Илья Романов – Паладин. Свет и Скверна (страница 27)

— Ты почему не предупредил⁈ — зашипел Хенкель на Фёдора, пока моя сестра ушла к стойкам с частями тварей Зоны. — Я бы хотя бы порядок навёл! Федя, ну какого хрена⁈ А это что за молокосос? Вы когда это стали таких молодых набирать в Егеря?

— Ты бы следил за словами, дружище, — сразу стал серьезен командир бойцов, все веселье из его голоса исчезло. — Это глава рода Потёмкиных, Виктор Константинович.

Старик замер, вылупил на меня глаза и как-то резко побледнел. Я же медленно перевёл на него взгляд, когда закончил первоочередной осмотр содержимого лавки.

— П-простите, ваша светлость… Не признал… Старость и…

— Оставь эти речи для других, купец, — невозмутимо прервал я его и указал рукой на столы. — Это всё, что есть в твоей лавке? Если да, то мы проделали свой путь просто так.

— Что вы, ваша светлость! — зачастил старик. — Это так, фуфло, а не товар! Ой, простите… Кгхм, так вот, вас что-то конкретное интересует?

— Фёдор.

Есенеев вытащил из нагрудного кармана лист бумаги и протянул Хенкелю. Тот осторожно взял его, стараясь не помять, а затем вчитался. И по мере того, как его глаза бегали по строчкам, они увеличивались ещё больше.

— Жила чёрного… ик! Дракона⁈ — ошарашенно произнёс старик. — Пепел Древнего Феникса⁈ Хрусталь из позвоночника Синеглазого Скрытня⁈ Ваша светлость, я таких названий даже не знаю!

— Значит, нет, — оно и очевидно, раз лавка такая. Я как-то на другое рассчитывал. Ну или хотя бы, что торгаш подтвердит вообще существование подобных материалов. В итоге — мимо по всем фронтам.

— Хенкель, мы там части Грагонов привезли, — взял слово Фёдор, видя, как скривилось моё лицо из-за слов старика. — Сердца, кости, пластины. Ну ты понял, полный набор.

Наверное, решив, что раз покупатель не нашёл искомое, то уйдёт недовольным, торгаш немного приуныл, но слова Есенеева сразу его приободрили. Он широко улыбнулся, алчно потёр сухие, сморщенные ладони и сказал:

— Грагонов возьму! Всё возьму!

На этой ноте Фёдор с бойцами принялись за выгрузку. Парочка молодых юнцов, чем-то похожих на лавочника, им помогали, а сестра и сам Хенкель считали.

Что я вынес из посещения этого места, помимо денег для рода? По сути — информацию. И осознание, что мне предстоит тяжелая работа, чтобы воссоздать хотя бы жалкое подобие своего прошлого снаряжения. Удивление и шок торгаша был понятен. Написанные в листе ингредиенты даже в моём родном мире достать было сложно, их скупали за бешенные суммы золотых. Вот только у Паладинов был договор с множеством Орденов на покупку нужного, да и Охотники с нами сотрудничали, а если нужно что-то действительно редкое, то это к ним. Хочешь себе сердце какого-нибудь сошедшего с ума Огненного Дракона для зачарования? Не вопрос, тот же Сандр или старина Мак поможет, но в таком случае ты разоришься на выпивке, которую поставишь за эту услугу. Обоюдоострый клинок, мать его. Либо сам иди и добывай, пытаясь всунуть этот поход в график капеллана Ордена.

Расстроился ли я? Отнюдь. Задача есть и её нужно решать, а не унывать от сложности. Замену материалам найду, пусть чуть похуже, но найду. Нужно только время и кузня.

Счастливый от сделки Хенкель чуть ли не прыгал от радости, да и Света улыбалась. После нашего разговора, она не только стала чаще улыбаться, но и в её глазах словно зажёгся огонь. Ещё пока рано утверждать, но девушка постепенно расцветет, а с возможными проблемами, которые могут этому помешать, я разберусь. Своими методами и в своей привычной манере.

— Твой вердикт, сестра? — осведомился я, когда мы покинули лавку.

— Стоит сбывать товар здесь, — кивнула она, показывая мне телефон, на который упала приятная глазу сумма русских рублей. — У этого человека процент, по сравнению с другими, минимален. Но есть проблема…

— Богатую добычу он не возьмёт, — озвучил я то, что она хотела сказать, чем заслужил удивлённый взгляд.

— Ага, именно… А как ты понял? Мы же только вот, обсуждали…

— По его лавке, отношению к товару, и эмоциям, когда он увидел, что мы привезли. Торговались вы хорошо, но было видно, что старик дошёл почти до грани. Ты молодец, сестра, но в следующий раз старайся дробить сумму при торговле.

— Дробить? — не поняла она, остановившись возле пикапа. Бойцы нам не мешали и бдели, ожидая. — Это как?

— Назови максимальную сумму, на которую ты согласна. Не общую по рынку, что тебе известен с учётом процента, а максимальную. Разумеется, любой уважающий себя торгаш её не примет и начнёт сбивать. Следом пойди у него на поводу, обрадуй, но затем передумай и сбей минимально. И так до конца, пока тебя не устроит результат. Ты заметила, что Хенкель был доволен не самим фактом своей будущей прибыли, а вашей торговлей?

