Илья Модус – Катарсис Империи (страница 87)

- Пожар почти потушили, но, как говорят мастеровые - сгорело все начисто, - басил рядом идущий поручик Лехорьев, в вью сферу ответственности попадал проект 'Волчья стая'. Сравнительно молодой, но въедливый и кропотливый, он получил назначение лишь с месяц назад, но активно справлялся со своей работой.

- Сколько эллингов подожгли?

- Один, ваше благородие. В остальных мастеровые были, туда они не сунулись.

- Где поджигатели? - Сухо осведомился Михаил.

- Доставили в Елагинский по указанию советника Малкольма.

- Известно кто такие?

- Выясняем.

К тому моменту, как он добрался до места пожара - точнее сказать - поджога, пожар уже успели потушить. Несмотря на апрельскую прохладу, Михаила бросило в жар, едва он посмотрел на последствия.

Специалистом по поджогам он никогда не был, но сам факт того, что корабль лежал на правом борту указывал на то, что леса в первую очередь сгорели именно с правой стороны. Легкий корпус местами был обуглен, по большей части виднелись механические деформации, в частности - очевидный разрыв в центральной цистерне. Впрочем, это не шло ни в какое сравнение с тем, что в пожаре погибли двое рабочих, а почти десяток получили ожоги в процессе тушения.

- Особый советник Инкоруптбл, - рядом, словно из под земли появились Бубнов и Беклемишев. Оба в рабочей робе, перемазанные сажей - ровно как и большая часть находившихся в эллинге матросов и рабочих.

- Господа, - кивнул Михаил. - Я так понимаю, вы уже обследовали внутренние помещения лодки?

- Так точно, - Бубнов, как главный инженер проекта коротко отчитался о повлеждениях. - В двух местах подожгли, шельмы. Снаружи, чтобы дерево загорелось, да внутри, чтобы оборудование испортить. Повреждения снаружи не идут ни в какое сравнение с повреждениями внутри. Большая часть отсеков уничтожена огнем, оборудование безнадежно испорчено. Двигатель слава Богу еще не успели установить - на складе хранится, только через неделю собирались ставить.

Михаил лукаво улыбнулся.

- А по графику должны были уже начать проверку герметизации корпуса.

'Пойманный с поличным' Бубнов промолчал.

- Что ж, оставим это между нами, господа, - Михаил посмотрел на поврежденную подводную лодку.

Видя на повеселевшие лица Бубнова и его товарища - Беклемешева, ставшего преподавателем в спешно организованной Академии подводного флота, Михаил позволил себе 'ложку дегтя'.

- Но, не позднее чем через два месяца лодка должна выйти на испытания.

Проект 'Волчья стая' предусматривал собой создание отечественного подводного флота. Конечно, Михаил мог чуть ли не с закрытыми глазами нарисовать чертежи 'Дельфина' и наклепать с десяток его клонов - при наличии производственной базы, конечно. Но, к сожалению, медлительные 'подводные гробы', которыми Илья окрестил пращуров известных подводных лодок, не устраивали его высокоблагородие господина Модуса.

Проекты 'Барса', 'Кита', 'Нарвала' и даже легендарной немецкой 'двойки' были отклонены в своем известном воплощении. Однокорпусность для подводной лодки, чей срок службы - минимум двадцать лет - это приговор. Ровно как и внешние торпедные аппараты.

Знать досконально устройство немецких подводных лодок времен Второй Мировой войны не может ни один адекватный человек. Если только он не корабел и не занимался моделированием. А уж Михаил подходил по обоим параметрам.

Как всегда, поставив задачу, Илья не интересовался сложностью ее выполнения. Для него было просто сказать - 'мне нужна нормальная подводная лодка до конца года' - и понимай его как хочешь. Между прочим, 'Дельфин', 'Барс' и другие лодки времен начала века -тоже 'нормальные'. Просто господин особый советник не имел их правильно готовить.

Что делать проще - улучшать худшее или упрощать лучшее? На вкус и цвет - товарищи, как гооврят людоеды, разные. Поэтому и однозначного ответа нет.

Михаил пошел по пути упрощения. Взяв за основу проект немецкой 'семерки', которая, к слову, в виду своей 'популярности' имела наибольшую известность, он выбросил за борт все лишнее, максимально упростив лодку. Заменив сварку на привычную для мира клепку, пришлось существенно пожертвовать глубиной погружения, поскольку клепанный корпус значительно проигрывал в герметичности сварному.

Так же на свалку истории ушло радио, замененное телеграфом, системы внутренней связи между отсеками пришлось заменить амбущюрами. Естественно предусмотрев возможность их герметизации на случай повреждения отсеков (в такие моменты Михаилу дорогого стоило сдержать в себе весь поток эмоций. Для маститого корабела установка такой системы связи на корабле нового поколения была таким же святотатством, как если бы кто-то додумался подрезать на автомобиле пружины, лишь бы уменьшить клиренс. Согласитесь - бред же.)

Две недели спустя КОС ЕИВ, а так же этот самый ЕИВ увидели чертежи головного корабля проекта 'Волчья стая'. И, надо признать, первый взгляд Николая Александровича Романова на новое 'чудо-оружие' был таким же, каким он был у Михаила, когда он впервые поучавствовал в портовых боях Симулятора.

