Илья Романов – Липовый барон (страница 2)

По словам великого Сталина, «главное, не кто как голосует, а кто как считает», так же и в моём случае: местный хранитель порядка явно подсуживал нам с Антеро.

Нам прокатило по полной. Судья, то есть граф, пошёл на ещё одну маленькую уступку в мой адрес. Мне было дозволено навязать покойнику барону своё оружие, а именно ножи. Кто не в курсе, то поножовщина – это больше рукопашная, чем фехтование, и мне посчастливилось отделаться только испугом, чего нельзя сказать о моем сопернике. Так сказать, опыт ножевого боя имеет каждый, кто рос в девяностые, при условии, что он не был в категории терпил… Что тут сказать, выжил, и всё…

Мой отморозок тоже не дал маху, хоть и старик. Двух из троих мы убрали, а третий оказался умнее и не стал подставляться. Потом мы ещё созерцали его подвиги на турнире. Так себе соревнование. Судейство то ещё: против пришлого явно выставляли непростых перцев, и он получил своё.

На турнире мы сорвали большой куш на ставках. Я попутно, по глупому стечению обстоятельств, обручился с пригретой нами девушкой, определённой местными в шлюхи, но спасённой прежде, чем она стала официальной потаскушкой и была обязана делиться частью заработка с графом. Пил с гномом. Потом по пьяни выбил зуб его брату, проживающему у барона, а он мне одной колотухой поставил синяк на пол-лица…

Тьфу ты, опять забегаю вперёд… Мы с гномом-оружейником пропивали коней наёмников, успокоенных до приезда в столицу графства, ремонтировали доспехи Антеро. Ну, как-то так, жизнь состоит из мелочей…

После турнира граф нас озадачил по полной. Этот урод решил избавиться от лишних свидетелей, но сделал это хитро и под благовидным предлогом. Эта скотина послала меня на заведомо невыполнимое задание. Вроде что тут такого – скататься в соседнее баронство и передать от лица графа бумаги о предложении сменить вассалитет с королевского на графский?! Наивные! Барон – человек с репутаций железного слова! А он обещал вешать на стенах послов и от графа, и от маркиза, оба его уже всерьёз достали!

Чтобы я не сбежал, граф приставил ко мне своих людей. Первое время даже думал, что меня до барона не довезут, а закопают неподалёку от местной столицы графства. Обошлось. Граф, прагматичная скотина, не столько меня устранял, сколько решил получить выгоду от моей смерти в петле – повод для войны с бароном. И это перевесило мою скоропостижную смерть недалеко от столицы графства.

Антеро, кстати, оказался не таким дебилом, каким я его счёл поначалу. Он напросился у графа сопровождать меня в поездке. Ему тоже не было резона оставаться в графстве, где его ждала официальная смерть от старости, а то, что из его спины при этом торчит смоченный ядом кинжал, никого не волнует.

Дать деру мы не могли, уж очень хорошо нас пасли, и оставалось только полагаться на волю случая. Что тут сказать, фортануло, да и только!

Впоследствии всё оказалось не так плохо. По приезде в баронство я обругал местной разновидностью мата самого барона, случайно оказавшего на стене. Дворянин настолько ошалел от моего поведения, что забыл о своём слове вешать послов и удосужился на личную встречу, где я ему сдал со всеми потрохами графа, готовящего военную экспансию.

Антеро тоже не дурак и под благовидным предлогом успел смыться от наших конвоиров, типа мне в усиление, а эти дубы только счастливо махали ему ручками вслед. Конвойные думали, что Антеро крышка заодно со мной, но они просчитались. Барон не то чтобы встретил нас как родных, но вешать сразу не стал, за что ему огромное спасибо.

Дальше пьянка, в общем, мы чудили. Я умудрился опять огорошить барона и вызвался стать тем дебилом, что берет удар на себя. По сути, навязал ему свою идею поработать подставной фигурой для убийц в обмен на свою свободу и место в гвардии короля. Стал липовым наследником барона для того, чтобы его бастард сумел добраться до короля и вступить в наследство, обломав графа и маркиза.

Так, опуская подробности, мы с Антеро доехали до столицы. Вашу мать, как меня достало попадать из огня в полымя…

Ах да, совсем забыл! Зовут меня Влад. Старый, обленившийся, заплывший жиром менеджер в прошлом. В ещё более ветхом прошлом – бывший реконструктор, хотя в отношении моей «грядки» и меня в целом уместнее будет сказать – отмороженный файтер из «Грибных эльфов». Кто в курсе реконструкторского течения, тот слышал про эту «грядку», а кто нет, тому валидол и гугл в помощь, читайте «Сказки тёмного леса»…

Часть 1. Мифы о благородстве благородных

Глава 1. Столица. О бренном, пупырчатой жабе и нелепостях жизни

Моя жизнь – это постоянный круговорот чёртова колеса. Сегодня я на коне, а завтра – спасаю свой зад от коня. Раз уж так зашло дело, то расскажу о своем жеребце. Своим первым в жизни скакуном я владею всего месяц. За это время с горем пополам научился не падать из седла. Надо же было так случиться, что эта скотина сбросила меня почти у самых ворот на въезде в Шакти, столицу королевства Скаген.

Я улетел на землю и по приземлении занимался не только спасением своей чести от хохота случайных прохожих, но и спасением своего зада от копыт разбушевавшейся твари. И какая муха эту заразу укусила?

Кстати, по поводу насекомых: их в окрестностях столицы и в самом деле много, такие жирные, жужжащие оводы, которые довольно больно кусаются.

Впрочем, причина моего бесславного падения наверняка не мухи, а обычная течка у кобылы. Не думаю, что это мой зад заставил привстать фаллос у жеребца, не настолько я симпатичный по сравнению с кобылицей. В общем, выползая из-под копыт беснующейся скотины, позора я хлебнул изрядно.

Горожане, стражники на воротах, мелкие купцы и еще Антеро до кучи хохотали так, что я хотел сквозь землю провалиться. Описывать свои эмоции и первые слова не буду. Достаточно того, что я назвал своего скакуна конской колбасой, уж очень меня эта идея в тот момент вдохновила. Так, проходив месяц без постоянной клички, мой конь обрёл имя Колбаса.

В дальнейшем моё с ним общение заключалось в словах (цитирую): «Колбаса! Колба-а-а-ска. Иди сюда, мой хороший, я тебя морковкой угощу. Не кусайся, скотина! Мои пальцы – это уже не морковка! Зараза, я тебя сегодня же отведу до ближайшей скотобойни!»

Впрочем, мои отношения с этой скотиной – это мои отношения. Касательно дальнейших событий, то мы с Антеро, уплатив плату за въезд, прибыли в столицу.

Первые впечатления о себе столица оставила не самые хорошие. Наш путь лежал с северного тракта, а это значит, что нам пришлось проехать сквозь пригород. Эта северная часть местными называется Вонючий город. По сути, это обычные трущобы. Извилистые, узкие тропки улиц между лачугами. Голодные оборванные попрошайки, ворьё, жульё, нищие, рэкетиры; дешёвые грязные шлюхи; угрюмые работяги, спешащие на работу; мелкие торговцы-лоточники, сивушная пьянь и группки крепких быков по пять-шесть человек, патрулирующие районы и следящие за порядком на территории их боссов.

Сразу после Вонючего города начинается Грязный. Это уже территория самой столицы: промышленные кварталы, кварталы гильдий, мастерские, ремесленники, склады, лавки мастеровых и прочие производства, без которых ни один город не может обойтись.

Грязный и Вонючий города разделены глубоким рвом и пятиметровым валом, внешняя сторона которого стёсана под шестьдесят-семьдесят градусов, а внутренняя растянулась длинной насыпью около сорока градусов. Поверх вала установлена трёхметровая деревянная стена из брёвен, вкопанных в землю. Так себе укрепление, но толпе голодных отбросов общества сходу такое препятствие преодолеть не удастся.

Ворота у вала со рвом обычные, деревянные, даже не обиты медью и больше напоминают двери от склада. Как раз у этого входа и произошёл печальный для меня инцидент с моим падением с разгулявшегося жеребца.

На удивление, у городских ворот у меня впервые в этом мире потребовали документы. Я уже хотел набычиться и послать всех лесом: всё-таки дворянин, а не абы кто, «знай своё место, быдло», но, увидев предупредительный взгляд Антеро, оставил нелепые замашки. Пришлось порыться в сумках и достать рекомендательные письма, так как подорожной с отметками пути у нас, естественно, не было: до этого никому и в голову не приходило требовать какие-то бумаги с двух рыцарей, чтобы поставить там печать и подпись.

Антеро мне позже пояснил, что столица живёт по своим правилам, и, по уму, надо было потратить время для объезда Вонючего города, чтобы к нам не придирались на въезде в Грязный. Высшая знать этим путём не ездит, а безземельным рыцарям в столице не рады. И в самом деле, вы что думаете: нацепите на себя рыцарские цацки, и все тут же преисполнятся пред вами почётом и уважением? Ага, как же! Хрен там плавал! Безземельные рыцари местными рассматриваются как убийцы, грабители, в лучшем случае – наёмники, и имеют самое низкое звание в местном табеле о рангах.

То, что мы безземельные, заметно сразу. Мы не на боевых конях – дестриэ[1], а на обычных скотинах, над нами не видно тряпок штандартов, с нами не путешествует с десяток слуг, оруженосцев и воинов копья[2]. Вывод: ещё одна воинствующая шантрапа пожаловала мутить воду в оплоте света, добра и справедливости.

Инцидент падения с жеребца имел самые плачевные последствия для моей репутации и послужил дополнительным стимулом, чтобы проверить у меня документы. Стражники, из-за моих нулевых навыков джигитовки, вообще смотрели на меня, как на дерьмо; чернь смеялась, и приходилось сдерживать себя в руках, чтобы не взбеситься и не повести себя как хотелось. В общем, я чувствовал себя драным д’Артаньяном при въезде в какой-то город на убитой годами кляче.