Илья Романов – Липовый барон (страница 48)

– Смешной и глупый…

– Не настолько смешной… – замялся я со словами. – Друзей не покупают! Друзья либо есть, либо нет! Я не могу ничего гарантировать!

– И всё-таки я в тебе не ошибся, – сказал граф и подал знак. – Тебе рады в этом доме, но твои проблемы – это твои проблемы!

Меня сопроводили от графа. Я, качаясь, вышел из кабинета. Первое время ещё волновался. Наглость – второе счастье…

Сказать, что дальнейшая жизнь пошла как-то по-другому, значит соврать. Я так же живу в казарме. Единственное, Гумус больше не ворует на рынке, ну по крайней мере до тех пор, пока у нас есть деньги.

Спросите, почему я не съехал оттуда сразу, как только появились монеты? Тупо боялся. Тут такие жуки пробивают мою краткую жизнь в этом мире. Испугался показать, что уже есть деньги. Да и в казарме спокойнее: тут до меня лишние не доберутся, при условии, конечно, что они не супердорогие профессионалы или полные дураки. Ни тем ни другим закон не писан.

Скажу так. Я распродал трофеи, раздал долги и вроде пока не бедствую. Да, конечно, всё ещё живу в казарме, но мне не привыкать к общему житию. Просто я жмот, и всё на этом…

Из новостей за неделю.

Во-первых, нам выдали жалованье. Да, вы не ослышались, именно нам! Мне – полтора золота, четыре серебра – Гумусу как моему оруженосцу. Надо ли говорить, что Гумус своих денег не получил. Перебьётся! Мой ушитый бахтерец, ботинки, рубаха, штаны, тесак – всё это дороже стоит.

Ещё одной новостью было надушенное письмо, пришедшее в казарму. Прочитать я его, конечно, не смог, и обратился к Гижеку. Тот ознакомился и посмотрел на меня с осуждением: сказал, что меня ждут в новом салоне.

Вот смешной чувак! Ты что, серьёзно думал, что я женюсь на двух перестарках в том заведении, в который ты меня привёл?!

Если честно, то я много не ожидал от нового салона. Опыт не пропьёшь. Благодарность богатых немного стоит. Пока ты нужен – тебя помнят, а потом ты обычный мусор.

К этому приёму я готовился, а не пришёл, как обычно, в том, в чём хожу постоянно. Даже сходил к цирюльнику, который состриг мне остатки волос на половине головы и побрил меня.

Зрелище оказалось то ещё. Из медного надраенного зеркала на меня смотрел какой-то, по местным меркам, переросток с бритой башкой. На фоне трёх застарелых шрамов на черепе краснеет четвёртый. Бледная челюсть, покрасневшее лицо, голая черепушка со шрамами. Красавец, нечего сказать!

Кор-сэ́ Адрус Латьяун меня удивил. Он отрекомендовал меня при всей толпе в новом салоне как своего лучшего друга. Лестно, не спорю, но как-то странно. Особенно то, что Юдуса не позвали. Я тут нищий рыцарь, с серебряной цепью хожу между мажоров, а моего десятника забыли. Что-то тут не сходится.

По поводу нищеты, ну как вам сказать. Мы с Гумусом не самые богато одетые перцы. Стыдно?! Может, раньше и было бы, но я повзрослел.

Не деньгами измеряется человек. Этого не объяснить, это прочувствовать надо. Я могу с десяток баек рассказать из прежней жизни, но только зачем. Кто может, тот поймёт, а кому не дано – ну, может, к нему придёт со временем.

Базару нет, я нагло пользовался своим статусом. Понятное дело, что бабы мне не давали. Но кто сказал, что всё счастье в них?

Скажем так, я нажрался – и подрался. Сразу скажу тем, кто не верит. Подрался на кулаках, причём не с высокой знатью, я же не самоубийца! Со слугой. Он высокий, сильный, мощный, а я – пьяный и дерзкий. Делались ставки, я ставил на себя.

Едрить! Какой я пьяный дурак! Лучше бы этого не делал!

Я могу оправдываться тем, что правая нога почти не гнётся. Что был пьян. Что мне не повезло. Да мало ли что там можно придумать?! В общем, и люлей отхватил, и ставку свою профукал.

На этом кривая моей удачи продолжала опускаться. Я протряс всю наличность, которая у нас с Гумусом была. А что вы думали, тут ставки больше, чем вся моя зарплата, много ли надо усилий, чтобы всё потерять?! Привет, голод! Гумус, тебе скоро опять придётся воровать!

Повезло в другом. Кор-сэ́ Латьяун оплатил мои долги. Слава богу, что я не очень много проиграл.

– Кор-сэ́. А почему с нами нет Юдуса? – спросил я уже на грани автопилота.

– Отец считает, что он… Отец против…

– А я?

– Ты другое дело, – замешкался с ответом Адрус Латьяун. – Он считает, что ты дурак, но верный дурак. Сказал, что такие не предают…

– Мозгов не хватает?

– И это он тоже говорил…

– Забей… пошли пить… – сказал я. Остальное не помню.

