Илья Модус – Цель оправдывает средства. Том второй (страница 175)

— Ну да, известно. Семья — последние из целестийцев. Сын — воплощение Темной стороны, Дочь — Светлой. А Вы — храните равновесие между ними. Миниатюрное воплощение происходящего в галактике, — вальяжно пересказал я известное мне.

— Именно так. Эта система безупречна на протяжении сотен десятков тысяч лет. Но сейчас в ней появляешься ты — неизвестная переменная.

— Так вот по какой причине мой корабль оказался здесь. Вы хотели посмотреть на новую зверушку в своем зоопарке лично. Эх, а мои клоны переживали, что это они виноваты. Ну, я пошел, обрадую их?

— Сравнение грубое, но верное, — кивнул мой собеседник. — Сын уже дважды давал тебе явные посылы и намеки о встрече с нами, но ты предпочел игнорировать их.

— Ваш Сынок выбрал крайне экстравагантный способ для передачи информации, — я пожал плечами. — Медитационная сфера ситов в качестве ретранслятора…

— Наши силы велики. Ни один разумный не в состоянии пережить прямое общение с нами, даже сквозь парсеки. Поэтому, был выбран именно этот способ. Благо, это примитивное устройство болтается в этой отдаленной системе уже тысячелетия.

— О, так мы, оказывается, находимся в системе Кеш? — удивился я. Видя непроницаемый взгляд Отца, пояснил: — Я знаю лишь два места, где такие сферы имелись. Зиост — но тамошние сферы уже… при деле. И, собственно, Кеш.

— Ты мыслишь логично, — похвалил Отец. — И да, ты прав. Монолит находится в системе Кеш. Маленькая прихоть моего Сына.

— Может, прекратим переливать из пустого в порожнее? — нетерпеливо поинтересовался я. Мне эта беседа не нравилась с самого начала. И с каждой новой фразой Отца — нравится еще меньше. — Расскажите мне то, что хотели сказать, и я со своими друзьями двинусь дальше. Дел, знаете ли, невпроворот.

— Нетерпение — грех молодости, — вздохнул Отец. — Прожив несколько тысяч лет, начинаешь понимать, что спешка ни к чему хорошему не приводит. Твой учитель мог бы донести до тебя эту мудрость. Вместо этого — предпочитает, чтобы ты сам набивал шишки.

— Валкорион демонстрирует свою лояльность к моим решениям, позволяет получать жизненный опыт в этой галактике самостоятельно.

— Не все так, как ты хочешь это видеть, юный Егор. — Отец заложил руки за спину, остановившись и глядя в единственный дверной проем, за пределами которого сквозь мрачное небо мелькали росчерки белоснежных молний. — Он мог бы передать тебе свою мудрость менее экстравагантным образом. Вишейт способен длительное время находиться в реальном мире, выскальзывая из Бездны. Но он боится.

— Кого же? Палпатина? Джедаев?

— Нас, — уверенно произнес Отец. — Меня и моих детей. Знает, что его прошлые злодеяния едва не разрушили систему, а потому — поймав его, мы с легкостью вернем его дух туда, где ему и положено находиться.

— Так в чем проблема? — спросил я. — Он бывает в моей голове. Наездами.

— Он не задерживается надолго. Знает, что его энергия для нас — как магнит. И, стоит Монолиту направиться в ту сторону, где он появляется — Император сбегает. Прячется. Не хочет нести ответственность за свои преступления.

— Это было почти четыре тысячи лет назад. Срок давности не прошел?

— Преступление против созданной нами системы не имеют срока давности, — жестко произнес Отец. — Ему нет прощения. Он знает это, поэтому его третья попытка переиграть существующий миропорядок занимает так много времени. Вербует сторонников. Закладывает кирпичики будущего триумфа. По крохам возводит свой План. Тысячелетия подготовки, чтобы появился ты. Прекрасный и могущественный инструмент в его руках. И, несмотря на явное жульничество с его стороны, главные условия соблюдены. Лишь незначительно подтасованы им.

— А еще загадочнее можете объясняться? — с мольбой в глазах произнес я. — Просто это так обалденно непонятно и многозначительно звучит, что я вот-вот расплачусь, а из ушей мозги разжиженные потекут.

— Я вижу твои мысли, Егор, — напомнил Отец. — К чему объяснения? Я знаю твои гипотезы и догадки в отношении нас. И не могу не сказать, что они неправдивы. Возможно, именно это и стало причиной, по которой Вишейт выбрал именно твое сознание для своих планов.

— Честно говоря, я в глубоком ауте, — пришлось признать очевидное. — Голова скоро лопнет от всех этих ваших «Я знаю, что ты знаешь». Попробуйте хоть раз в жизни ответить нормально? Скажем, взять да рассказать, как все обстоит на самом деле. Глядишь, может я проникнусь вашими идеями, и мы вместе выпилим Вишейта. И продолжим прекрасное начинание Архитекторов. Какой бы ерундой вы здесь не занимались.

