Илья Озерянский – История Федосова (страница 7)

— Светка, давай выходи ужинать! Только тебя ждём, даже Таня уже за столом.

— Да, сейчас! — тихо отозвалась Света. Когда она снова посмотрела на горы, от солнца остались лишь жёлтые лучи, прорезающие темнеющее небо.

***

Белоснежный «Соболь» заехал в просторный двор, по периметру которого цвели садовые хризантемы, раскрашивая пространство в тёплые оттенки. В центре стоял двухэтажный дом из красного кирпича с бежевыми вставками; веранда выходила на задний двор, за которым вздымались огромные горы. Дома ближайших соседей виднелись метрах в ста. Главный вход, обращённый к дороге, слегка пугал своей пустотой — будто за этой дверью не было ничего, кроме тишины.

Как только машина остановилась, Никита схватил портфель и рванул занимать свою любимую комнату под самой крышей. Он щёлкнул выключателем — свет залил комнату тёплым сиянием, но дальние углы оставались в полумраке. Он щёлкнул ещё раз, и свет дотянулся до каждого уголка.

Никита бросил портфель на кровать и вышел на неприметный балкон, откуда открывался вид на весь задний двор. У забора стоял самодельный мангал, рядом — маленькая беседка с узким столиком и парой стульев. Чуть дальше — беседка побольше, где свободно поместится всё семейство, и ещё останется место.

Около мангала уже суетились мужчины, не переодевшись, разжигали огонь.

— Пап, провоняете же! — крикнул Никита с балкона.

— Сына, мы взрослые, да и сразу договорились надеть ту одежду, в которой будем работать.

— Саня, блин, стирать же придётся! Ну переоденьтесь! — крикнула с веранды тётя Нина.

— Нина, это рабочая одежда. Ничего страшного, измажемся — сами постираем, — отозвался Влад.

Никита ещё немного понаблюдал за ними, потом вернулся в комнату и начал раскладывать вещи. Отец с детства приучал его к порядку: «Порядок дома — порядок в голове». Эти слова намертво засели в памяти, и с тех пор Никита старался держать комнату в чистоте.

В дальнем углу мелькнула тень, но он не понял, какой предмет её отбрасывает. Он огляделся, но ничего не заметил. Вдруг послышалось шипение, отдалённо похожее на слова.

— Скоро… — прошептал голос.

— Кто тут? — по коже Никиты побежали мурашки.

— Скоро ты станешь нашим, — голос звучал сразу отовсюду.

— Что вам нужно? — тихо спросил он.

— То, что твой отец обязан нам отдать.

— Не говорите ерунды. Отец никогда не брал в долг.

— Это не такой долг, какой вы привыкли считать. Есть. Мы хотим есть.

Голос стих, и вместе с ним погас яркий свет. В темноте стало слышно только собственное дыхание.

Стук в дверь заставил его вздрогнуть.

— Никита, ты скоро? — раздался голос отца.

— Да, пап, уже выхожу.

***

Ужин плавно перетёк в застолье, тихие разговоры — в бурные обсуждения. Света никогда не любила шумных посиделок, поэтому встала из-за стола сразу после еды. Небо уже укрылось звёздным одеялом, и запах жареного мяса едва пробивался сквозь густой аромат ночной природы.

Что-то тянуло её за пределы лагеря. Она вышла за забор, и ночная тишина обволокла её, словно мягкое одеяло. Стрекот сверчков убаюкивал, и ноги сами собой отказывались идти дальше. Света села на влажную траву, потом и вовсе легла. Запах остывающего дерева и земли усыпил её, и она провалилась в поверхностный сон.

Перед глазами всплывали картинки: она гуляет с бабушкой, делится секретами, а старушка протягивает ей кольцо и тихо говорит: «Оно тебе скоро пригодится». Но Света никак не могла понять, кто эта милая женщина и почему ей так легко и спокойно рядом с ней.

Трава рядом встрепенулась, и рядом с ней опустилось ещё одно тело. Света повернулась и открыла глаза.

— Малая, заболеешь же. И с кем мне тогда тут веселиться? Давай вставай, — сказала Таня.

Света молча улыбнулась и повернулась к сестре.

— Ты парня тут найдёшь, обещала. Будешь с ним веселиться, а я полежу в тёплой комнате и помечтаю…

— Ага, о свадьбе с Логиновым, о том, какие у вас будут дети и как их назовёте. Не смей. Ты тоже обещала найти себе парня или хотя бы друга. Так что вставай.

Таня встала и протянула руку. Света схватила её и, сделав вид, что поднимается, резко потянула сестру на себя. Таня плюхнулась рядом, и Света обняла её.

— Ладно, Тань. Давай ещё чуть-чуть полежим. Тут так хорошо.

Они пролежали минут десять и поднялись, услышав, что их зовёт дядя Витя. Держась за руки, девушки неспешно пошли обратно к лагерю.

***

Ужин у семьи Федосовых и Хищневых закончился быстро. Александр Федосов почти не спал прошлой ночью, а Владу просто стало скучно среди трёх женщин, которые уже допили вторую бутылку вина и собирались открывать третью.