Девушка поражённо кивнула, да и Фёдор с бойцами к нам прислушались.

— Вся суть купцов именно в азарте от процесса торговли. Это их жизнь, путь и призвание. Они живут этим, порой, сильно расстраиваясь, когда клиент не торгуется. Ты дала ему то, что он хотел. А он дал тебе хорошую цену. Все довольны. Но, опять же, богатую добычу он не возьмёт. Не его уровень.

— Н-но… Откуда ты это знаешь, брат⁈ — ошарашенно пискнула сестра. — Ты же только вчера ничего не знал! Я же тебе всё рассказывала!

Я пожал плечами, невозмутимо осмотрел лица бойцов, Фёдора и Светы, в глазах которых читался один и тот же вопрос: Как?

А затем постучал пальцем по телефону, который мне дала Любава в дорогу, и ответил:

— Это всё тырнет. В нём есть всё, если правильно спросить.

Разумеется, мне не поверили. Скепсис из сестры так и пёр, но крыть ей было нечем. Как и доказать, что я соврал, ведь в истории поиска — такая то же есть и это многое упрощало — были как раз страницы с рынком и ценами. По сути, я владел подобными знаниями из-за своей должности капеллана. Приходилось, пусть я и не любил, но общаться с купцами. И это было тем ещё испытанием воли, сноровки, и терпения. Последним я никогда не отличался и такие задания от командора были чуть ли не наказанием. Вот только их мне потом давали всё реже, когда я едва не поубивал торговцев из каравана империи Карзар. Всю кровь мне попили, ироды.

Дальнейший наш путь лежал в оружейные/артефактные лавки, которые располагались в одном из центральных кварталов. Народа, как гражданского, так и военного, в доспехах и снаряженного, здесь хватало с избытком. Стояла суета, транспорт кое-как разъезжался, и образовалась пробка. Почти час нам пришлось потратить, чтобы преодолеть жалкое расстояние. Я уже хотел идти пешком, но кое-как Света с остальными смогли меня уговорить подождать. Опять причуды этого мира и его благородных, мол своими ногами не ходят. Бред да и только, но сестра настолько просила, что я скрепя зубами уступил. За что получил благодарный взгляд и улыбки бойцов.

Первая из лавок, с помпезной вывеской и богато украшенная, принадлежала некоему княжескому роду Долгоруковых. Как объяснила Света, раньше наш род с ними сотрудничал в военном плане. Закупки оружия, боеприпасов и прочей амуниции. Долгоруковы были военными магнатами, держа планку первых в списке вооружения. Торговали они и артефактами всех мастей и видов. Персонал в этой большой, в разы большей, чем у Хенкеля, лавки, были учтив. Молодые девушки сразу взяли в оборот Свету и Фёдора. Меня тоже попытались, но наткнувшись на мой хмурый взгляд и слова: «Сам разберусь», испуганно упорхнули.

Посмотреть тут было на что. Доспехи всех видов, как латные, так и кожаные. Были и пластинчатые, с юбкой для защиты ног. Различные кирасы, как вычурно украшенные и размалеванные, так и однотонные. Кольчуги с плетением шесть в одно и восемь в одно, дубленые поддоспешники. В общем, весь набор. Половину из увиденного я сразу забраковал. Качество получше, чем-то, что носят наши Егеря, но всё равно дерьмо. Таким только ополчение какой-нибудь деревеньке на отшибе снаряжать.

Огнестрел меня не привлекал и его я благоразумно пропустил, а вот Фёдор там застрял. Вместо этого, заметив, как сестра рассматривала бижутерию-артефакты, прошёл к холодняку.

Тут выбор получше, как и качество…

— Вижу, что молодому покупателю не пришлись по вкусу наши доспехи, — раздался за спиной спокойный мужской баритон. — Позволите ли узнать, в чём причина?

Я обернулся и увидел высокого и худого, как жердь, мужчину. Бордовый фрак на нём сидел идеально, без единой складки. Аккуратно постриженная короткая чёрная борода. Монокль на глазу и длинные волосы, убранные в хвост, закрепленный резинкой. Поза и положение ног выдавали в нём бойца, как и взгляд. Пронзительный, оценивающий.

— Отвечу, если вы поясните, какой способ закаливания использовали для создания этого меча, — указал я большим пальцем за спину на стойку, где покоился заинтересовавший меня полуторник. Из всего ассортимента, он был лучшим. Как качеством, так и зачарованием на остроту, прочность и лучшую проводимость энергии.

— Прошу простить, дорогой покупатель, но род Долгоруковых не распространяется о своих секретах, — учтиво улыбнулся он, но в глазах появился интерес. — Но, возможно, если ваш ответ удовлетворит моё любопытство, то я расскажу.

Хитрожопый какой, но ладно, сыграем по твоим правилам.

Интересно то, что при виде этого человека сотрудники лавки как-то вытянулись, стали ещё более учтивы и появилась атмосфера… Знакомая такая, но пока непонятная.