— Колыхание прошлого ни к чему не приведет, — возразил Отец. — Что было — то прошло. Его, в отличие от будущего — не изменить. Нам следует действовать сообща, чтобы разрушить интриги твоего Учителя и вернуть систему к ее естественному состоянию.

— Система, система, система, — пробурчал я. — Говорите так, будто галактика для вас…

Отец посмотрел на меня долгим, пронзительным взглядом.

— Верная мысль. Я так думаю, что именно справедливость твоих доводов стала причиной, по которой Вишейт использовал именно тебя. Ты достаточно сообразителен, чтобы действовать самостоятельно.

— Не заговаривай мне зубы, старикан! — процедил я. — Вся галактика для вас лишь эксперимент? Эту мысль ты увидел в моей голове и подтвердил ее правоту?!

— Не эксперимент. Система. Опыт. Проверка. Называй как хочешь, — невозмутимо произнес Отец. — Я вижу твое негодование. Позволь все прояснить.

— Да уж попробуй, если хочешь, чтобы я был на твоей стороне.

— Много лет назад моя раса прилетела в эту галактику с одной-единственной целью, — произнес Отец. — Наблюдать за развитием жизни. Наше собственное прошлое давно кануло в лету, а наш собственный век подходит к концу. Я и мои дети — последние представители Архитекторов. И нам нести ответ за стабильность этой системы.

— Проще говоря, Небесная река для вас — это лабиринт для муравьев. Где вы можете со спокойной совестью наблюдать за тем, как развивается жизнь…

— И найти своих идейных последователей, — согласился Отец. — Тех, кто после нашей смерти продолжит хранить Равновесие. Не позволит Силе захлестнуть галактику так, что здесь все пойдет вразнос.

— С этой целью вы порабощали другие расы? — уточнил я.

— Для строительства любого проекта необходима рабочая сила, — равнодушно парировал Отец. — Малая цена за то, чтобы достичь конечных целей.

— Ну, конечно, — мой сарказм вряд ли возможно было прикрыть. — Ведь наблюдать за развитием других рас — это безумно интересно. Но лично для меня есть разница — смотреть футбол или играть в него. Последнее — намного интереснее.

— Так же, в конце концов, решила часть наших сородичей. Прекратить вмешательство и позволить галактике развиваться самостоятельно. Другие же — были против. Разгорелась гражданская война, в ходе которой погибли представители обоих фракций.

— Хм… звучит как-то знакомо, — признался я. — Но, раз все ваши погибли, как выжили вы?

— Я и мои дети не стремились к участию в конфликтах. Мы стали невинными свидетелями взаимного уничтожения последних представителей моей расы. Мы оплакали их. И тысячелетиями наблюдали за тем, как цивилизация скатывается в пучину хаоса. Взаимное бесконтрольное уничтожение рас, о которых никто даже не слышал из наших современников, открыло нам глаза на происходящее. Эта галактика порочна без стороннего контроля. Я понял, что однажды разумные выйдут за пределы галактики. Но что они привнесут во вселенную, если не могут договориться между собой? Разрушение и хаос. Такой же сценарий грозил, если б мы просто открыли населяющим галактику расам все тайны Силы. В своем эгоизме, они превратятся в уродливых созданий, одержимых лишь своими мелочными желаниями.

— Дай угадаю. Этот вывод основан на том, что произошло с Абелот?

— Да. Предельно красноречивый пример обретения Силы без должного понимания законов вселенной. Мы заточили ее там, где она никому не причинит вреда. Создали идеальную систему, что не позволит ей выбраться наружу. Это позволило нам снизить градус напряжения в галактике. Но проблема была далека от решения. В галактике было слишком много чувствительных к Силе рас, которые бы просто уничтожили ее на пути своего становления. И тогда, я, Сын и Дочь сделали то, что должны были. Мы погрузились в Силу, стремясь разглядеть будущее. После того, как грядущее стало для нас явью, оставалось лишь оградить наиболее перспективные расы от остальной галактики, позволив им развиваться и постигать Силу в изоляции. Ограждение галактики от остальной вселенной стало дополнительной гарантией того, что разумные не вырвутся за ее пределы до тех пор, пока не достигнут уровня познания Силы, достаточного для того, чтобы держать ее в Равновесии и продолжить наше дело.

— А я-то думаю, чего ж так похожи все три ситуации. Аномалия, которая не позволяет покинуть пределы галактики. Непроницаемая кальдера, скрывавшая ситов от остальной галактики. Ну, и само собой — Тайтон, куда вы затащили всех чувствительных к Силе для постижения Баланса. Это все ваша работа!

— Именно так, — согласился Отец. — Я приложил немало усилий, чтобы создать подходящие условия для развития ордена дже’дайи.

— Ну да. Луны Ашла и Боган, планета, где Сила в равновесии…

— Все это должно было помочь чувствительным к Силе разумным понять жизненную необходимость Баланса в Силе. Но, к сожалению, это не возымело подходящего эффекта.