Илья Романов – Паладин. Свет и Скверна IV (страница 6)

Ей хватило одной, а затем женщина собиралась покинуть мою спальню, оставив на память лёгкий аромат духов. Вот только не успела. Дверь распахнулась и на пороге появился широко улыбающийся царевич в компании Морозовой. Вошли они без стука и какого-либо предупреждения, застав меня и Наоми в том виде, какой не мешал процессу «вербовки». Улыбка на лице Святослава так и застыла. Морозова деликатно отвела взгляд, но неприязненно покосилась на японку, которая в свою очередь прикрылась одеялом с пола и изображала стыдливый вид.

— Кгхм, Виктор Константинович, прощу прощения, что ворвались к вам вот так, — прокашлялся царевич в кулак. — Не думал, что вы можете быть не один…

— Ничего страшного, ваше императорское высочество, — невозмутимо, будто ничего и не произошло, произнёс я и принялся поднимать с пола штаны. — Вы что-то хотели?

Он не ответил и посмотрел на японку таким взглядом, что ту сдуло из моей спальни буквально за секунды. Та только и успела, что кимоно своё забрать и убежать вместе с одеялом.

Дверь вновь закрылась, Морозова подошла к окну и открыла его, а Святослав бодрым голосом сказал:

— Хотел кое-куда пригласить вас, Виктор Константинович! И раз в свете обстоятельств вы спать не легли, то как насчёт того, чтобы составить мне компанию?

— И куда же?

— Туда, где таких клуш ещё больше, — бросила в пустоту Морозова, фыркнув.

— Скажем так, — проигнорировал Святослав её слова. — До своей помолвки я бы хотел посетить пару мест… Надеюсь на вашу компанию, как моего телохранителя. Одевайтесь, Виктор Константинович! Ночь только началась!

Глава 4

— Как-то работа телохранителя пошла не по плану…

Мой шепот заглушила мощная музыка, играющая со всех сторон лимузина. Святослав с весёлым хохотом разливал шампанское по бокалам, половину проливая на ковёр в машине. Кутузов расстегнул две пуговицы на рубашке, оголил часть груди и дымил сигару, пуская кольца в открытый люк. Шварц хохотал вместе с царевичем, рассказывая ему байки. Весьма громко, пытаясь перекричать музыку.

Я покрутил в руке бокал с шипящим от газов алкоголем, залпом опрокинул его в себя и слегка поморщился. Та ещё дрянь на вкус, но царевичу нравилось и он затащил в салон машины целый ящик. Бутылки то и дело бренчали, а шокированный японец-водитель от греха подальше закрылся перегородкой.

— Витя, хорош такую рожу делать, будто тебя на казнь везут! — ухмылялся в усы генерал, разомлевший от выдавшегося отдыха. — Я же тебе говорил, что у нас считай отпуск, так отдыхай! Бери пример с его императорского высочества!

— Да, Витя! — поддакнул мальчишка, уже успевший захмелеть. — Бери с меня… Ик! Пример!

План так называемого отдыха был прост. Не забыл царевич слов Морозовой, которую с собой не взяли, а та обиделась. Точно обиделась, я видел это на её лице, когда мы грузились в машину. Захотелось мальчишке перед браком ударится во все тяжкие, а мы его охрана. Архимаг, Магистр и князь Потёмкин. И судя по тому, что Кутузова японцы более менее нормально воспринимают, то вот когда они узнали, что царевич берет ещё и меня, то чуть ли в истерику не ударились. Кортеж из шести машин сопровождал нас, полный охраны и вооружённых людей, включая магов всех мастей. Меня перед отъездом даже настойчиво попросили при случае дать им самим разобраться, ради всех их богов. А что я? Я — ничего, запомнил и теперь сижу, смотрю на этот образец людского разложения перед глазами и думаю, что раз такая пляска, то где мне взять нормальную выпивку? Не буду же я довольствоваться этим дерьмом, которое царевичу так нравится.

Путь наш лежал в клуб «Матадаре». Посоветовал его Шувалов, который отказался ехать и отправился спать. Доверия к этому человеку не было никакого и видеть его с собой рядом я бы не хотел. Если только тот не будет привязан к горящему столбу. А раз доверия ему нет, то приходилось совмещать. Быть бдительным, но и в то же время быть на волне с остальными. Готов поспорить, что Кутузов думал также, но не стал перечить царевичу, который загорелся поехать именно в один из лучших клубов Токио, а не в другое место.

Лимузин остановился прямо у входа в это злачное место, над дверьми которого висела неоновая вывеска с самим названием. Множество людей — я заметил, что иностранцев тут нет, только японцы — стояли в очереди. Юные и не очень девы в платьях всех фасонов и тонов. Юноши и мужчины в деловых костюмах. С улицы доносился смех и гам, квартал клуба жил и дышал, а музыка из здания играла даже здесь. Приглушённо, внутри она явно громче, но слышно её было отчётливо.