В Симулятор он попал едва ли не случайно. Увидел ссылку на форуме друзей-заклепочников, скачал клиент и понеслось...

Бои, прокачка, флоты...Всего и не упомнишь за то время, что играли.

Комфортно это - когда находишь с кем по душам пообщаться. А, в симуляторе таких ребят было море. Как минимум - в его флоте больше полусотни капитанов под предводительством беспредельного адмирала Марномакса.

Помнится, игрок Косуха из флота РИФ даже назвал Илью - "безумным Максом". Впрочем, не будем кривить душой - обоснованно. Нет, как человек, Илья в большей части нормален и даже адекватен. Но, стоит затронуть одну из невидимых струн его души - и все, туши свет.

Так, тесные ряды Тихоокеанского флота покинули Пейнкиллер, ЛешаЛата, Влад - Илья просто избавился от конкурентов, которые как-то в шутку решили, что неплохо бы отстранить "безумного адмирала" от власти и самим возглавить флот. Расправа была короткая. Во мгновение ока все трое вылетели из всех возможных флотских конференций. А уж то, что Илья смог весь флот настроить против этих троих - тут можно только руками разводить, глядя на то, как бывшие соклановцы с упоением расстреливали троих своих товарищей - 'ренегатов' из боя в бой. А, стоит признать - в угоду своему эго, Илья пожертвовал чуть ли не ближайшими своими друзьями - ведь когда-то Пейнкиллер, Влад, Лешалата были вместе с ним в первом составе ТОФ. Что ж, как любит повторять сам "адмирале" - он "ревностный и беспричинно жестокий". Впрочем, эту фразу он позаимствовал.

К чему такое лирическое отступление? Чтобы дражайший читатель смог понять, какими были чувства, промелькнувшие на лице царствующего мужа.

- Вы уверены в том, что сможете воплотить в металле то, что задумываете? Ведь это механизм из вашего времени...

- Вне всяких сомнения, - тон, выражение лица, даже поза, в которой Малкольм находился, ведя переговоры с первым лицом Российской Империи, указывали на пресловутый стереотип о том, что в каждом перербуржце 21 века заключена душа дворянина века 19. Во всяком случае, лдаже невооруженным взяглядом было видно, что Малкольм пришелся Николаю по душе.

Довольно много времени Малкольм и Николай проводили вместе. Бесконечные совещания, которые могли затянуться глубоко за полночь, после которых императорская канцелярия рожала новый документ за подписью Его величества.

Если можно было сравнить Россию после вмешательства попаданцев с человеком, то страна представляла из себя больного сильнейшей простудой человека, который ко всему прочему делал 'покерфейс', несмотря на то, что его знобило и трясло.

Но, как любил приговаривать Дрон - один из подчиненных Михаила в группе 'корабелов' - 'Наше дело маленькое - нам сказали, мы делаем. Будем думать - не будем делать.'

До 'попадалова' мало кто из флота был знаком друг с другом. Не то чтобы лично (таких вообще единицы находились), а вообще. Даже по душам парни никогда толком не разговаривали между собой. Конечно, в беседах проскакивали мелкие толики личной жизни каждого, но не настолько, чтобы иметь полное представление о том, кто есть кто в жизни.

'Попадалово' же столкнуло лбами несколько десятков человек, дав им новую жизнь. Хуже или лучше старой - пока еще рано было судить - всего пару месяцев прошло с момента 'попадания'. Но, об одном можно сказать сразу - еда тут намного лучше, чем в 21 веке.

Со своей группой Михаилу пришлось знакомиться в ходе проектировки 'Барса' - так, в угоду истории, он назвал первый тип своей подводной лодки. Впрочем, в ее проектировке принимали участие все бех исключения парни 'корабельной' группы.

Сарвивал. В той жизни - Виктор, обычный работяга, сварщик, морем особо не интересующися, в Симуляторе "зависал" просто от скуки. Так бывает. кто-то в "танки", а кто-то в "кораблики". На вкус и цвет - товарищи разные, как говорят людоеды. Он ушел, оставив беременную жену и двух дочерей. Но, что важно - Виктор не сдался. Вообще никто из ребят не сдался после переноса. Приняли суровую правду, как она есть и скрипя зубами, принялись строить новый мир.

Владислав Брутал. Воистину брутальный мужик - под два метра ростом, мускулатура, будто трактора таскает, и лицо - простое, как у пацана из соседнего двора. Но, глаза - холодные как лед. Взглянешь - и оторопь берет - натуральный волчара в овечьей шкуре. И, что самое пикантное - волчара этот был инженером по двигательным установкам. Когда они впервые наведались в машинное отделение "Александра Третьего" волей императора и Провидения, возвращенного для модернизации, казалось, что колоритная фигура Брутала не пролезет ни в один люк. Но, нет же, здоровяк успел облазить все закоулки машинного и сопутствующих отделений, после чего, хмурый, как ненастный день, вылез на свет божий. А затем неделю разносил трюмных стааршин и кочегаров за варварское использование котлов. К слову, очень часто на первой лекции для трюмной команды, которую по настоянию Владислава проверили прямо в близлежащих казармах употреблялась пословица "Дай дураку стеклянный... мундштук, он и х..мундштук разобьет и руки порежет". А связано это было в первую очередь не просто в связи с плохим качеством исполнения котлов и машин. но и с неумением правильно использовать то, что есть.