Илья Рэд – Инвестиго, затерянные в песках (страница 39)

— Но как же третий этап? Они ведь не переживут такого?

— Да какая разница? Третьего этапа не было уже пять игр подряд, аха-ха-ха! Наслаждайтесь, нас ждёт ещё много развлечений и, да, спасибо господину сенатору, — он махнул грузному мужчине в белом, лапающего за грудь свою спутницу. — Атавира, как всегда, любезно скинула нам рабов.

— А? Что? — оторвался тот от созерцания выпуклых прелестей, его покрасневшее лицо ничего не понимало.

— Ха-ха, ничего, развлекайтесь, сенатор!

Инвестиго за задницу уже похотливо лапала вдова Соммула, поэтому он повернулся к ней, взял на руки и как пещерный человек потащил в свою палатку.

— Отойди, урод, я первый!

— Нет, я!

В дверях в ратушу началась давка, но скоро все оказались внутри просторного помещения и глазели по сторонам. Крижен мигом определился с тем, что надо делать.

— Помогите мне оттащить вон те шкафы, построим баррикады.

Мысль всем показалась дельной, поэтому ещё после бега и запыхавшиеся они кинулись помогать, но их рвения остудил громоподобный рык.

— Куда собрались! Я тут командую!

Ульрих растолкал окружающих, чтобы подойти к Крижену и ткнуть его толстым пальцем в грудь.

— Какого Альтэндо ты открываешь свою пасть, белоснежка, я разве разрешал тебе?

— А кто сказал, что ты теперь главный? Нас тут десять против пятерых, да парни? — обратился он к остальным игрокам и достал из кармана синий кристалл. — Пока вы как дебилы убивали магией, я экономил и купил вот это.

— Ну и что? У тебя одного кишка тонка, не справишься.

— С вами-то? Да запросто, для первого ранга это не составит труда, — оскалился Крижен.

Для остальных это стало откровением, потому что они думали, что белобрысый маг-неудачник в паре с голюдем не доживут до третьего этапа, а тут всё переворачивается с ног на голову.

— Блефуешь, — сузил глаза Ульрих, пытаясь найти зерно правды в словах незнакомца, он не хотел нарываться на сильного мага в замкнутом помещении, когда все истощены. — У тебя не может быть шести тысяч маны. Он шарлатан, не слушайте его!

Но это не убедило обступившую Ульриха и его парней толпу. Она почувствовала слабость доселе безжалостного хищника, а он, в свою очередь, понял, что их сейчас разорвут на куски.

— Лекарь, отойди-ка в сторону, — велел Крижен, пытаясь губами коснуться несуществующего кольца в носу, этот нелепый жест ещё больше подтвердил мысли Ульриха о ненормальности его врага. — Мы тебя не тронем, смысл? Ты полезный, тебе незачем погибать.

Снаружи уже послышались первые крики нападавших, перебравшихся через разрушенную стену. Щуплый парнишка с повязкой на лбу нервно покинул пятёрку.

— Отлично, — вкрадчиво произнёс Крижен, — а теперь отойти могут те, кто не хочет подыхать за своего босса-вонючку. Мы вас тоже не тронем.

— Вы куда, э? Трусы! — яростно крикнул на них Ульрих. — Ну давайте, схлестнёмся раз на раз, — он оголил свой меч, направляя остриё то на одного, то на другого. — Так просто я вам не дамся, заберу с собой парочку предателей.

Можно было сколько угодно говорить о неоправданной жестокости этого дикаря, но одного у него не отнять — свирепой безбашенности. Он реально мог ранить или убить даже при таком численном перевесе, поэтому Крижен поднял кулак сужающемуся кольцу своих новых союзников.

— Погодите, — они застыли на месте, с ненавистью поглядывая на Ульриха, каждый хотел отрезать от него кусочек на память. — Мы не будем его трогать.

— Эта гнида убил Ингу, потому что не хотел делиться маной, какого чёрта, Крижен? Она не заслужила такой смерти, Ульрих должен сдохнуть. Так будет справедливо.

— Да…

— Согласен!

Окружение было против милосердного порыва своего нового лидера, но он вмешался в обсуждения.

— Этот кусок говна всем надоел, но я предлагаю сделать лучше. Пусть он валит отсюда и ищет укрытие в другом месте. Мы не ублюдки, чтобы убивать своих, мы не поступим так, как он это сделал с Ингой.

— Какой смысл? — раздался вопрос, но Крижен поднял руку.

— Ну так что, Ульрих, что выберешь: бесславно подохнуть здесь или побороться за свою шкуру там? — он кивнул в сторону двери.

Бывший вожак свирепо сжал зубы, по его башке тёк пот, а глаза бегали туда-сюда.

— Какие же вы куски говна, открывай! — он выбежал наружу, не собираясь прятаться, а когда двери за ним захлопнулись, разнёсся яростный крик. — Идите к папочке, давайте! Я отрежу ваши тупые зелёные бошки и отправлю матерям!

— Баррикада, — напомнил всем Крижен и народ проснулся от оцепенения.