— За мной, народ! Погнали! — воодушевлённый Святослав скинул свой бежевый пиджак и выполз наружу.

Мы с Кутузовым переглянулись. Он затянулся дымом сигары, пожал плечами и полез следом. За ним Шварц, державший в руке початую бутылку.

Наше появление вызвало фурор, если так можно сказать. Японцы знатно охренели, когда из других машин появились вооружёные и закованные в самурайские доспехи бойцы, которые рассредоточились вокруг и встали оцеплением.

— Это же русские! Ты смотри, а кто это⁈ Дурак, это царевич! Говорили же по новостям, что он приедет!

Все эти громкие выкрики сопровождались японским восклицанием «О!», к которому я за последние сутки привык уже. Кто-то достал телефоны и стал снимать, другие сразу же попытались подойти, но на их пути вставали вооружённые бойцы. Часть женского контингента, что находилась в очереди, сразу же взяли на прицел Святослава. Но тому было глубоко плевать, будто Тимирийский Носорог он видел лишь цель, а именно двери в клуб, и больше ничего. Во всяком случае двое охранников на входе сразу же убрали ограждение, свалили с пути парня, что был заметно ниже ростом, и поклонились.

— Ночь обещает быть томной, — хмыкнул Кутузов, точным броском отправил сигару в урну у входа, и осмотрелся. — Витя, на тебе сам царевич. Я слежу за окружением.

— Проще было запереть этого мальчишку, — фыркнул я. — Не хватало ещё японцев поубивать, если они начнут чудить.

— Ну-ну, ты главное сразу клуб не спали, а то я тебя знаю! Вдаришь так, что к нам сам Мэйдзи из своего дворца прибежит и будет кричать, — хохотнул он. — Ладно, работаем с чем есть, а там разберёмся!

Холл «Матадаре» встретил нас тёмными тонами, большим пространством и кучей отдыхающих. Люди сидели на диванах, общались и смеялись, употребляя алкоголь. Кто-то курил и спорил, другие активно бодались и к ним шла охрана. Пара девушек у стойки гардероба забирали и отдавали вещи. Музыка здесь играла ещё сильнее, но пока терпимо.

Святослав был целителем, но я что-то начал в этом сомневаться. Царевич каким-то образом уже оказался в дверях, откуда и звучала музыка, преодолев весь холл за считанные секунды. Народ на него и, конечно же, нас, удивлённо озирался, но не подходил. Кстати говоря, Шварц обнаружился рядом с царевичем, опустошил бутылку и всучил её какому-то японцу в белоснежном костюме с зализанными волосами. Тот такому повороту очень удивился, но бутылку забрал.

Призывно помахав нам с генералом рукой, царевич исчез в дверях, а мы последовали за ним.

И стоило мне переступить порог, как я чуть сразу же не выжег всё вокруг Истинным Светом! В глаза ударили все цвета радуги, полумрак огромного зала сменялся темнотой. Музыка долбила по ушам столь сильно, будто я оказался в логове обдолбавшихся алхимией демонопоклонников.

Люди тряслись на центральной платформе в припадке, словно пытались призвать Владык Инферно. Запах алкоголя и табака смешивался с нотками пота и кучей разновидностей парфюма. Грохот, шум, гам. Всё это создавало атмосферу хаоса.

Между столами курсировали работники заведения, плавно огибая любые препятствия на пути. У длинной барной стойки толпился разгорячённый народ, а бармены едва успевали делать коктейли и подавать их. Вдоль стен и по краям платформы для танцем находились специальные отделения-балкончики с шестами, на которых крутились в причудливом танце полуголые девы. Из всей их одежды были лишь какие-то кожаные ремни на груди и из такого же материала трусы.

— О, Свет, дай мне сил не спалить дотла этот рассадник зла и разврата, — пробормотал я, вспоминая свои похождения с Сандром и Старым Маком.

Будь здесь эта парочка, то они бы горячо поддержали инициативу Святослава хорошенько повеселиться. А затем этот клуб, а за ним и Япония, содрогнулись бы. Охотники умели пить так, что потом императоры искали своих дочерей, а опаснейшие из тварей прятались по самым тёмным щелям. И эти же Охотники часто ставили перед собой цель споить одного старого капеллана Ордена Паладинов, прекрасно зная, что тот под градусом не слишком далеко от них уйдёт. Во всяком случае, будь мои мысли реальны и мои друзья были бы здесь, то в лучшем случае, Япония могла бы уйти под воду.

— Но это не точно… — выплыла в голове любимая присказка Сандра, а я ухмыльнулся.

Держа в поле зрения Святослава, отправился к нему. Царевич уже облюбовал барную стойку, растолкал опешивших от такой наглости японцев, и что-то объяснял одному из барменов. Тот кивнул и стал колдовать.

Я заметил Шварца, который уже магическим образом оказался в компании четырёх женщин, смеялся с ними. Он обменялся со мной кивками, шепнул что-то одной из дам и та посмотрела в мою сторону, широко улыбнувшись.