем дома и поговорим. Ты мне всё-всё расскажешь…

Из Небесного Града нас сразу не отпустили. Война ещё гремела, город постепенно зачищали, а дым пожаров достигал горизонта. Трупы заражённых сжигали огромными кучами прямо на улицах городах, но большую часть за его стенами. Какие-то очаги сопротивления Скверны ещё были опасны, но их успешно давили и поголовье заражённых стремительно уменьшалось.

Это была победа. Пусть маленькая, ведь война со Скверной ещё не окончена, но победа. И по этому поводу Михаэль решил устроить небольшой праздник в своём шатре.

Архонт выглядел неважно, битва далась ему тяжело, но на ногах он стоял крепко, а целители позаботились о ранах. Лик света у него, конечно, чуть померк и позволил рассмотреть аккуратные черты лица, но не более того.

Был здесь и Аландиль, отдавший все распоряжение и забежавший на короткий праздник буквально чтобы выпить пару бокалов вина. Ангел горячо меня поблагодарил, и я заметил, как с его плеч будто спала невыносимая ноша. Уже позже мне рассказали, что раньше Аландиль служил Рафаэлю и потерял из-за своего господина и Скверны жену с дочерью. Без подробностей, но судя по обрывкам рассказа, составить полную картину было несложно.

Что ж… Ещё одна душа получила покой, а я — верного воина в свои ряды в будущих битвах. Впрочем, Михаэль тоже намекнул, что в долгу передо мной и Небесный Град в его лице отдаст этот долг, когда потребуется. Единственное, он попросил дать ему время, чтобы зачистить город, разгрести проблемы и зализать раны.

Это были приятные новости. А вот, что касательно неприятных, так это торг. Рьяный и безудержный. Михаэль ни в какую не хотел отдавать мне кристалл. Бился за него, как голодный лев за кусок мяса. Пожалуй, лишь то, что я внёс весомый вклад в победу, сыграло ключевую роль.

Архонт уступил, скрепя сердце, но уступил и позволил забрать одно из сокровищ своего народа. Добил же я его аргументом, что он и кто-либо другой из ангелов всё равно не смог бы распоряжаться кристаллом, как надо. Нет у них тех, кто знает, как работать и, тем более, общаться с артефактами Древних. Впрочем, это известие не помешало Михаэлю ёмко, но грязно, выругаться. Он-то не знал, что из себя представлял кристалл в полной мере. Считал его накопителем энергии Порядка… М-да, уж…

Ламия так и не пришла в себя, но маги упаковали её в хризалиду и теперь она не очнётся, пока я сам не вытащу её оттуда. Так проще будет доставить её в Зазеркалье, где предстоял допрос со всему вытекающими. Балем уже получил весточку и готовил «гостевые покои», где Ламия прочувствует на себе всю любовь управляющего Милитариума.

Порталом мы решили воспользоваться тем же, из которого пришли. Раскол пространства ещё активен и расширить его не проблема. С нами отправились те, кто пострадал сильнее всего и нуждался в отдыхе после бойни. Целый караван, в центре которого на огромной самодвижущейся телеге сидел широко улыбающийся и радостный Габриэль. Надо было видеть лицо Михаэля, когда он прибыл с войсками во дворец, а архангел уже натаскал в тронный зал кучу добра.

Золото и драгоценности он не брал, зачем они ему? Нет, Габ поступил умнее, он забрал артефакты, камни-накопители, старинные гримуары и свитки контрактов с тварями из иных реальностей. Один договор с Поглощающим Души стоил баснословный денег. Твари плана Теней вообще редкие гости в трёх мирах, а тут договор на призыв одного из Генералов, которому можно отдать любой приказ и тот исполнит.

Портал перенёс нас в капитолий, где вовсю уже кипела работа. Раненных принимали целители, а жрецы и работники отводили от арки остальных. Нашу телегу сразу же взялись убрать с дороги четверо минотавров, а замеченная тут же Маления поспешила ко мне. Губы её были недовольно поджаты, но в глазах виднелось облегчение.

— Аль… — заговорила Маления и неожиданно вздрогнула, стремительно побледнев стоило ей увидеть моё состояние.

Я же замер на месте, почувствовав, как сердце ушло в пятки. В голове словно начала рваться струна, а всё нутро сжалось от сосущей в груди пустоты. Окружающие исчезли полностью, перед глазами пробежала рябь из всех цветов радуги, а струна с громким, болезненным хлопком оборвалась.

И это могло означать лишь одно — барьер Зазеркалья пал…

Глава 37

Срединный мир.

Мглистый туман стелился с высоких, остроконечных гор, пики которых стремились к небесам. Тяжёлым покрывалом он обволакивали сырую землю, а лёгкий отствет переливающегося мха редко играл зелёными красками.