Глава 6. Жёсткая правда о земляках, и как я был на охоте

Если кто-то думает, что я забыл о поиске земляков, то это не так. Просто времени не было, да и средства не позволяли. Во время второго посещения салона, а точнее, группы салонов, с кор-сэ́ я учудил так, что сам не знаю, как к этому относиться. Мне наконец-то повезло в кости. Причем в два этапа.

Во-первых, мне не хватало денег на минимальную ставку в банк, и я сделал финт ушами. Ну, точнее, опять выставил на аукцион своего оруженосца. Всё честно, как бы в шутку – торги для дам. Схема-то уже отработана! Сработала раз, почему бы не сработать и во второй?!

Если честно, то такого ажиотажа я не представлял. Шутейный торг превратился в ярмарку тщеславия. Надо выиграть, и всё тут! Или я не самая-самая?! А зачем мне этот юноша, когда кобелей полный салон, сама не знаю.

Признаться, и мы с Латьяуном поддали жару поначалу, ну, точнее, попросили его знакомую поднять ставки с сексуальным придыханием. Вот это уже номер! Телка, на которую все текут, чуть ли не стонет от взгляда на моего оруженосца. Тут такое началось, что я думал – Гумуса бабы разорвут.

Десятка золота за час уединения! Они тут с дуба рухнули?! Да его обмундирование меньше стоит! Полученный червонец я быстро спустил до трёх монет. Потом с трёх поднялся до пяти. С пяти просел до четырёх. С четырёх ушёл в отрыв на восемь. С восьми фортануло на шестнадцать.

Дебил, остановись!

С шестнадцати опустился до трёх… Потом новый заруб в кости. Три выросли в девять. Девять – в семнадцать.

Дебил, остановись!

Начал с семи. Спустил до четырёх. С четырёх – до шести. С шести – до двенадцати.

Дебил, остановись!

А вот хрен! С двенадцати – до шестнадцати. С шестнадцати – до двадцати одной монеты. И вот тут я стреманулся дальше играть.

Это для высшей знати мелочь, а мне так-то не кисло выиграть зарплату за год службы.

Помню ещё, что отдал деньги Гумусу и приказал бить меня по лицу, если ещё раз за вечер сяду за игральный стол. К чести моего оруженосца, надо признаться, он в точности исполнил моё пожелание, за что и отхватил от меня в ответ.

Стоя над его бессознательной тушкой, я вспомнил свой приказ. Блин, надо ему монету выделить за понимание и усердие. Спорить со мной пьяным – это ещё то счастье. Друзья в прошлой жизни и то со мной в спор не вступали. Типа протрезвеешь, потом поговорим, какая ты сволочь.

Как ни странно, мой пьяный дебош с оруженосцем был принят на ура местной публикой. Единственная, кто возмущалась, так это бабёнка, что час провела с Гумусом. Не знаю, чем он там её очаровал, но теперь я для неё скотина и солдафон – это если ещё смягчать выражения. Интересно, а большая у него шишка, раз за него так бабы переживают?!

Последующие события я плохо помню. Перебрал. Помню, что ползал пьяным в ногах у Гумуса и орал, что не встану, пока он меня не простит. Этого местная публика не поняла, но сочла за причуды рыцаря. Думали, наверное, что это такая шутка, а вот я ни хрена не шутил.

Потом опять подрался. Надо было спустить пар. Дрался со старым противником. Ну, с тем слугой, который мне уже надавал кулаками по роже. Шёл в бой, чтобы искупить свою вину, а получилось как всегда. В общем, теперь я ему навалял. Тупо со злости. То ли он расслабился после прежней победы, то ли у меня злость поднялась. Меня от его тела оттащили, когда было уже понятно, что я дурачок и гашу его в мясо.

А вот так. Раз на раз не приходится, о чём я заявил своему оруженосцу. Мастер – он на то и мастер, чтобы таких «раз на раз» почти не случалось. Бывает один раз на сто, но оказывается, что и мастер отдыхает. Вроде он меня понял на наглядном примере.

Из дальнейших событий после этой эпатажной пьянки можно упомянуть визит в таверну к наёмникам, ну, ту, которую мы с Антеро вместе посещали.

Не буду говорить, что Нетфе мне удалось уболтать совсем задёшево, но, скажем так, я был готов расстаться и с большим. Четыре золота так-то – это тоже немало, почти три моих зарплаты. В ответ Нетфе выделил человека, чтобы сопроводил нас до скупщика краденого и отрекомендовал.

Выложенный товар, если честно, меня не обрадовал. Зачем мне украшения и прочая ерунда, если я хочу видеть совсем другое. Пришлось пойти на крайние меры и автоматически увеличить ценник на будущую покупку. Я показал патрон и попросил принести всё странное. Скупщик долго мялся, смотрел на меня, думал, но после вынес образчики товаров. Мотки верёвок, алюминиевые штыри альпинистов, почему-то один ботинок с шипами, ледоруб, консервы, патроны двенадцатого калибра, ствол разобранной двустволки.

– Это всё?

– Достаточно.

– Как к тебе это попало?

– Но ты же не настолько глуп, чтобы считать, что я тебе это скажу?! – ответил скупщик.

Я заметил движение в полумраке. Пасут, поведу себя не так – и меня продырявят. Не удивлюсь, если в темноте засел кто-то с арбалетом.