Илья Озерянский – Одно сердце на двоих (страница 2)

– В Черкесске, – прижимая мою руку к своей щеке, ответила моя спутница по жизни. – Я очень испугалась, думала, что больше не увижу тебя в сознании. Мы же с Кристиной уже два дня здесь, а ты всё спишь и спишь. И только раз в час заходила Марина. Благодаря Кристине я ещё во вменяемом состоянии, она умеет поддерживать.

– Марина?

– Марина Александровна, но она попросила её называть просто Марина. Очень добрый человек: угощала горячим чаем, домашней едой, даже разрешила искупаться в одной из свободных палатах. Иногда могла свой обед провести с нами на твёрдых лавочках, рассказывая новости внешнего мира, – ответила Кристина. – А Наталья Викторовна привезла сладости. Так что мы тут нормально жили…

– Кристин, не чужие же люди, можно просто тёть Наташа. Я уже не помню, когда мы с тобой познакомились, – заговорила мать и стала подходить к моей койке. За ней же направился и отец. – Ты нам уже как дочь, так же как и была Алла… земля ей пухом. А убийцу обязательно найдут.

– А где Катя? – перебил я их диалог.

– Стас, она осталась с Ирой и Гришей. Завтра вечером мы поедем к ним. Только теперь раза два-три в неделю я буду звонить тебе, спрашивать, как себя чувствуешь.

– Звонить… А где мой телефон, он целый вообще?

– Это всё, что от него осталось, – Света протянула мне бледной рукой пластмассу с разбитым экраном, отдаленно напоминающую телефон. – Не волнуйся, мы завтра тебе новый принесем.

– Ладно. Главное, что мы все целы. А где вы спите? – я забрал пластмассу и положил её на шкафчик.

– Мы спим в твоей машине. Машину Степана… – лицо Кристины при произношении этого имени перекосило. – Забрали его родители. Заходили навестить, хоть это так не назвать. Они просто бросили взгляд в твою палату, протянули руку, чтобы забрать ключи, и уехали. Мне кажется, они думают, что ты причастен к пропаже их сына.

– Пропаже? – мои глаза снова округлились.

– Да, а ты не помнишь? Мы зашли в одну квартиру, чтобы переждать ливень. Степа куда-то вышел, а потом не вернулся. Когда мы отправились на его поиски.. – на глазах у Светы появились слёзы. – Тут в дверной проём влетел топор и попал прямо Алле в лицо, – рыжая голова аккуратно опустилась ко мне на грудь, и я почувствовал горячие слезы на груди.

– А, припоминаю, – поглаживая спину Светы, ответил я.

Как же моя команда ловко пытается снять с меня всю вину. Вот настоящая дружба! Хотя Стёпу я тоже считал своим другом, но кто же знал, что он окажется с гнильцой. Да, я не спорю, своя жизнь всегда важнее, но это не повод предавать друга, который с тобой с горшка вместе. Мог же просто от всего отказаться и остаться отдыхать. Я его не тянул за собой, а наоборот, отговаривал. Что же тебе Шляпник такого наплёл, что ты был готов пойти на убийство своего товарища? Или какая-то личная неприязнь ко мне? Ну да, появилась у меня квартира, но это заслуга моих родителей. Первые отношения появились у меня. С Кристиной я первый познакомился, но это же не повод меня убивать! Я тебе ничего плохого никогда не делал. А может, это уже не Степа был? Этот странный голос, не его он…

На входе появился мой лечащий врач и заговорил:

– Извините, но Станиславу Евгеньевичу пора отдыхать. И вам тоже не помешало бы.

– Марина, хорошо, уже уходим, проследите за ним, – отец подошёл ко мне и аккуратно что-то засунул под подушку. После уже прошептал мне на ухо, – Стас, это поможет, только знай меру.

Мои посетители вышли и направились куда-то за угол.

– Станислав Евгеньевич, не волнуйтесь, они согласились переночевать в нормальных условиях только тогда, когда вы придете в сознание. Это обезболивающее. Выпейте и ложитесь отдыхать, – молодая девушка протянула мне руку с двумя белыми таблетками. – Спасибо вам. Вы принесли нам спокойствие, – прошептала она. – Хороших снов!

– Что простите? – переспросил я.

– Вы и сами знаете! – после этих слов Марина вышла и закрыла за собой дверь.

Глава 2

Горьковатые таблетки я выпил, когда все разошлись, и сразу же уснул.

Разбудил меня громкий железный стук.

– Кто там? Что вам нужно?

Не услышав ответа, я попытался повернуться в противоположную сторону. Тело мне намекнуло, что этого не стоит делать, и пришлось занять исходное положение. Когда организм вошёл в состояние дремоты, в дверь вновь постучались, но уже слабее.

– Кто вы? – прокричал я.

