Илья Рэд – Андервуд. Том 2 (страница 22)
В какой-то момент температура стала такой жаркой, что оба меча оплавились и бойцы рассоединились. У Ника остался кусок на одну треть клинка, а у Годдарда сцепленный неудобный для боя клубок металла. Который вскоре тоже отвалился от ручки.
Противники отбросили в стороны испортившееся оружие, и наступила любимая Ником рукопашная. В которой, кстати, зализанный красавчик тоже оказался хорош, но трущобы Андервуда учат многим подлостям и финтам. По-другому там не выжить.
Ник воспользовался силой инерции и преимуществом в физических показателях. Когда увернулся от бокового удара с правой, подпрыгнул, проталкивая себя за спину Красного плаща, и одним движением переместил тело на хребет врага, повиснув, как маленькая обезьянка. Далее удушающий.
Сколько ни старался изгаляться Годдард — сбросить его не мог. Ник хотел в этот момент именно переломать ему шейные позвонки, потому что достали уже. Всплеск гнева, и артефакты чуть ли не искрятся. Нечестная тварь. Возомнил себя невесть кем.
Гранд-мастер вдруг перестал сопротивляться и побежал прямо в сторону зрителей. Когда осталось шагов двадцать, он резко развернулся спиной к ним и выставил руки вперёд. Цилиндр воздуха выстрелил из ладоней мага и придал ускорение.
При столкновении с барьером из Ника выбило весь воздух. Ещё, кажется, что-то хрустнуло. Он отпустил жертву и харкнул кровью. Чёрт. Плохо дело. Годдард ударил его с ноги в лицо, а затем отпрыгнул на расстояние трёх метров и потоком пламени выжигал последние остатки антимагического щита.
Если так продолжится — этот кусок говна его поджарит. Какое-то время «кожа» защитит от высокой температуры, но рано или поздно физический урон от огня обуглит её. Ник встал и приготовился рвануть в последнюю атаку. Чертяра силён, чего уж скажешь. С артефактами, да и без тоже неплохо дерётся, но сдаваться никто не собирается.
Последняя сотка душ, пятьдесят, двадцать пять…
Мышцы напряглись, но неожиданно земля под ногами содрогнулась. Пламя Годдарда увело в сторону, тот удержал равновесие и погасил его. А вот Ника толкнуло вперёд лицом на землю. Он перевернулся и, держась за бок, встал.
С той стороны купола раздался второй толчок. И снова, как маленькое землетрясение проскочило по ногам. Это Саймон. Ломает барьер кулаком. Там сейчас огромная трещина, расползающаяся паутиной. Третий удар и рука пробила его насквозь. Ганс стоял неподалёку и зажимал уши ладонями.
По ходу это был какой-то гибрид звуковой волны и физической силы — остальные зрители тоже схватились за головы, а кого-то даже стошнило. У других кровь носом пошла.
Четвёртый удар разбил барьер ровно настолько, чтобы в него могло пролезть тело учителя. Полукровка спокойно, как к себе домой, зашёл внутрь и подошёл к Нику.
— Отлично держался парень, но это не твоя драка, а наши разборки с Сомсом. Иди отдохни, я тут разберусь, — он легонько похлопал ученика по плечу и вышел вперёд.
Ганс помог перебраться через отверстие и сесть на скамью трибуны. В руку Нику тут же всунули емиров камень — нужно было остановить внутреннее кровотечение. Тело пока слишком слабо. По идее его вообще должно было размазать и переломать кости позвоночника, но живучесть Жнеца не дала этого сделать.
Сейчас на него тоскливо смотрел последний десяток душ — регенерация ослаблена, но всё же есть. Да, против такого количества магии не попрёшь. Чёрт. Он-то думал, что почти двух тысяч душ на антимагический барьер хватит, но ошибался.
«Нужно больше», — промелькнула в голове мысль. — «Гораздо больше. У тебя есть огромный потенциал — надо его развивать».
Дальше сенсей о чём-то разговаривал минуты две с гранд-мастером и тот подозвал сослуживца. Магу принесли его артефакторный меч и заменили повреждённые пластины брони. Ник видел, как Годдард с раздражением отбрасывает в сторону истратившуюся бижутерию.
Удары «сожрали» весь запас емировой руды на ней. Пока происходил этот концерт, сенсей спокойно стоял, держа в правой руке знаменитые ножны. Те самые, которыми он постоянно колотил учеников. Больше на полукровке-крысолюде не было никаких магических артефактов.
Публика пришла в себя, и возмущённый шум постепенно нарастал, пока ведущий не объяснил, что сейчас пройдёт бой с человеком «из зала». То ещё шоу.
Кровь остановилась, и Ник смог запечатлеть начало боя. Когда оба бойца встали на исходную.
Произошедшее далее различить было невозможно. Саймон настолько быстро оголил меч одним движением и сблизился с противником, что тот не ожидал и получил мощный удар, разрезавший броню и опрокинувший даже такое тренированное тело.