Солнце в этом месте практически не светило. Его лучи не могли пробиться сквозь тяжёлые, свинцовые тучи, которые по преданиям никогда не рассеивались. Когда-то здесь произошла страшная магическая битва двух армий, от которых остались лишь древние упоминания. Вот только если живые забыли, мёртвые помнили всё.

Осторожно ступая, почти след в след, трое путников шли вперёд, не отдаляясь друг от друга на расстоянии руки.

— Может, всё же стоило сначала отправиться в Услейг? — скривился Тит, резким ударом прибив на шее толстого комара. Мерзкий гнус лопнул, как воздушный шарик и покрыл склизкими внутренностями ладонь мужчины, заставив того скривиться ещё сильнее. — Мы по этим горам уже который день лазаем, а толку никакого. Господин же сказал…

— Я помню, что сказал Альтиор, мохнатый, — отмахнулся от него Агилар, тщательно выбирая дорогу. В этом тумане не видно ни зги, но древний вампир будто бы знал, куда идти. — Но в отличии от вас, у меня есть и другое задание от него. И как я уже говорил ранее, как ты себе это представляешь? Вот встретим мы ваших с полосатым сослуживцев, — на слове «полосатый», идущий в тишине Люциус тихо зарычал, но не перебил. — А они решат не сидеть на месте и отправятся с нами. Тем более, могут привлечь внимание, которое нам сейчас не нужно. Необходимо сначала завершить другое задание, а затем уже идти к вашим ветеранам.

Тит на эту тираду только вздохнул, внимательно осматриваясь по сторонам. Смотреть, конечно, тут было не на что. Горы, щебень с грязью под ногами, камни и покрывающий их мох. Иногда в пределах видимости появлялись очертания редких, скрюченных деревьев и засохшие кустарники. Унылое, гиблое место.

И зачем только Сумрачный Князь притащил их сюда? Для чего? И ведь не говорит, держит всё в себе и лишь отмахивается. Одно успокаивало — Агилар выполнял волю господина, а значит оставалось лишь следовать за ним и подчинятся. Всё же вампир был в их группе командиром, да и пока что его приказы были чёткими и правильными. Во всяком случае за время пути до Мглистым Гор так всё и было.

В какой-то момент пути, им стали попадаться следы страшного сражения прошлого. Земля в этом месте словно вымерла и почернела, а из её глубин всё чаще виднелись жёлтые кости, вперемешку со ржавыми доспехами и щитами. Было здесь и оружие, которое от времени пришло в негодность, но сохранило свой общий вид.

И чем дальше они шли, тем больше открывалась картина той бойни, что здесь произошла. Сотни тысяч разумных погибли в этом месте. Пали ужасающей смертью, эманации которой до сих пор ощущались в воздухе. Дышать становилось тяжело, воздух был спёрт и пропах смертью.

Тит заметил воткнутый в землю старинный штандарт, рваная ткань которого трепетала от лёгкого, промозглого ветерка. Рядом с ним на коленях стоял скелет воина, который продолжал удерживать костлявую руку на древке, не развалившийся от времени и не сгнивший окончательнотолько из силы скававшего его при жизни долга.

Доспехи на нём представляли собой печальное зрелище, а пустые глазницы черепа взирали прямо на троицу непрошенных гостей. Во взгляде чёрных провалов была какая-то неправильность. Давящая, чужеродная. Тит был бывалым воином, легионером и трибуном, но даже ему было сложно смотреть в глаза черепа. Хотелось отвести взгляд.

Краем глаза он заметил, что Люциус не далеко от него ушёл и очень сильно напрягся. Бывший легат всем своим видом выражал готовность к бою. Один только Агилар был спокоен и собран.

— Теперь тихо, — прошептал он едва слышно для них двоих. — Не говорите, в глаза им не смотрите. И ради всего сущего, и своих жизней, не показывайте страха.

О каких «Им» было решительно не понятно, но вскоре этот вопрос отпал.

Скелет, сжимающий штандарт, неожиданно встрепенулся. Зубодробительно заскрежетали кости, отдавая звуком глухим щелчков вставали на место позвонки. Костлявая рука на древке шевельнулась. Медленно, словно её владелец спал глубоким сном и был вынужден проснуться. В глубине чёрных провалов черепа вспыхнуло угрожающее, бордовое пламя.

— Tû… Ghân agh golug… — раздался из глотки скелета и одновременно из тумана, хриплый голос.

— Ash nazg durbatulû, Gûlash! — поздоровался и с уважением склонил голову Агилар, внутренне радуясь, что Знаменосец его узнал. Речь древней империи Аразеш была непривычна, а вампир пусть и забыл её частично, но справился.