Илья Рэд – Андервуд. Том 2 (страница 42)

«Пеньки», где они уселись, были неслучайны. Это своеобразные остановки на пути жителей подземелья. Делались в расширениях сбоку от дороги. Из подручных средств создавались столы, стулья, скамейки, чтобы прилечь, а в некоторых местах можно было найти проточную воду, бьющую ключом прямо из породы. Люди могли умыться, отдохнуть, перекусить и идти дальше.

Ник расчесал вырвавшиеся на свободу пряди, стараясь делать всё безболезненно.

— Кайф, — зажмурила глаза девушка, когда он, наконец, распутал всю конструкцию и методично прошёлся расчёской по всей длине.

Осмотревшись, он нашёл кусок чёрного хитина, который путешественники использовали в качестве подстилки для стульев. Острым ножом срезал с него тоненькую полоску, из которой тут же обстругал палочку сантиметров пятнадцать.

— Что ты делаешь? — заинтересованно повернулась Алекса, собираясь уже вставать.

— Сиди, сейчас увидишь.

Он собрал её волосы на затылке в низкий хвост, накрутил на палец и завернул в пучок по спирали, напоминающий букву «О». Самодельную шпильку продел внутрь и нанизывал пучок до тех пор, пока вся конструкция не закрепилась. Обойдя девушку спереди, он выпустил пряди возле лица, придав укладке лёгкой небрежности.

— Готово, — улыбнулся Ник, предоставляя девушке возможность посмотреться в походное зеркальце.

— Как-то… Непривычно, что ли, — она подняла на него глаза и снова оценила причёску, ворочая головой вправо-влево, — но ты знаешь, мне нравится, спасибо, — лёгкая улыбка тоже тронула её лицо. — Никогда бы не подумала, что ты спец по волосам. Мог бы отлично зарабатывать.

Они рассмеялись. В Андервуде действительно не хватало грамотных парикмахеров из-за малого количества людей с шевелюрой. Те, что были, заламывали конские ценники.

Ник не стал рассказывать, что научился этому, тренируясь на жене и дочке. Быть отцом — большая ответственность и пришлось серьёзному дяденьке, одному из ведущих космических инженеров, учиться заплетать косички перед школой. Саша редко вставала рано. Так что утреннее время всегда было его вотчиной.

Ник с теплотой вспоминал прошлое. Перед ним практически вплотную стояла Саша. Именно с этой причёской она чаще всего ходила по дому и на улице. Ему давно хотелось примерить старый образ на Алексе и сейчас аж дух перехватило от невероятного сходства.

— Идём? — спросила девушка, встав со стула и потянув сначала один локоть вбок, а потом второй, разминая затёкшие мышцы.

— Да, — ответил он и положил хитиновую подстилку обратно, мусор от стружки тоже убрал, а затем запрыгнул на Принца. — Вперёд дружище… — он хотел как-то развеять свою хандру шуткой или просто заполнить образовавшуюся тишину хоть чем-то, но почувствовал, как вокруг него сзади обвились женские руки.

Обычно девушка подстраховывалась только при быстрой езде, но сейчас они двигались вяло. Ник ощутил, как сердце помимо его воли забилось быстрей, а во рту пересохло, но ничего не сказал.

В нём странным образом перемешались желание, вина и жажда хоть немного уменьшить боль, с которой он так долго жил.

Ник не помнил, как они добрались до Р10. Это произошло в полном молчании. Поселились в одном домике, но в разных комнатах.

Он стоял в центре своей, вытирая мокрую голову полотенцем, и услышал, как в соседнем помещении скрипнула кровать. Тюки с походными вещами громоздились в углу.

Он вглядывался в большое ростовое зеркало и видел перед собой атлетичного юношу без единого шрама. Ник и сам не заметил, как разительно трансформировалось его доходяжное тело. Худоба и выпирающие рёбра сменились стальным торсом с утрамбованными кубиками пресса, мощной грудью и руками, покрытыми буграми мышц.

Он смотрел сам себе в глаза, думая совершенно о другом. Ник накинул халат, провёл рукой по седым волосам и вышел из домика, мимолётом бросив взгляд на журчащий внизу водопад.

В запретной для купания зоне барахтался Принц. Поодаль умоляюще кричал работник вараньего стойла и махал копчёной змеёй, пытаясь выманить проказника на берег.

Тук-тук.

— Открыто, — раздался женский голос.

Ник вошёл внутрь. На тумбочке возле кровати тлел алхимический огонёк в мешочке. Алекса обернулась и продолжила рассматривать огромное зеркало перед собой, поглядывая на него временами. Её ресницы выдавали волнение. Он подошёл к ней.

— Это её ты пытался из меня вылепить? — кивнула она на отражение с новой причёской.

Его руки сами собой легли ей на живот и на короткий момент они встретились глазами в отражении. От Алексы пахло едва уловимым цветочным ароматом.

