Илья Попов – Карты, золото, меч (страница 40)
— Что конкретно случилось в «Пьяном гремлине»? Я жду подробностей.
Шип, слегка сбивчиво рассказал ему о нападении Регата на трактир и похищении Буги, не забыв упомянуть о предательстве капитана стражи Ричарда. Джузеппе внимательно слушал рассказ гремлина, не упуская ни единого слова и не перебивая.
— Chiaro, chiaro, — задумчиво произнес он, когда гремлин закончил. — А ты-то, каким образом ввязался в эту историю? У тебя вроде была конкретная задача. Ты разузнал хоть что-либо про Франца? — теперь, по-видимому, он обращался к Ивейну.
Ивейн рассказал ему о том, что, скорее всего, Франц был похищен Регатом при помощи его покойного двоюродного дяди Вильгельма и его сообщников. Также он поведал о своих догадках на счет того, где они могут прятаться вместе с пленными. Когда он замолчал, вновь наступила тишина. Видимо, Джузеппе Сальваторе обдумывал услышанное. Наконец, он произнес:
— Значит, Картель перестал таиться, и открыто объявил мне войну, кучка подлых cafones. Зря.
Ивейн хотел было уточнить насчет незнакомого слова, но передумал. Тем временем Джуз продолжил:
— Итак, что мы имеем — Регат, и та шайка мелких шулеров работают на Картель. А покрывает их Ричард, жадный cafone. Bene. Сегодня мы нанесем ответный удар. Одним ударом мы решим сразу две проблемы — разделаемся, наконец, с этим безбородым bastardo и вернем Буги и Франц. Поступим так…
— Вы думаете, они все еще живы? — спросил Ивейн.
Джузеппе замолчал, явно недовольный тем, что его перебили, но все же, спустя несколько секунд ответил на его вопрос:
— Живые эти двое куда полезнее, чем мертвые. Они много лет работают на меня и знают то, что не должны узнать мои враги. Имена наших людей в страже и банке, адреса складов… Нет, убьют их лишь после того, как удостоверятся, что они рассказали все, что знают.
— Буги крепкий орешек, босс, — заверил его Шип. — Да и Франц не болтун, хоть и человек. Уверен, даже Регату придется с ними повозиться, прежде чем они хоть что-то ему расскажут. Помните, когда мы…
Джуз хлопнул ладонью по столу и гремлин тут же захлопнул рот.
— Хватит болтать. Идите на место встречи в назначенное время. Вас будут прикрывать мои лучшие бойцы. Но гном мне нужен живым — я хочу знать всех, кто помогает ему в городе — если капитан стражи в кармане у Картеля, то могут быть и другие. Мне нужны их имена.
— А что делать с сообщниками Регата? Крысло, хромым и Ричардом? — спросил Ивейн.
— Крысло и хромой? Ах, эти… не скажу, что буду против, если они и другие сообщники Регата, так скажем, scompariranno. С Ричардом мы разберемся чуть позже, когда у нас будут прямые доказательства его измены. Ввязываться в открытое противостояние со стражей сейчас будет, по меньшей мере, неразумно. Я через своих людей в страже намекну о темных делишках капитана его заместителю, Мартину. Он хоть и стражник, но до упрямости честный. Вряд ли его можно подкупить. Если заместитель что-то заподозрит, то не спустит глаз с Ричарда и это слегка развяжет вам руки. А теперь, вы свободны.
— Будет сделано, босс, — кивнул головой Шип.
Раскланявшись с Сальваторе, они прошли через комнату троллей и двинулись назад по темным длинным коридорам, освещаемым лишь светильником, который на вытянутой руке держал гремлин. Правда, делал он это скорее для Ивейна, чем для себя, так как гремлины видели в темноте намного лучше людей.
— Хочешь лично убить Крысло? — спросил вдруг гремлин, идя по очередному коридору, который казался Ивейну бесконечным.
— Эээ… не знаю, — немного растерявшись от неожиданного вопроса, ответил Ивейн, споткнувшись о какой-то камень.
— Могу оставить его тебе, — пожал плечами гремлин, поворачивая налево. — Этот гаденыш вроде как тебя и твоих друзей грохнуть пытался. Да еще и с дядей твоим расправился.
— На самом деле, мы можем просто сдать его страже, — предложил Ивейн.
— Страже? Пффф, — Шип оглянулся на Ивейна и громко фыркнул. — Он слишком много знает, чтобы быть по эту сторону земли. Да и как ты уже понимаешь, стражникам сейчас нельзя доверить как никогда. Ты что, ни разу никого не убивал? Да уж. Ну, если в Распутье задержишься — наверстаешь.
Ивейн не был уверен, что хочет как-то это наверстывать, но решил промолчать. Выбравшись из дома с мнимыми больными, они вышли на улицу, попав под начавший накрапывать дождь. Гремлин накинул капюшон и поднял голову к серым тучам, застывшим над городом.
— Ладно, пошли назад к твоему другу орку. Думаю, нам лучше отоспаться, следующей ночью вряд ли выпадет такая роскошь. Тем более, вчера вы мне так нормально поспать и не дали, два трепла.
