Илья Павлов – Двойная звезда (страница 35)

— Чего стоим? Банн, вылавливать всех, брать в плен, сетки накидывайте и вяжите, убивать только тех, кто будет сопротивляться. Луц, корабль пристанет, мы должны быть там, все, с щитами, в полном обмундировании. Кам, отлавливайте всех, кто проплывет на бревнах дальше. Бегом! Бегом! Шевелимся, черепахи толстозадые! Наводчику катапульты гривенный за точность! Второй тому, кто их командира притащит живым! Корабль не портить, он теперь мой! Давай! Давай!

Драккар местных викингов отнесло от замка и вынесло на мель в пятидесяти шагов от берега. Пираты пытались оттолкнуться, но, подоспевшие арбалетчики, сразу заставляли их спрятаться за бортами. Вдоль всего берега вязали мокрых нахлебавшихся людей, некоторые пытались драться с громкими криками, но пару стрел в упор, и ор замолкал.

С судна пытались дать залп, но неуверенно, пара стрел воткнулась в стену наших щитов и все.

— Пат. Плохо.

— Что, ваша светлость.

— Патовая ситуация. Им не вылезть, нам не залезть.

— Будут ночи ждать, корабль раскачают и попробуют по течению свалить.

— Ну, уж нет.

— Штурмуем?

— Людей жалко. Поджечь, корабль жалко, но на крайний случай. Эй, на барже! Слышите меня? Чего молчите? Немые что ли все?

— Слышим, сейчас мы вам всем языки отрежем!

— А чего ты такой храбрый за борт спрятался? Вылезай! Не хочешь, ладно. Слушайте, «мореманы фиговы», или сдаетесь, или поджигаю ваше корыто и расстреливаю всех до одного.

Молчат, завозились, но молчат. Липп с Луцом дернули меня за щит, вовремя, стрела пролетела ровно над головой.

— Если в атаку пойдут, что делаем, ваша светлость?

— Пока они по пояс в воде побегут, мы половину постреляем. Думай, голова, думай, шапку куплю...

Но разбойники все решили сами, человек двадцать с ревом выпрыгнули через борт и ринулись к нам, одновременно десяток стрелков высунулись из-за щитов и дали в нас прицельный залп. В строю кто-то вскрикнул.

— Арбалетчики, целься, огонь! Щиты сомкнуть, — Луц проорал нужные команды. Нападающим снова не повезло, между мелью и берегом дно понижалось, немного, но бежать по колено или бежать почти по пояс даже, если это все десять шагов, это большая разница. До берега добежало человек двенадцать, трое из которых упали на песок раненными, остальные врезались в стену щитов, пытаясь пробить строй. Но Луц с Банном не зря гоняли гвардию последнее время, звон мечей, лязг железа, вопли, через голову летят болты в тех, кто остался на корабле. Через пару мгновений пятеро, оставшихся на ногах, отбежали к кромке воды, прикрывая собой лежащего раненного, скорее всего, их главаря. Сомкнули щиты и приготовились к нашей атаке.

— Стоять всем! — снова закричал я. — Кто старший? Еще раз предлагаю сдаться!

Вместо ответа один из оставшихся метнул в меня топор, но Оди прикрыл меня своим щитом в рост обычного человека, топор обухом врезался, отколов щепку.

— Вот ведь, викинги хреновы, ну что ж, кто с мечом к нам придет, тот от меча и погибнет.

В плен попало двадцать пять человек, трое умерли от ран, еще четверо оказались с большого корабля, бросались на всех при любом случае, я повел себя кровожадно. Восемнадцать оставшихся ходили под началом молодого вождя, это его прикрывали в бою на берегу. Рана его оказалась пустяковой, просто наглотался воды, пока его вытаскивали из воды после переворота одного из судов.

— Я герцог Корт Поду, как к вам обращаться?

— Ярл Гвен Большое гнездо.

— Большое гнездо? Почетно, почетно, — я еле удержался от смеха. Парень был молодой, чем-то похож на меня, отрубать ему голову охота пропала, но решил пока не выходить из роли. — Скажи мне, ярл, с какого рожна ты решил заплыть так далеко от моря и напасть на мой замок? Я не верю в случайности.

— В порту в Торе сказали, что замок будет разрушен, а городок можно будет разграбить, что войска не будет почти, а добыча будет славной.

— И ты вот так сразу поверил? Ну, да. Ты молод, первый поход, наверное, решил добыть славы и добычи, так ярл?

Он промолчал, но по рожам бородатых его спутников, я понял, что так дело и было.

— А что это за третье судно было?

— Лаги, мы их не любим, кровь льют за просто так, даже, когда добычи нет. Сказали, что тоже сюда пришли, что будут главными и половина добычи их.

— Тоже пришли? Интересно. Что же мне с вами делать? — сзади к моему стулу подошла Орха, облокотилась на мое плечо, все перевели взгляд на нее. Красавица в белой шубе, в серых штанах, с ножом на поясе, я, когда утром увидел, сам не мог отвести взгляд. За те дни, что она гостила у меня, она расцвела еще больше, в замке ее воспринимали почти как хозяйку, слухи о нашей совместной ночевке, хотя это больше и не повторялось, по-видимому, все же облетели всех, выпрямилась, подняла статно голову, глаза сияли, шаг от бедра, короче, ого-го...

— Корт, пусть живут.

— Да? Сострадание не чуждо твоему каменному сердцу, моя принцесса?

Все ошарашенно смотрели на нас, свои с улыбкой, пленные со страхом, понимая, что решается их судьба.

— Ярл Гвен, сколько стоит вот такое судно? — я кивнул на его же драккар, вытащенный на берег.

— Здесь он не нужен никому.

— Разве? Я вот знаю одного ярла с остатками дружины, который хотел бы вернуться домой. Как же его зовут? Не вспомнить... Большое ухо? Или что-то такое...

— Ты отпустишь нас?

— Даже не знаю... корабль... целый ярл... отважная дружина... сколько же это все может стоить...

— Мне не на чем доплыть за выкупом...

— А я дам тебе корабль в долг, и дружину твою для защиты. А ты привезешь мне железо столько, сколько посчитаешь стоит корабль, славный ярл и его дружина. А если подумаешь, то привезешь втрое больше, и остальное я у тебя куплю, и ты загрузишь свой драккар припасами на весь год, крупой, мукой, мясом, тканями, шерстью, что там тебе еще нужно...

— Торговля — это...

— А зачем на островах знать, как ты добыл все это? Вернулся с доброй добычей, не потеряв людей, что еще надо... славные истории? Так я тебе расскажу. Вот первый поход славного ярла Глена Большое гнездо. Два корабля, нет три корабля диких лагов напали на два корабля бесстрашной дружины ярла, целый день бились они в абордаже посреди моря и победили.

— Где же второй корабль и добыча?

— Когда уже почти все было кончено, на шум этой схватки из глубины моря всплыл страшный кракен и опутал все пять кораблей, но ярл смог отрубить у кракена его щупальце, которым он держал драккар ярла, и они смогли вырваться из страшных тисков, и только с ужасом наблюдали, как тонут остальные корабли и погибают славные воины. Ну как-то так...

— Я поняла, — Орха наклонилась ко мне и прошептала в ухо, — ты все свои сказки сочиняешь сам.

— Ну, так что скажешь, Ярл Большое гнездо?

— Я согласен.

— Только учти, пока выкуп не отдан, ты так и будешь во всех глазах считаться моим пленником, плавающим на чужом корабле. И, если обманешь, то звать тебя будут Глен Лживое Дырявое гнездо. Как вы хороните своих?

— В море.

— Банн, этих освободить, дать еды на дорогу, покойников их отдать, пусть сами в море вывозят. Остальным отрубить головы, загрузить с их же щитами. Пусть десятка гвардейцев доскачет до устья реки, заодно проводит славного ярла, чтобы он не заблудился по дороге. В устье, на самом видном месте, вкопать колья, чтобы простояли несколько лет, прибить щиты чужие и нанизать головы. Пусть все знают, что ждет того, кто заплывет в герцогство Поду с дурными намерениями. Ясно?

— Да, ваша светлость.

— Во все деревни и городки послать людей, чтобы старосты и бургомистры прибыли ко мне. Всех, кто отличился в бою, наградить. Расчет катапульты в особенности. Весь мусор с берега собрать. Работаем. Ярл, я жду вас весной, берегите себя...от кракена, багор с проворотом ему в глотку.

Глава 26

Крымский мост.

«У леса на опушке жила зима в избушке...»

Гимн кочегаров.

Доморощенные викинг едва успели встать «на весло», как ударили морозы. Снега не было, но каждый день температура понижалась, на третий день схватилась река, причем сразу вся, на третий день по льду можно было скакать на лошади. Я помнил, что это большая редкость и решил не упустить возможность.

— Банн, Лам, Вис и все остальные, — начал я прямо с утра. — Бросаем все дела, абсолютно все, гонца к бургомистру с тем же, все на постройку моста, работники, военные, городские, новые поселенцы, каторжники... все.

Мне уже давно промерили глубины реки и нашли место, там, где река начинала загибаться, обходя замок, сужаясь, вот еще до этого места вода, наоборот, растекалась довольно широко и, соответственно, было более-менее мелко. На нашем и том берегу были забиты колья, показывая ориентиры. На бумаге я уже давно все расчертил, и количество «быков» и ширину, осталось воплотить это в реальности.

— Натянуть веревку, в смысле «не хватит»? Свяжите их, дуболомы. Грей, ты где? Разметить проруби, сделали шагомер? Вот, давай, чтобы ровно и красиво. Собрать здесь на берегу балаган, очаг сложить, готовить еду и греть вино, чтобы люди могли зайти в теплое, согреться и что-нибудь съесть. И побольше. Рубим полыньи ровные, собираем срубы, тащим камни. Хена, показывай как, ты знаешь. И про коромысла не забудь.

— Ваша светлость, а здесь обрыв откапывать для дороги?

— Нет, здесь тоже ставить опору, чтобы, не спускаясь к реке выходить на мост, да, вот такой высоты будет, а вы думали по воде пойдет что ли... Вы герцогу мост строите, а не какому-то проходимцу. Так, Луц, какого лешего у тебя гвардейцы без шапок и рукавиц. Нету? Убью всех! Лечи вас потом, дохлых. Пошли в город кого-то, купите ткань шерстяную теплую, покажу вам как банданы крутить, да, как у меня, давно бы уже сделали, и пусть купит все рукавицы рабочие, все что есть, я деньги отдам. Ба, бургомистр, у вас есть возможность вписать имя в историю, как? Кто опоры делает, так и назовем. Вот здесь будет «гвардейская», здесь «каторжная», посмотрим, боюсь, что «городская» опять кривая будет. Как почему? Откуда я знаю, почему у вас всегда все вкривь и вкось... Дорогая, ты мне горяченького попить не принесешь, ... зачем так грубо... ты мое солнце... Рак, Лакур, вы там не мерзнете? Все есть? Ну, и хорошо. Оди, подыми им бревно, а то народ пошел хилый, без тебя не справятся... вот ведь, кабан здоровый.