Но ответа так и не последовало. Я ещё долгое время пытался найти удобное положение для своего тела, но уснуть больше не смог. Нащупав на прикроватной тумбочке пульт, я включил телевизор. Все каналы показывали одно и то же. Разноцветные полоски на весь экран и надпись: “Извините за временное неудобство. На канале ведутся технические работы”. Поняв, что не стоит и стараться что-либо найти, я отключил плазму и стал любоваться потолком, на котором изредка мелькали огоньки, попадающие через закрытые жалюзи.

Организм попытался уснуть, но помешал громкий стук, сопровождающийся дрожанием окон.

– Я вызываю медработника. Пусть он разбирается с вами!

Рука нажала на кнопку вызова персонала, но признаков жизни та не подала. Тихо ругнувшись про себя, я принял попытки встать. Боль потекла по всему телу, ломая все внутренности. Ноги боролись с гравитацией, не давая мне упасть. Спина с трудом выпрямилась, руки уперлись в койку. Перебирался, упираясь на всю мебель в палате. Я добрался до противоположной стороны своего ложа, но споткнулся об длинную железную палку. Это была трость, которую я не заметил раньше. Уперевшись на трость, продолжил свой путь к окну.

За жалюзи виднелся двор с несколькими белыми машинами, похожими на те, на которой меня забрали из леса. За территорией двора мне мешал смотреть густой неподвижный туман. Я даже не мог определить, что за забором то ли лес, то ли город. С освещением тут тоже плохо: три фонаря с белым светом освещали только маленький кусочек асфальтированного двора. Под одним из фонарей стояла беседка с синим знаком, в которой сидел человек, одетый по гражданке, куря одну сигарету за другой. Смотрел незнакомец в стену больницы, не отводя взгляд.

Открыв окно на проветривание, я направился обратно к койке. Когда мое тело уже улеглось на кровать, из окна послышался пронзительный крик. Словно кто-то увидел что-то страшное.

– 2.0, ты со мной? – произнёс я шёпотом.

Не услышав ответа, попытался лечь, и в это же время стали тарабанить в дверь, не останавливаясь.

– Кто там? Отвечайте! Иначе я выйду, и будет хуже! – Дверь кто-то стал царапать ногтями. – Всё, с меня хватит! Я выхожу!

Я накинул одежду, которая лежала рядом. Это оказалась больничная пижама. Хромающие ноги потащили меня к двери.

Дверь без усилий открылась. В нос ударил запах таблеток вперемешку с запахом крови. Коридор освещался только маленькими синими лампочками, но этого хватало, чтобы осмотреться.

Тёмный коридор со стенами, на которых виднеются какие-то красные капли. Напротив палаты скамья, где лежал мой фонарь и чехол с ножом. Руки сами потянулись к вещам и рефлекторно зацепили ножны на ремне.

– Стас, я тут. Помоги! Мне нужна помощь. Очень больно! – послышался тихий женский голос, наполненный ужасом в конце коридора.

– Кто вы?

Ответ не поступил. И я направился по бесконечному коридору. Луч моего фонаря игриво прыгал по стенкам, отражаясь от гладкого пола. Проходя очередную дверь, в нее что-то прилетело. Поток света направился на дверь с маленьким окошком. За ней послышались движения.

– Здравствуйте! Вам нужна помощь? – проговорил я, глядя в окошко. В это время мое тело стало покрываться потом.

Не услышав ответа, я стал светить внутрь. В окне резко появилось окровавленное лицо, отпугнув меня к стене. Голова по ту сторону двери двигалась как-то странно, оглядывая меня, а руки находившегося в палате пытались выломать препятствие между нами сильными ударами, оставляя вмятины на железной обшивке. Хрусталики глаз существа покрыты помутнением, которое бывает при катаракте. Из пореза на правой щеке маленьким ленивым ручейком вытекает желто – красная жидкость.

После очередного удара язык существа начал облизывать губы, потом принялось за окно, скорее всего, представляя моё лицо. Его слюни противно скатывались вниз по стеклу, оставляя красные следы.

Чудовище чувствует мои раны и хочет попробовать свежую кровь. После неудачных попыток выломать железку перед собой, его голова стала колотить по стеклу, оставляя кровавый след и маленькие трещины.

Свет в комнате отвлёк существо, и оно пошло в сторону яркой вспышке. Не теряя ни секунды, я побежал через боль. Сердце уже выпрыгивало из груди, но ноги не поддавались призывам мозга остановиться.

– Стас, сюда! Ты почти пришёл? Мне холодно! – в крике я расслышал голос Аллы.

По коридору стали бродить люди, не обращая внимание на меня. Толкнув мужчину, я провалился сквозь него, падая лицом на холодный плиточный пол.

Рука с тростью почти удержала от падения, но боль пронзила руку. Железная палка упала на пол, а за ней и я. Руки рефлекторно согнулись в локте, создавая некую подставку, на которую я упал всем весом. Пронизывающую боль не получилось удержать, и лицо шлёпнулось на пол. Из носа сразу же полилась кровь тонкой струйкой, создавая маленькую лужу подо мной.

Когда я, наконец, смог перевернуться с живота на спину, до ушей вновь донесся истошный голос.