— Мне нужно вернуться в «Храп кабана», — Ивейн вдруг вспомнил, что все его вещи остались в комнате Гилберта, а рубашку и штаны он менял еще позавчера. Конечно, он мог бы попросить вещи у Громхака, вряд ли бы орка ему отказал, но думается, Громхак хоть и был почти на полголовы ниже Ивейна, в габаритах он явно выигрывал. Конечно, Ивейн мог быть зайти в одну из многочисленных лавок, но денег, полученных от Джуза, осталось всего ничего, да и он опасался
— Это еще зачем? — буркнул гремлин. — За трактиром наверняка следят.
Шип был непреклонен, но все-таки, Ивейн сумел его уговорить, пообещав, что это займет всего несколько минут и они выдвинулись в «Храп кабан», обходя встречающиеся им по пути стражников и лужи. Они прошли уже половину пути и сейчас направлялись к Большому Базару, на котором, судя по звукам, несмотря на ранний час, уже вовсю шла бойкая торговля. Даже через несколько кварталов они слышали доносившийся гвалт с торговой площади. Ивейн заикнулся о том, что на ней могли быть стражники, но Шип отмел его опасения. «Во-первых, даже если они там и есть, то заниматься они будут своими обычными делами — трясти деревенских торгашей, выколачивать для себя цены получше и прочие. А во-вторых — если и хочешь где-то хорошо спрятаться, то делай это на виду у всех» — заявил гремлин. Ивейну пришлось довериться его словам, справедливо рассудив, что в них есть зерно истины. Тут мимо них, на скрипучей телеге проехал тот самый старик, который вчера спас их от стражи, даже не удостоив их взглядом. Только худющий конь кинул на гремлина косой взгляд и фыркнул, видимо, узнав тех, кто без спроса воспользовался его услугами. Провожая уезжающего вдаль старика, Ивейн поинтересовался:
— А давно вы с Буги работаете на Сальваторе? Если не секрет конечно.
— Да что уж в этом секретного, — хмыкнул гремлин и почесал нос. — Давненько. Как в Распутье приехали, пару лет мелкой контрабандой занимались, а после одной из сделок на нас кое-кто из подручных Джуза вышел и предложил работу. После этого, конечно, дела пошли по крупному. Мы за первые полгода работы на Сальваторе столько золота заработали, что даже смогли обзавестись собственным трактиром.
— Я думал, ваш трактир — только прикрытие.
— Это конечно так, но по большей части он у нас для души. Ты же видел — я даже пиво сам разношу наравне с нашими работниками. Эх, этот безбородый ответит за то, что сделал с нашей таверной. Мы с Буги еще, когда сопляками по улицам бегали, мечтали о том, что у нас своя таверна будет — тогда нашу братию и не в каждый клоповник могли пустить. Да и сейчас с этим дела обстоят не лучше. Сгоняете нас в загоны какие-то, будто зверей. Вы люди те еще злобные бестии, хоть и строите из себя святош со своим сияющим диском, озаряющим всех вокруг и прочей чепухой.
— Приехали? А откуда вы родом? — попытался сгладить Ивейн неприятную тему.
— Родители наши с равнин, но жили мы на юге, — неопределенно ответил гремлин и Ивейн не стал дальше мучить его своими вопросами.
Через несколько минут они вышли к торговой площади, на которой кипела оживленная торговля. Ивейн, несмотря на слова гремлина, немного опасался того, что на площади их может кто-нибудь узнать, но никто не обращал на них ни малейшего внимания. Люди, гномы, орки, гремлины, лепреконы и другие были заняты торгами, спорами и руганью с клиентами и конкурентами. Обходя огромного орка, задумчиво перебирающего оружие у тарахтящего гнома, который уверял, что все лежащее у него на прилавке сделано из непревзойденной, острой как бритва, но тонкой как бумага стали, Ивейн почувствовал у себя в кармане чью-то руку. Схватив незадачливого воришку за кисть, он обернулся. Перед ним стоял молодой парень, чуть-чуть младше Ивейна. Вор выхватил свою руку и, потирая запястье, со злобой уставился на Ивейна.
— Ты мне чуть руку не сломал, урод! Я, между прочим, дружу с гномом, который знает человека, приятеля одного сатира, а тот выпивает с гремлином, который работает на Сальваторе. Слышал вообще о таком?
Услышав браваду паренька, Ивейн ухмыльнулся и откинул плащ, чтобы воришка мог увидеть ножны с мечом, висящие у него на поясе. Наслаждаясь вытянувшим лицом незадачливого карманника, Ивейн посмотрел ему прямо в глаза и произнес:
— Конечно, знаю. Я сейчас как раз от него иду. Шел бы ты подальше, пока я тебе по рукам не надавал, паренек.
— А что за гремлин? — ввязался в разговор Шип. — Я тоже с одним сатиром трактирщиком люблю выпить.
Увидев гремлина, лицо у парня стало белее кожи того северного орка, рядом с которым они стояли. Видимо, слова Ивейна и внезапно появившийся Шип произвели на воришку огромное впечатление, так как он, нервно сглотнув слюну, тут же растворился в толпе. Покинув торговую площадь, Ивейн и Шип зашагали по длинной идущей в гору улице. К их счастью, до сих пор на пути им не встретилось ни одного стражника. Видимо, из-за дождя, который к этому моменту превратился в настоящий ливень, вся местная стража предпочитала охранять помещение какого-нибудь трактира. Уже на подходе к «Храпу кабана», Ивейн спросил: