Илья Петрухин – Осовец. Книга 5: Химическая атака (страница 4)
Но санитары разбирали эти листки, как священное писание.
Последняя фраза была написана крупно, подчёркнута дважды, и рядом стояло восклицание. Ли Цзи не брезговала. Она знала: в окопах стесняться некогда. И умирать — тоже.
Она лично обошла все мастерские.
Её тихий, но властный голос, в котором не было и следа той хрупкой китаянки, какой её знали по лазарету, прорезал гул недоумения и усталости.
— Слушайте меня внимательно! — говорила она, останавливаясь посреди группы солдат, разрывающих ткань. — Повязка должна быть мокрой. Сухая — бесполезна. Пропитывать заново каждые полчаса. Раствор простой: сода и вода. Две ложки на литр.
— А если воды нет, барышня? — спросил кто-то из сапёров, с хитринкой в глазах.
Ли Цзи посмотрела на него в упор. Без тени смущения, без намёка на девичью стыдливость.
— Если нет воды — используйте мочу. Это важно. Лучше моча, чем сухая тряпка.
Сапёр поперхнулся смешком. Кто-то хмыкнул. Но смех быстро затих, потому что в глазах у этой маленькой женщины была такая серьёзность, что шутки казались кощунством.
— Поняли? — переспросила она.
— Поняли, барышня, — ответил за всех пожилой фельдфебель. — До мочи дойдёт — не постесняемся. Не впервой.
Ли Цзи кивнула и пошла дальше.
Параллельно она проводила ускоренные «курсы» для санитаров и офицеров.
В тесной землянке, где пахло сыростью и махоркой, собралось человек двадцать. Санитары с красными от бессонницы глазами, ротные командиры в мятых кителях, несколько вольноопределяющихся с карандашами наготове.
Ли Цзи стояла перед ними, держа в руке повязку, свёрнутую в плотный рулон.
— Смотрите сюда, — начала она без предисловий. — Фосген — газ тяжёлый. Он стелется по земле. Если вы увидели туман, который клубится ниже пояса — не ждите, пока он поднимется к лицу. Бегите вверх. На бруствер, на насыпь, на деревья. Всё, что выше, — лучше, чем в траншее.
Она развернула повязку.
— При первых признаках — резь в глазах, першение в горле, кашель — накладывайте повязку. Немедленно. Не дожидайтесь, пока человек упадёт. Если упал — тащите. За шиворот, за руки, волоком. Любое промедление — смерть.
— А если он уже задыхается? — спросил молодой санитар, бледный, с дрожащими губами.
Ли Цзи посмотрела на него. В её взгляде не было жалости — только ледяная, профессиональная правда.
— Если задыхается — кладите на левый бок. Голову приподнимите. Не давайте пить. Не пытайтесь вызвать рвоту. И не оставляйте одного. Человек с отёком лёгких тонет в собственной слизи. Ему страшно. Будьте рядом.
— А лекарства? — спросил кто-то из офицеров.
— Лекарств нет, — ответила Ли Цзи так же спокойно, как если бы сообщила погоду. — Есть только кислород. Но у нас его тоже нет. Поэтому ваша задача — не лечить. Ваша задача — облегчить. И отсрочить. Пока лёгкие ещё работают.
В землянке стало тихо. Кто-то выругался сквозь зубы. Кто-то перекрестился.
Ли Цзи сложила повязку и убрала в карман.
— Вопросы? — спросила она.
Вопросов не было. Потому что задавать их было некому. Война не любит вопросов.
Она вышла из землянки и столкнулась с Кириллом. Тот стоял, прислонившись к стене, и курил — жадно, глубоко, с наслаждением человека, который не знает, когда сможет сделать следующую затяжку.
— Всё? — спросил он, взглянув на неё.
— Почти, — ответила Ли Цзи. — Осталось только ждать.
Он кивнул, затушил папиросу о каблук и посмотрел на небо. Серое, низкое, без единого просвета.
Ветер дул с запада.
Всё ещё с запада.
— Ждать, — повторил Кирилл. — Это мы умеем.
Её самая страшная работа началась в лазарете.
Ли Цзи стояла посреди операционной, оглядывая пространство глазами хирурга, привыкшего раскладывать инструменты в идеальном порядке. Но сейчас она раскладывала не скальпели и зажимы. Она готовила лазарет к наплыву жертв, зная: для многих из них помощь будет бесполезна.
— Освободить всё, что можно, — сказала она старшей сестре. — Лёгких раненых — перевести в казармы. Тяжёлых — оставить, но сдвинуть, чтобы освободить место на полу. Снимите койки, где возможно. Люди будут лежать на носилках, на матрасах, на шинелях. Им всё равно будет не до комфорта.
Старшая сестра, пожилая женщина с лицом, изрезанным морщинами и горем, молча кивнула. Она давно перестала задавать вопросы.
Ли Цзи прошла к столу, где лежали стопки свежих бинтов. Она принялась раскладывать их ровными рядами — десятки, сотни. Белые полотнища, ещё не тронутые кровью. Она знала: через сутки они станут бурыми, пропитанными сукровицей и пеной.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.