Ник поцеловал её в шею. Девушка прикрыла глаза, нагнув голову вбок. Постепенно по нежной коже он добрался до щеки и, наконец, повернул лицо Алексы так, что коснулся её влажных губ. Поцелуй затянулся, и вот она уже сама обернулась и обвила руками его шею.

Последние сомнения снесло лавиной горячих, сжигающих все мосты чувств. Лёгкий халатик слетел с девушки. В отражении он увидел её на короткий миг сзади, а потом уловил прикосновение женской тёплой груди к своей коже. Его халат она тоже нетерпеливым движением сбросила.

Подхватив лёгкое тело на руки, Ник аккуратно положил жену на кровать и растворился в нежной податливости любимой женщины.

Ганс откупорил початую бутылку вина и плеснул дорогой напиток в отдающий синевой хрустальный бокал. Жидкость бликовала в искусственном освещении его покоев. Ну как его — захваченных у Хисториусов.

Сейчас парни мародёрствовали в третьей уничтоженной мини-пещере. Количество подчинённых росло, а вместе с ними и аппетиты. Аристократ и рад бы остановить свои амбиции, но ему требовалось всё больше и больше емировых камней для нормального существования.

Он заметил признаки пробивающегося рога уже спустя день после первого нападения. Сенсей был прав — сила отбирала у него внешность и способность себя контролировать. Из-за давления у него всё чаще болела голова. Лицо краснело, и если не растворить волшебный камешек происходил выброс энергии.

Однако Ганс научился подстраиваться. Аккурат перед срывом он планировал очередной налёт и веселился там вовсю. Совмещал приятное с полезным.

Сначала Брогг был против рискованных ударов по знатным семействам, но Ганс убедил его, а тот подтянул остальных. Таков дар «А» угрозы — способность влезать в чужие головы.

Он ещё недостаточно хорошо его изучил, но ближайшему окружению качественно промыл мозги. Правда, это отняло порядочно времени и пришлось потратиться, но оно того стоило.

Новые возможности манили своими перспективами, но Ганс не хотел становиться кровавым маньяком — это не в его правилах. Смертей Арлингов и Хисториусов будет достаточно. А дальше он докажет отцу, что тот был не прав и отберёт бразды правления древним родом.

Напиток был что надо. Приятно согревал внутренности. Ганс подошёл к окну — там уже запалили костёр и сжигали улики. В Андервуде имелись хитроумные технологии для расследований. Один посмертный слепок глаза чего стоил.

Новый артефакт позволял увидеть последнюю минуту жизни погибшего. Сфероидный стеклянный кристалл выводил мутную картинку и благодаря этому уже нашли несколько серийных убийц и бандитов.

«Оно, конечно, хорошо», — подумал Ганс, — «но в подземельях редко оставляют тела нетронутыми».

Такова природа дикого мира пещер: поглощался каждый кусочек строительного материала. Одних существ убивали другие, а вторых — хищники покрупней. И на каждого хищника находился свой свирепый собрат. Круговорот жизни и смерти.

Он выбил окно локтем и крикнул вниз с третьего этажа.

— Скоро там?

— Да-да, Ганс, почти готово, — помахал рукой коротконогий вормлинг.

Его звали Куро. Он был боевым алхимиком группы. Интересный малый — мастер на все руки. Везде умел по чуть-чуть, но ни в чём не углублялся, кроме алхимии и артефакторики.

Он смастерил себе экзоскелет на короткие ноги, нивелировав разницу в росте и ширине шага. Это приспособление позволяло ему прыгать на четыре метра вверх. Правда, расходовало емирову руду как артефакт, потому он использовал приспособу только в крайних случаях.

Северную сторону виллы снесли. Группу интересовал фундамент — именно там и была заложена кладка с волшебным ресурсом. Куро отвечал за подрывные работы, а с ребят грубая сила. Помимо пятёрки они прихватили с собой десяток мускулистых крысолюдов, одного гиганта Крайнего и пять вормлингов — все отчаянные ребята и с ними никто не хотел иметь дело.

Ганса это не отпугнуло. Как он уже сказал — дар располагать к себе людей смертоносней, чем любая физическая или магическая сила. Через полтора часа всё было готово. Они погрузили вырытый куб руды на самого большого варана и покинули обчищенное место.

Налётчики вводили Хисториусов в заблуждение, заставляя думать, что это дело рук Арлингов и наоборот. Ганс играл в хитрую игру, где методично планировал уничтожить оба мешающих ему рода. Первых за убийство и изнасилование матери, а вторых превентивно. Если выяснится, что именно он ликвидировал двоюродного брата Алексы, то быть войне. Лучше их убрать сразу, чем потом в открытом противостоянии.

В общей сложности команда заработала двести тысяч экоинов — примерно шестьсот разномастных камней. Ганс потирал руки. Лёгкие деньги.

Маленькая вилла, построенная в развлекательных целях, стоила баснословных средств даже по меркам андервудской знати. На эти экоины можно было облегчить жизни тысяч обездоленных.