Илья Романов – Красный корпус (страница 8)
Нас вновь построили, а затем повели в сторону штаба. Величественное здание-коробка насчитывало четыре этажа, народа внутри было предостаточно, каждый занят своим делом. Обстановку особо не рассматривал, просто подметил окно дежурного офицера внутри, с которым парой слов перекинулся наш провожатый.
— Вот это ваша будущая святая святых, детишки, — Степан Андреевич обвёл помещение рукой. — Штаб! Именно тут сидит начальство и решаются все вопросы. А теперь пошли, надо ещё к кадровикам заглянуть и выдать вам документы.
Дальше нас повели в один из кабинетов, где три девушки в военной форме быстро оформили все бумаги, выдали нам корочки по списку и с чистой совестью выгнали из кабинета.
— Так, — сверился со списком Степан Андреевич, его бойцы держались рядом. — Сейчас я буду называть фамилии, делитесь на группы и ждёте. Итак, Милюхин Григорий…
— Здесь! — выкрикнул полноватый любитель клубов.
— Не здесь, Милюхин, а «Я»! Громко и чётко! — скривился седой воин. — Ещё раз! Милюхин!
— Я!
— Уже лучше, так… Урусов Олег!
— Я! — откликнулся рыжий, сделав шаг вперёд.
— Из строя выходить необязательно! Всему вас учить, желторотиков… — беззлобно пробурчал Степан Андреевич под улыбки своих бойцов. — Вставай давай к тому толстяку!
— Я не толстый! — обиженно прогудел юноша. — У меня просто кость широкая!
— Это ты маме своей расскажешь, а не мне, — хмыкнул Степан Андреевич. — Посмотрим, какая у тебя кость будет после КМБ!
Милюхин пробурчал что-то себе под нос и затих, а командир пошёл дальше по списку, разделяя нас на четвёрки. Девушек отдельно — парней отдельно.
— Демидов… — назвал он мою фамилию. — Ну этого хрен теперь забудешь, он точно тут…
— Один раз отличился и теперь всё, герой, что ли? — услышал я недовольный голос рыжего сынка важной шишки. — Я бы тоже…
— Что ты тоже? — поинтересовалась у него курносая брюнетка, в волосах которой были две красные пряди. Именно ей я помог не упасть в прошлый раз. — В отличии от него ты бежал впереди всех, спасая свою шкуру!
— Да ты!.. — задохнулся от возмущения Урусов.
— Отставить разговоры! — рыкнул один из опричников. — В казарме будете трепаться!
Закончив со списком и удовлетворившись, что никто не потерялся по пути и никого не сожрали твари, Степан Андреевич передал бумагу бойцу Корпуса с лычками унтер-офицера. Тот как раз пришёл под конец проверки.
— Ну всё, детишки! Я свою работу сделал и теперь вы сами по себе, — осмотрел нас командир. — Надеюсь, в следующий раз увидеть вас подготовленными бойцами Корпуса! Удачи и всё такое! Унтер-офицер, принимай командование!
— Есть, ваше благородие! — козырнул тот и, дождавшись, когда опричники уйдут, сухо представился: — Новобранцы, меня зовут Рудов Аристарх Сергеевич! Сейчас я сопровожу вас в казарму, где вы оставите вещи и познакомитесь с комендантом своего будущего жилища! А теперь, нале-во! Шагом марш!
Мы двинулись по асфальтированной дорожке, ведущей вдоль большого одноэтажного здания с несколькими входами. Персонал Корпуса то и дело заходил внутрь и выходил, а из приоткрытых окон доносился запах кухни.
— Здесь наша столовая, — махнул рукой унтер-офицер. — Приём пищи по расписанию трижды в день. Благодаря этому зданию в среду и субботу у вас будут счастливые дни.
— Почему именно среда и суббота? — поинтересовался Волков Игнат, здоровяк в очках, который в отличие от рыжего мало говорил, но по делу.
— Потому что пельменные дни, — громко хмыкнул Аристарх Сергеевич. — И нечего рожи корчить, барышня, — отреагировал он на реакцию Синокиной Альбины, той самой девочки с косичками. — Вы ещё пороху не нюхали, не голодали и не знаете, что такое наши местные пельмени.
— Со сметаной? — с робкой надеждой уточнил пухляш Милюхин.
— Со сметаной, — важно кивнул унтер-офицер, бросил взгляд на парня и добавил: — Но у тебя будет без.
Юноша сразу же приуныл под смешки остальных, а мужчина повёл нас дальше.
Здания казарм находились в западной части территории, в пяти-десяти минутах ходьбы от столовой, что не так уж далеко.
От меня не укрылось некоторое расслоение в зданиях проживания. Какие-то из них были лучше, чем другие, более новые и качественные. Мелькали тут и там обитающие на территории Корпуса люди, среди которых женщин было не сильно меньше, чем мужчин.
— Здесь общежития, казармы офицерского состава и элитных бойцов Корпуса. Тех, кто занимается в основном походами в Червоточину, — поделился информацией Аристарх Сергеевич. — Если хорошо покажете себя во время службы, то вас переселят сюда. Но я бы особо не рассчитывал.
— Почему? — спросила Аврора Михеева, чёрные волосы которой украшали красные пряди.