Несмотря на гадкий характер, Ульрих притягивал своей необузданностью, хотелось быть к ней причастным.

— Этот кретин оттянет на себя внимание, поэтому мы его отпустили, — отчëтливо сказал маг, чтобы все услышали.

Важно, чтобы его первые действия в качестве лидера были успешными. Ульрих и вправду мог сократить численность врага. В итоге они и сами не замарались, и избавились от части налëтчиков. Когда обороняющиеся это поняли, сразу же приободрились.

— Крижен голова, шарит, — огласил мысли остальных соратник Инги.

Судя по крикам снаружи, Ульрих успешно приступил к своей миссии громоотвода.

— Ты, ты и ты со мной на балконы, — велел маг трём чивинам. — Все остальные встать у окон и держать оборону! Лекарь, следишь за ранеными, на царапины не распыляйся, только серьëзные травмы, понял?

— Понял, меня зовут Джой.

— Мне насрать, Джой.

Когда они увидели, что враги — это армия голюдей, Ульриха среди них уже не было, и тела тоже. Как ни всматривался Крижен, нигде не видно даже разорванных частей. Поэтому он велел чивинам начать атаку на мелких ушлёпков.

Птицелюди обладали большим запасом маны, чем обычные люди, потому что она нужна была для активации крыльев и поддержания полёта. Маг боролся вместе с ними сообща бок о бок.

Во врага полетели острые каменные пули. Крижен часто их использовал в драке, но не потому, что у него не хватало фантазии на что-то ещё, нет. Просто это самое дешёвое и смертоносное по своей стоимости заклинание. К тому же оно пробивало антимагический эф-слой. Крижен всегда был за эффективность, а не за эффектность.

Его металлические пули, конечно, стоили куда дороже, но их он старался тратить только в особых случаях, когда не было права на ошибку. Как, например, с насильниками девочки в городке Юсафа.

От зеленокожих карликов с дубинками отрывались целые куски мяса, иногда даже конечности. Они падали замертво, харкая кровью, но на раненых никто не обращал внимания. Их затаптывали бегущие сзади товарищи. У всех маниакальный блеск в глазах и жажда разорвать спрятавшихся игроков на куски.

Магического потенциала Крижен не увидел — почти у всех маны по нулям, иначе никак не объяснить, почему они так тупо дохнут. Без эф-слоя идти на штурм? Как-то опрометчиво и жестоко… К самим себе.

— Они больные, — удивился чивин. — Я по нулям.

— Иди вниз, — распорядился маг и продолжил косить противников, однако после первой лавины смертей голюди стали хитрее и рассредоточились.

Как зелёные тараканы они ползли на их укрепление отовсюду. Карабкались на крышу, чуть ли не держа дубинки в зубах, пытались проникнуть в окна, через подвал и даже дымоход. У парочки смельчаков, кстати, получилось, и они убили…

— Лекаря? Что? — Крижен не мог поверить своим ушам. — Как вы это допустили? — спросил он, оглядываясь через плечо и не забывая отстреливать одиночные цели.

— Их сотни, млять, да кто ж знал, что они из камина выпрыгнут? Что с ними не так?

— Зажгите камин, тупицы! — проорал он прибежавшему с докладом четвёртому чивину, ещё не участвовавшему в обстрелах. — Мана есть?

— Да, забрал кристалл у лекаря.

— Становись со мной, на тебе крыша.

Ну зашибись, теперь их осталось тринадцать. Внутри на втором этаже послышался звон бьющихся стёкол. А потом звуки борьбы, протяжный вскрик. Подобное произошло снова и с левой стороны ратуши. Здание-то огромное, его не проконтролируешь столь малыми силами.

— Голюди внутри!

— Мать твою, оставайся тут, я разберусь, — приказал Крижен и достал меч, не хватало, чтобы их обошли в спину.

Он пробежался по коридору и сходу напоролся на трёх зелёных «друзей». Обратной наковальней их подбросило к потолку и дезориентировало. Когда они упали на пол, Крижен ударом ноги вырубил первого, второго проткнул насквозь через спину, вынул меч и третьему, уже вставшему, но качающемуся срубил полголовы. Голюдь упал на ковёр и разбросал свои мозги.

Парой выстрелов Крижен на всякий случай добил первого и побежал дальше. Часть нападавших уже были внизу и с ними разбирались. Сейчас главное — перекрыть поток подкрепления. Мелкие ублюдки хоть и убивались легко, но не оставляли за собой магический след. Невозможно было понять, где они сейчас прячутся. Именно поэтому для Крижена стало неожиданностью, когда с потолка упал враг и огрел его по голове дубиной.

— Мой, ты мой человека! — прорычал на странном наречии полуросток и вмазал Крижену по колену, чтобы маг не смог убежать.

Послышался неприятный хруст. Перелом с костями наружу. В это время у художника потемнело в глазах от боли, и он покрыл себя огненным эф-слоем. Да таким плотным, что поджёг и голюдя.

— Я не погибать, это мой человека! — заорал зеленокожий, попятился к парапету и свалился с лестницы на первый этаж.