Гранд-мастера протащило кувырком назад. Среди зрителей установилась мрачная тишина. Ещё пыль не успела осесть, а сенсей медленно выпрямился и дал противнику встать, поправляя свою заострённую шляпку. Как она не слетела⁈
Годдард вдруг окружил себя зелёным шаром то ли кислоты, то ли ядовитой жижи и скопировал технику Саймона, сорвавшись с места на расстояние в десять метров. Весь этот бросок слился в одну зелёную линию и Ник, честно говоря, был в шоке — от таких перегрузок любое тело разорвёт на куски.
Но гранд-мастер промчался возле сенсея и смог резко затормозить и снова ринуться в атаку. Саймон оставался в своём репертуаре, и, казалось, двигался нарочно медленно и растянуто. Однако каким-то чудом увернулся от молниеносного выпада как в первый, так и во второй раз.
В третий их мечи столкнулись, выдав сноп искр как от сварки. Оба не хотели уступать этот поединок. Годдард вдруг вышел из состояния зелёной линии и, расположившись на отдалении, выдал три рубящих удара мечом. Разрезающие воздух волны промчались на волоске от шляпы сенсея.
Он протиснулся между этими лезвиями воздуха, балансируя на одной ноге, но всё же потоки закружили его как балерину на одном месте. Годдард воспринял это за слабость и устремился в атаку, но стоило ему приблизиться, как волчок во все стороны выдал снаряды в виде острого тёмного стекла.
Подобную магию Ник встречал в первый раз — это что вообще такое? Гранд-мастер успел приподнять кусок земли перед собой. Тот топорщился как срезанная ножом стружка с дерева. Саймон снова был на месте и вскоре вломился в это укрытие, пробивая его с ноги.
Не ожидавший такого топорного действия, Годдард получил в грудак, но не упал — проехался на стопах по земле, поднимая пыль, словно тормозящие шины авто. Сенсей метнул куда-то вбок свою шляпу и снова атаковал.
Внимание гранд-мастера расфокусировалось, головной убор как бумеранг облетел весь колизей и возвращался по дуге. Все это видели, все это знали. Красный плащ, защищаясь, вышел из зоны атаки, когда острый головной убор должен был воткнуться в спину. В момент подлёта, ладонь Саймона вделась внутрь шляпы, тело крутнулось, и ноги махнули в движении, больше похожем на боевой танец. Снаряд снова пошёл описывать дугу.
Годдард не стоял на месте и излил вверх поток воды, разбросав его воздушными толчками повсюду, где должна была пролететь шляпа. Но в этот раз ветряные лезвия создал Саймон и не дал воде столкнуться с головным убором.
Всё это походя, во время основной атаки. Меч полукровки пронёсся рядом с горлом Красного плаща. Ещё миллиметр и всё, но противник тоже не лыком шит и контролирует расстояние без суеты. Сразу видно опытного мечника.
Годдард сделал «мельницу» левой рукой и на спуске создал каменный кулак размером с корову. Грохот и там, где стоял Саймон уже вмятина. Комья земли поднялись в воздух. Каким-то нутром гранд почувствовал приближение шляпы и нагнулся. Та врезалась в глыбу, обдав крошкой и искрами, а потом, срикошетив, снова улетела к хозяину. Саймон как раз после уворота оказался в нужном месте.
Напрямую метать он не хотел — враг отреагирует на угрозу, а так она летает себе где-то там, пусть ждёт удобного момента. Камень рассыпался в песок при касании Годдарда и преобразился в песчаную бурю. Оттуда временами вылетали снопы пламени, и слышался звон металла.
Маги даже в таких условиях умудрялись понимать, кто где находится, но вот Саймону надоела эта кутерьма, и он тоже выпустил брызги воды, повысившие влажность воздуха. Песок стал мокрым и менее подвижным, собираясь иногда в комья размером с кулак.
Противники вышли из неудобной зоны, и заклинание закончилось, всё попадало на землю, растворившись на микрокуски материи. Короткая передышка, где оба смотрят друг на друга, и снова пошёл контакт.
Ник, как и все прочие, забыли счёт времени, ведь за то, что сейчас творилось на арене, можно было отдать год жизни — такого никогда больше не увидишь. Поэтому все затаили дыхание и наблюдали, как двое искусных бойца пытаются найти слабые стороны друг друга: где-то хитростью, где-то грубой силой, но одно можно сказать точно — в первую очередь это война не тела и даже не магии, а разумов.
С каждым разом заклинания Годдарда становились всё сильнее и разрушительней, последнее землетрясение, что он вызвал под ногами Саймона, заставило вздрогнуть смотревших — не хватало ещё, чтобы они разрушили барьер до основания и уничтожили весь колизей. Однако прозрачные стены выдерживали.
Сенсей в долгу не оставался и пропорционально силе магии врага, ускорялся, избегая всплесков кипящей воды, дыхания огня и особо опасной каменной щебёнки, что бомбардировала магический серый круг, который он держал левой рукой.