— Потому что, тем из вас, кому повезёт остаться в живых, будет откровенно плевать, где спать и где жрать, — сухо ответил унтер-офицер и любопытство девушки сразу испарилось, а на смену ему пришёл страх. Скорее всего вспомнила увиденное сегодня.
Дверь одной из казарм, рядом с которой стояла беседка и росли в клумбах цветы, открылась, выпуская наружу высокую и мускулистую женщину. Настоящую валькирию в топике и песчаного цвета штанах с берцами. Её плечи и руки покрывали шрамы. Она подожгла сигарету, окинула нашу разрозненную толпу взглядом и усмехнулась.
— Новое пополнение, Рудов⁈ — иронично спросила она. Голос у неё был под стать телу — глубокий, сильный.
— Так точно, ваше высокоблагородие!
Женщина ещё раз обвела нас взглядом, хмыкнула и потеряла интерес, направившись в беседку.
— Вот это бой баба… С такой не забалуешь… — тихо прошептали за моей спиной.
Унтер-офицер это услышал, резко остановился, после чего развернулся. На лице у него вздулись желваки.
— Советую вам выбирать выражения, молокососы, — сквозь зубы процедил он, пытаясь найти среди нас того, кто так нелестно выразился о воительнице. — Её высокоблагородие, ротмистр Самойлова, один из лучших бойцов Корпуса, заслужившая уважение и свою репутацию. Вам эти понятия мало знакомы, бывшие простолюдины и бастарды, но если хотите пожить подольше, научитесь следить за своим языком уже сейчас!
Возразить никто не посмел. Я заметил краем глаза, как пристыженный щуплый парень постарался поближе прижаться к своей компании, которую возглавлял рыжий.
Больше никто не разговаривал, и мы в тишине дошли до точки назначения. Что сказать? Казарму нам выделили из разряда, чтоб не замёрзнуть и где крыша не протекает. Плитка на крыльце потрескалась, козырьку требовался ремонт, а петли двери проржавели.
— Так, девушки остаются на месте, — распорядился унтер-офицер. — Парни за мной. В проходе не стоим.
Доски полов внутри помещения скрипели при каждом шаге и постеленный кем-то в прошлом веке красный ковёр ситуацию не особо спасал. Стены обшарпаны, краска с них частично облезла, неподалёку от входа стоял старый, продавленный диван.
— О-о-о, а вот и наше пополнение! — радостно воскликнул сидевший за деревянной стойкой усатый старик в очках. Благодаря линзам его глаза казались двумя большими блюдцами. Пригладив редкие волосы, он широко улыбнулся и зачастил: — Благодарю, Аристарх Сергеевич, дальше я сам!
Мужчина кивнул, одарил нас напоследок суровым взглядом и ушёл, а старик вышел из-за стойки и подошёл поближе.
— Итак, ребята, я комендант этой казармы, где вы будете проживать вплоть до окончания КМБ! Зовут меня Милославский Альберт Викторович! Как вы уже должно быть заметили, казарма старая и давненько не видела ремонта, но не переживайте! В ваших комнатах будет тепло и сухо! В дальнейшем вас непременно определят в другие казармы, как только закончится курс молодого бойца! Вопросов по этому поводу нет? Чудно! — покивал он. — Вижу вы уже разбились на группы, это хорошо! Очень хорошо! Сейчас пройдёмся по списку, а затем я выдам ключи и скажу, когда вам подходить за бельем, формой и всем остальным необходимым!
Вновь началась перекличка и тем самым группам выдавались ключи от комнат. Один дубликат на лицо, в комнате, как я понял, проживало четыре человека. На это и был расчёт делёжки на кучки. Моя фамилия и фамилия Анатолия прозвучали последними.
— Повезло тебе, Костя, — фамильярно обратился ко мне комендант, но я не придал этому значения. Теперь мы в Корпусе, а значит благородный статус и прочее остались за забором. — У тебя и Иванова будет одна комната на двоих.
Я бросил взгляд за его спину, где за стойкой, в раскрытом ящике висело достаточно ключей, и с вопросом посмотрел на старика.
— Я так понимаю, это привилегия, Альберт Викторович?
— Не удивляйся, парень, — широко улыбнулся он. — Слухи расходятся быстро, а штабс-ротмистр Алексеев уже доложил о происшествии, где вы с Анатолием поучаствовали. Корпус умеет быть благодарным. Царские хоромы, как понимаешь, — обвёл старик рукой вокруг, как бы намекая на состояние здания, — вам сейчас не предоставят, как я уже сказал ранее. Хорошую комнату тебе выдадут после КМБ, а люкс ещё заслужить надо. Вот начальство и распорядилось, чтобы тебя и Толика поселили в отдельную комнату на время обучения. Удобств там немного, но побольше, чем в обычных кубриках.
Хм, похоже, Алексеев это тот светловолосый. Или это фамилия Степана Андреевича? Ладно, сейчас это было не так важно.
— Понял. Благодарю, Альберт Викторович, — кивнул я коменданту, принимая ключи. Свой угол всё же лучше, чем ютиться в одном помещении с толпой, хотя это и не критично. Не будь здесь казарм мне бы и палатки хватило. Главное, что рядом с Червоточиной. — Я передам ключ Иванову, когда с ним закончат в лазарете.