Александр вошёл в комнату, рухнул на кровать прямо в одежде и тут же уснул. Ему снился один из дней в армии. Тело сослуживца рухнуло сверху, и Александр подскочил на кровати, чувствуя, как по коже стекает ледяной пот, а по щекам катятся едва заметные слёзы.

— Страшно? — прошипел голос со стены. — Мы ждём оплаты долга. Уже пора.

— Уйдите прочь! — выкрикнул Федосов. — Я всё вернул, вы сами сказали, что долг оплачен.

— Разве мы так говорили? Не припомню, — в голосе прозвучала усмешка. — Ты от нас никуда не денешься. Благодаря нам ты стал тем, кто ты есть. Мы имеем право потребовать больше, чем обычно.

— Куда ещё больше? Я и так пожертвовал вам своих работников. А у них семьи, дети, которые ждут дома. А я обязан говорить им, что не знаю, где они…

— Замолчи, слабак. Это вина не наша. Ваша компания сама решила сэкономить и начать строительство на кладбище.

— В смысле «не ваша»? Я общался с потусторонним миром только с вами…

— А мы и не причастны к тем силам, которые вы разбудили. Ваша компания потревожила того, кого не стоило. Так что ждём оплаты.

Голоса притихли, оставив Александра наедине с тяжестью собственных решений.

— Следующий — кто-то из вас, если ты не расплатишься, — вновь прошипели стены и замолчали, окутав комнату мёртвой тишиной.

Глава 6

Света шла по незнакомому месту, будто её тянули за невидимую нить. Она не любила слежку, но сейчас ей казалось, что она обязана узнать, куда движется тот парень. Он воровато оглядывался по сторонам, и, убедившись, что рядом никого нет, нырнул в тёмный лес. Не раздумывая, Света шагнула следом.

Но стоило ей оказаться среди деревьев, как ощущение направления пропало. Она поняла, что упустила его. Холодный ветер пробрался под одежду, и тело покрылось мурашками.

— Милая, иди ко мне, — прозвучал старческий голос откуда-то из глубины леса.

Света резко обернулась, пытаясь выхватить взглядом хоть тень, хоть движение, но лес был одинаково мрачен со всех сторон. И всё же она пошла — не туда, куда хотела, а туда, куда звал голос. Ветки, раскачиваясь от ветра, хлестали по лицу, а холодный дождь, словно острые иглы, колол кожу. Но она не останавливалась. Что-то внутри шептало, что она идёт верно.

— Правильно, милая. Ты идёшь в верном направлении, — снова раздался голос, будто прямо у неё над ухом.

Света хотела что-то ответить, но слова застряли в горле. Её вело предчувствие, горячее и тревожное, как лихорадка. Постепенно ветер стих, дождь стал тише, а лес будто растворился. Перед ней возникла небольшая пещера. Света замерла на мгновение, потом шагнула внутрь.

Внутри пахло сыростью и камнем, а кожа покрылась гусиной кожей. Но уже через секунду она стояла не в пещере, а в каком-то клубе. Громкая музыка била по ушам, заглушая мысли. Прямо перед ней стоял парень. Его зелёные глаза она узнала сразу.

— Стас? — тихо пробормотала Света, делая шаг вперёд. — Что ты тут делаешь?

Стас обернулся и улыбнулся той самой белоснежной улыбкой, от которой у неё всегда становилось тепло на сердце. На мгновение она забыла и про слежку, и про лес, и про всё, что было до этого. Шаги ускорились, сердце забилось быстрее. Когда между ними осталось не больше десяти шагов, Стас тоже шагнул навстречу. Внутри у Светы всё расцвело, будто кто-то зажёг свет в самой тёмной комнате её души. Руки вспотели, ноги стали ватными, а улыбка сама собой растянулась до ушей.

Она чувствовала его запах — тёплый, знакомый, родной. Он уносил её куда-то высоко, туда, где не было ни страхов, ни сомнений. Света вытянула руки, чтобы обнять его, но Стас прошёл совсем рядом, едва не задев плечом, и обнял девушку, которая стояла прямо за её спиной.

Тепло мгновенно сменилось обжигающим холодом. Лицо Светы вспыхнуло, в глазах разгорелся огонь, а в груди будто вонзились тысячи острых иголок. Радость рассыпалась в пыль, и на её место пришла ярость. Света рванулась к парочке, готовая вцепиться в ту, что забрала у неё Стаса.

Но не успела она сделать и шага, как перед ней возникла старушка. Она смотрела спокойно, почти устало.

— Да, я знала, что ты достойна этого кольца. Возьми его, — старушка протянула Свете кольцо.

Оно было ледяным, но от него шла странная сила — тяжёлая, густая, манящая. Стоило Свете коснуться металла, как её накрыл прилив энергии, будто внутри распахнулась дверь, которую раньше держали на замке. Глаза потемнели, а улыбка, ещё недавно искренняя, превратилась в злую ухмылку.

— Спасибо, — процедила она сквозь зубы и шагнула вперёд, желая продолжить путь.

— Не так быстро, милая, — старушка схватила её за плечо. — Это кольцо я завещала своей внучке, Танечке. Но она его не использует должным образом — оно просто пылится у неё в шкатулке.